Бегство в пустоту - Александр Чернов
– Вот как? – Мои брови подпрыгнули так высоко, что, наверное, выскочили из-за верхней кромки солнцезащитных очков. – Он вам изменял?
– Представьте себе, – с едва заметными нотками горечи проговорила Света.
– Поподробнее, пожалуйста. Может быть, Илья скрывается у любовницы? – опасаясь пропустить хоть слово из уст Светы, я даже подался вперед на стуле.
– Да какие там подробности, – по невеселому тону молодой женщины было ясно, что обсуждать эту тему ей крайне неприятно. Видать, не хотелось бередить душевные раны. – Спутался он со своей бывшей одноклассницей. Она там же в поселке Темные Аллеи живет. Я, наверно, тоже была в чем-то виновата, запустила себя, поправилась. Это уж сейчас взялась за фигуру, привела себя в норму. – Света огладила свои бока, словно предлагая полюбоваться на результаты своих усилий по приведению фигуры в надлежащий вид. – Вот он и загулял. Та-то девица фигуристая. Когда я в первый раз узнала об измене Ильи, он клялся и божился, что больше с ней встречаться не будет. Я простила. Но как оказалось, когда он мотался к родителям под предлогом того, что нужно помочь им на даче, заруливал к своей подружке. Ну, а уж когда я во второй раз узнала о его похождениях налево, то подала на развод.
Ну, вот, выходит, не зря я затеял задушевную беседу со Светой. Выяснились интересные обстоятельства жизни разыскиваемого мною человека.
– И кто же эта дама, с кем Илья завел роман? – Я был весь внимание.
– Маринка Мороз. Адреса я вам ее назвать не могу, но спросите в поселке, вам подскажут, где она живет.
– О да, не сомневайтесь, я обязательно узнаю.
Я посмотрел на домик, откуда вышла Ксения с двумя детьми – с мальчиком и девочкой. Мальчику было лет десять. Высокий для своего возраста, – я-то уж в детях разбираюсь, поскольку с ними работаю, – худенький, коротко стриженный, одетый в футболку и шорты. Девочке было лет восемь. Кучерявая, глазастая, чем-то похожая на маму. На ней было короткое платьице розового цвета. Мальчик держал в руках машинку, которую презентовала тетя. Девочка – куклу. Ксения, как мне показалось, как-то неловко себя чувствовала среди детей. Она, видимо, совсем не умела общаться с цветами жизни. Ну ничего, дело наживное, замуж выйдет – научится… А Света мне понравилась. Вроде ничего дамочка, довольно милая, покладистая. И чего у нее с Ксенией не сложились отношения? Может быть, у самой Леденевой характер не сахар, а то и откровенно вредный, вот и не смогла с невесткой поладить. Но, как говорится, чужая душа потемки и нечего в нее нос совать.
– Ну что ж, Света, нам пора. Спасибо за сведения. – Я поднялся из-за стола. – Извините, что побеспокоили.
Света тоже поднялась.
– Да все в порядке. А вас кто нанял-то Илью разыскивать? Леденевы?
У меня не было абсолютно никакого желания рассказывать всю подноготную моего найма в качестве частного сыщика. Поэтому я согласился:
– Да, они самые. Хотят, чтобы я нашел Илью и помог ему выпутаться из той истории, в которую он угодил.
Ксения явно обрадовалась тому, что я закончил разговаривать со Светой и двинулся к воротам, поспешно погладила детей по головам и тоже двинулась к калитке.
Света проводила нас до калитки. Распрощавшись с ней, мы сели в автомобиль и двинулись в обратный путь.
Глава шестая. Марина мороз
Ровная как стрела дорога, пролегавшая через лес, уносилась вдаль. Я сидел, развалившись в водительском кресле, небрежно положив одну руку на руль, другую – на колено. Окно было открыто, я с удовольствием вдыхал лесной воздух с запахом хвои. В Москве воздух иной – городской, со всеми вытекающими из этого определения нюансами. Какие именно, уточнять не буду, каждый городской житель знает их наперечет. В Подмосковье, конечно, тоже не сказать, что воздух хрустально чистый – те же мчащиеся сейчас по трассе машины, извиняюсь за образное сравнение, портят его. Но тем не менее дышать можно полной грудью, что я и делал, пользуясь тем, что оказался за пределами душноватой столицы.
– Ксюша, – обратился я к сидевшей рядом со мной Леденевой и смотревшей задумчивым взглядом куда-то в даль. – А ты почему мне не сказала, что твой брат встречается с какой-то Маринкой Мороз?
Девушка встрепенулась.
– Встречается с Маринкой Мороз?! – изумилась она. – Первый раз слышу. И родители о том мне ничего не говорили.
Я тоже удивился:
– Странно как-то. Ты же с ними живешь в одном доме – и не знаешь.
Ксения повернула ко мне лицо, и я периферийным зрением увидел, как она несколько раз хлопнула длинными ресницами.
– С чего это ты взял, что я живу с ними в одном доме? Я в Москве живу. У меня в городе своя квартира. Маленькая, правда, но меня устраивает.
– Даже так, – усмехнулся я. – Завидная ты невеста… Значит, тебе ничего неизвестно про любовницу Ильи?
Ксения издала смешок, чуть отстранилась от меня, будто так ей было лучше видно мою персону.
– Смешной ты мужик, Игорь, а еще сыщик, что подразумевает знатока человеческих душ. На то она и любовница, что является тайной подругой мужчины.
– Один ноль в твою пользу, – согласился я, чуть притормаживая, чтобы дать возможность какому-то лихачу на «ауди» обогнать меня. – Но тебе хоть что-то известно об этой Марине Мороз?
Девушка села ровно и, снова уставившись куда-то в даль, ответила:
– Так, в общих чертах. Знаю только, что она бывшая одноклассница Ильи, они когда-то встречались, да вот, видать, снова замутил с нею.
– Ага, – поддакнул я, – так замутил, что жена из-за этого с ним развелась.
– Да ладно, – девушка скосила в мою сторону глаза. – Светка сказала?
Я склонил голову в знак согласия.
– Она. И вообще, я удивляюсь, – произнес я с иронией. – Илья твой родной брат, а ты ни черта о нем не знаешь.
– Ну, во-первых, насколько я знаю, не из-за любовницы развелась с ним Светка, – с нотками недовольства из-за сделанного мной замечания в адрес девушки проговорила Ксения. – Илья мужик мягкий, Светка его совсем под каблук загнала – задолбала своими придирками, то мало зарабатывает, то к детям не так относится, то выпивает, теперь вот, как видишь, любовница, по ее словам, у него завелась. А во-вторых, я никогда не была близка с братом. У него своя жизнь, у меня – своя. Я в его проблемы и отношения с женщинами не суюсь.
Я на секунду воздел руки к небу, словно обращаясь к Всевышнему,
