Станция Степная - Владимир Дмитриевич Цыбизов

он вышел далеко за цепью автоматчиков. А в пещере в это время шла напряженная работа: разбирался завал, вызванный взрывом. Группа Ярцева, преследовавшая врагов и захватившая Барона, оказалась отрезанной от остальных. Впрочем, пока еще никто не знал, что с Ярцевым и его людьми.

Из-за завала не доносилось ни звука. Сахаров объяснял это тем, что капитан ушел вперед и преследует Томпсона. Однако завал следовало разобрать побыстрее, потому что могло случиться и так, что всю группу засыпало камнями…

Полковник вызвал саперов, и солдаты принялись за работу. Только через три с лишним часа удалось разобрать завал да и то лишь настолько, чтобы в образовавшуюся дыру мог пролезть с большим трудом самый маленький сапер.

Выбравшись обратно, он доложил полковнику:

– Взрывы произошли в двух местах коридора, и группа капитана оказалась запертой с обоих концов. Трое раненых. Сам капитан и двое солдат сейчас разбирают завал.

– Какой?

– Тот, второй, он мешает преследовать Томпсона. Его сообщник взят.

Работа пошла с удвоенной энергией. Вскоре отверстие расширили настолько, что через него можно было вынести раненых, пострадавших при взрыве фугасов. Двое из них скончались по пути в госпиталь. Барон был ранен в руку. Его отправили в город. Саперы принялись разбирать второй завал. Ярцев и его помощники в изнеможении опустились на пол в куполообразной пещере: надо было набраться новых сил для преследования врага, оправиться после ушибов.

Но вот и второй завал разобран. Вперед пустили служебную собаку. Проводник бежал следом. Ярцев тщательно обследовал стены и пол коридора: враг мог поставить мины. В глубокой нише был обнаружен склад различных вещей. Здесь оказалось несколько костюмов, несколько пар обуви, парики, гримировальные принадлежности, запас продуктов, гранаты, другое оружие, яды и прочие принадлежности, какими снабжают диверсантов.

Понюхав обувь, которую ей подал проводник, ищейка взяла след и побежала дальше по пещере. Выход оказался неподалеку от шоссе. У дороги след обрывался.

– На машину сел, – доложил проводник, обследовав шоссе и его обочины на значительном расстоянии.

Оставив часовых в пещере, – на случай если бы Томпсон задумал вернуться в свое логово, хотя это и было маловероятно, – Сахаров позвал Зотова в свою машину и поехал в госпиталь, куда еще раньше отправили Отрогову. Там сказали, что девушка мертва. Недавно прибывший хирург собирался делать вскрытие. Руку Барону уже перевязали, он был вне опасности.

– В комитет, – приказал Матвей Ильич шоферу. Он сидел молча, и Зотову казалось, что полковник сердится на него, на всех за не совсем удачную операцию.

Сахаров действительно был расстроен. Томпсон сам, можно сказать, забрался в ловушку. Надо было захлопнуть выход – и не удалось. Только Барона схватили и потеряли своих двух товарищей. Конечно, Волк очень хитер. Очень. Но это не оправдание. Надо немедленно допросить Барона…

Зазвонил телефон. Сахаров снял трубку.

– Слушаю вас… – сказал он. – Майор Мишин? Немедленно ко мне.

Майор Мишин вошел через несколько минут и доложил:

– Радиопеленгаторы засекли передатчик на юго-восточной окраине Айлы. Опять песенка. Передатчик такой мощности, какой был и тот, который засечен нами в прошлый раз. Музыку расшифровывают.

– Где находится передатчик? – спросил полковник, направляясь к стенной карте. Но майор подошел к столу и разложил на нем свою карту. На ней были проведены две линии. Они выходили из точек, лежавших в различных концах города, и пересекались в третьей точке. Пункт пересечения и был тем местом, где располагалась рация. Судя по карте, передатчик находился на улице Маяковского, в доме № 11 или 12.

– Немедленно оцепить, – приказал полковник Зотову и обвел красным карандашом на плане эти два дома. – Взять живым. Не исключена возможность, что Томпсон радировал «Каракатице» и договорился с ней о встрече.

Зотов выскочил из кабинета. Майор тоже вышел, но вскоре вернулся с расшифрованной радиограммой. Она гласила: «Заберите меня завтра в это время в квадрате 53. Волк».

Матвей Ильич тут же отдал распоряжение усилить наблюдение за берегом. Потом поехал на улицу Маяковского. В доме за номером 11 в окнах свет. У ворот дежурила машина. Возле машины стоял часовой. Впрочем, он прохаживался между машиной и палисадником, и трудно было определить, что он охранял – машину или калитку.

– Где Зотов? – спросил часового Матвей Ильич.

– В хате, товарищ полковник.

Сахаров скорым шагом пошел в дом. Зотов допрашивал хозяйку.

– Доложите обстановку, Зотов.

– Есть доложить. Преступник был здесь, но ушел.

– На основании чего вы заключили, что он – преступник?

– На основании следующих фактов. Во-первых, я обнаружил во дворе следы, как две капли похожие на те, которые оставил Томпсон в куполообразной пещере. Значит, он был здесь.

– Правильно, что он был здесь, – подтвердил Сахаров. – Мы расшифровали радиограмму. Ее подписал Волк.

– Преступник, по словам хозяйки, бреет голову, носит очки в коричневой оправе. Роста выше среднего. Увлекается музыкой – игрой на гармошке шестигранной формы. Вероятно, это концертино. Фамилия Петров. Назвался медиком, приехавшим сюда для отдыха. Ничего особого до сегодняшнего вечера она не замечала за ним. А сегодня вечером, часов так в десять, хозяйка заснула, а потом проснулась от того, что в комнате жильца раздавалась веселая песенка: наигрывали на гармошке. Это случилось совсем недавно: шел первый час ночи. Хозяйка постучала в стенку, чтобы жилец не шумел. Поиграв и попев еще немного, он подошел к двери и извиняющимся тоном сказал, что в голову пришла новая мелодия, и он решил записать ее, пока не забыл. И замолк. Хозяйка думала, что он лег спать и уснул. Но когда пришли мы, то оказалось, что комната пуста: жилец ушел. Судя по тому, что на подоконнике видны следы ног и рук, жилец ушел через окно. Следы ведут от окна до калитки, а через нее – на улицу. Собака, добежав до калитки, пошла по следу, который оставил Томпсон. Сейчас ведется преследование жильца.

– Что унес с собой жилец? – спросил Матвей Ильич.

– Пока еще не установлено. Сейчас выясним.

В комнату опять пригласили хозяйку дома. С ее помощью установили, что Петров унес с собой концертино, небольшой чемоданчик и пару лаковых полуботинок. Из вещей он оставил в комнате, вернее, в коридоре, куда выходила дверь из комнаты, габардиновый пыльник. Вероятно, он просто забыл про него. Да еще в кухне висело полотенце, которым пользовался квартирант.

– Спокойно уходил, – усмехнулся Зотов. – Даже полуботинки прихватил.

– Не совсем спокойно: плащ-то забыл, – заметил Сахаров. – Значит, ботинки ему оказались нужнее.

– Так у него же есть еще одна пара, – сказала старушка. – Куда ему вторые? Только руки загружать!

В дом вошел проводник ищейки, взявшей след Томпсона. Он сказал Сахарову:

– След привел к шоссе и там оборвался. Возможно, опять