Отель «Реббека» - Рада Рамильевна Артемьева

заметил: вы живете в розовой реальности. Очень наивная. Запутать вас ничего не стоит.

– Заставил меня так думать? – переспросила Эллен и тут же глубоко задумалась, перебирая в голове события из прошлого.

– Конечно. Спросите себя: что видели лично вы? Своими собственными глазами. Что?

Эллен судорожно соображала. Вообще-то абсолютно ничего.

– Вы ни в чем сами не участвовали, – продолжил Гозлан насмешливо, – опираетесь только на чужие рассказы. Но сидите здесь убежденная до глубины души. Уверенная в том, что произошло. Вы понятия не имеете об этом. Думаю, вас неприятно удивит, когда вы узнаете, сколько людей в отеле имело отношение к этому событию.

Эллен сидела, прибитая к стулу. Ее наивность до сей поры хороших результатов еще не показывала. Неужели Николя ее просто использовал? Обвел вокруг пальца? Теперь она совсем запуталась.

– Но вы же опрашивали старых работников? – спросила она.

– Да. Жиль ничего не знает, ничего не видел. Вандербеш тоже. Морган просто не пробить. Новичок здесь только вы. Старая компания отельных работников спелась давно. Иметь тайны и действовать сообща? Это им в радость. Одурить портье или вас они могут с легкостью. Вы еще не заметили, как они мыслят слаженно?

Эллен об этом думала тоже. Теперь же просто сходила с ума. А что она знала вообще об отеле? Кроме куцых историй, набитых мифами, ничего. Неужели она на самом деле жила в альтернативном мире? Верила все это время в мистическую легенду, пока за ее спиной создавались страшные интриги? Боже, да ее просто надули.

Глава 9

Эллен не спала всю ночь. Сказались слова Гозлана. В голове засел вопрос: что она знает об отеле на самом деле? Какая правда ей хорошо известна? Очень сомнительная, скомканная правда, которую выдали крошечной порцией. А еще дали понять: сколько положено – скажем, остальное – не твое дело.

Старые сотрудники очень скрытны, необщительны. Держатся вместе и никого впускать в свой мир не собираются. Общаться приходится разве что с Франсисом или Мюрей. Но и они здесь люди новые. Очевидно, такие же непосвященные, как она.

Отель полон сомнительных интриг. Легенды, традиции, строжайшие правила. Не выполнил – расстрел. Что это за абсурд? И кому выгоден этот абсурд? Кто его поддерживает? Николя?

Но зачем ему убивать швейцара? Он директор. Молодой, богатый. Путаться в грязной истории? Запачкаться? Для чего?

С другой стороны, большое количество преступлений совершают как раз такие личности. Деньги и власть сводят с ума. Избавиться от свидетеля – в их традиции. Но что мог видеть Венсан настолько личное? Что могло произойти на входе отеля «Реббека»?

Эллен задумалась: чувствует ли она себя в безопасности здесь? Нет. Произойти может что угодно. И главное, никуда не деться. Убежать из отеля? Сразу вызовешь подозрение. Полиция заинтересуется: чего это новая управляющая решила так – раз – и свинтить в самый острый момент следствия? Остаться – значит рисковать. И все время бояться. Теперь кажется, что все враги. Предательство на каждом углу, вранье и интриги! Наверное, она попала в черно-белый фильм. И этот фильм определенно нуар!

Утром Гозлан нагрянул в отель и сразу вызвал Эллен на очередную беседу. Эллен предложила попить кофе в ресторане, чтобы, так сказать, уравновесить неприятный разговор с приятным ритуалом. Ресторан отныне работал в новом режиме. Вместо былого ассортимента теперь здесь осталась лишь унылая кормежка, а позиции в меню сократились.

Она прошла мимо пустующих столиков и предложила сесть у окна. Гозлан не противился. Глазами внимательно изучил стены: густой бордовый оттенок, который был, по сути, безвредным, но показался следователю слишком напыщенным. Собственно, таким же, как вся «Реббека» вместе с Николя в придачу.

Окна ресторана частично выходили на террасу, с которой открывался вид на море. Сегодня море было застенчивым и не выделялось: пасмурный день добавил серых красок.

Официант принес две очаровательные фарфоровые чашки и поставил их на стол. Гозлан признательно кивнул.

– Мне нужна ваша помощь, мадам Шанталь, – сказал он. – Но сразу прошу, никаких увертываний. Либо вы действуете в интересах следствия, либо я имею все основания для вашего задержания.

Эллен мысленно усмехнулась. Выбор без выбора, подумала она. Хорошо умеет просить о помощи следователь. Это же настоящий крестный отец с «предложением, от которого невозможно отказаться»!

Она спросила, что конкретно ей нужно делать.

– Скажете мсье де Бриссаку, – скомандовал Гозлан, – что в отель снова приехал мсье Меркьюри.

После этих слов он преспокойно отхлебнул кофе, а потом снова уставился на бордовые стены. На этом моменте у Эллен сперло дыхание, она была просто убита тем, с какой легкостью Гозлан предложил ей участвовать в заговоре.

– Вы с ума сошли? – выпалила она. – Вы понимаете, что мне предлагаете? Наврать мсье де Бриссаку и сказать, что прибыл Меркьюри? А его здесь не будет?

Гозлан ожидал примерно такой реакции, поэтому дал возможность прийти в себя. Пока он не реагировал и лишь подносил чашку к губам, чтобы страсти, бушующие в собеседнице, могли слегка улечься. Эллен была просто сбита с толку: следователь, конечно, не мог сочинить ничего более изощренного, он заставляет ее участвовать в интригах против директора! Это уже чересчур! Даже для такого человека, как он!

– Как я могу такое сказать мсье де Бриссаку? – вскипела она.

– Так надо, – объяснил Гозлан. – Скажете ему, что мсье приехал и заселился в президентский люкс.

Эллен запротестовала, хотя это имело не много смысла. Аргументы не убеждали Гозлана. Он отвечал мало, но по делу: по интонации можно было судить о железобетонной упрямости. Все понятно: он не хочет советоваться и уже принял решение за всех.

– Зачем это разыгрывать? – Эллен едва сдерживалась. – Что вы хотите этим добиться? Какую-то реакцию мсье де Бриссака?

– Понаблюдаем, – как всегда уклончиво, ответил следователь.

– Что понаблюдаете? Как себя поведет Николя? Что он предпримет?

– Да, например, – согласился Гозлан с радостной интонацией, мол, эта идея ему нравится. – Вам разве не интересно увидеть его реакцию на «приезд»? Нас ждет забавное зрелище: приедет тот, кого нет.

Гозлан злорадно хохотнул.

– Если Меркьюри выдуман им же самим, – размышляла Эллен, – то Николя поймет, что это ваша подстава. Какой смысл в этом?

– Все будет видно. Если же Николя ни в чем не виновен, то он постарается подготовиться к визиту важного гостя. Тогда мы сможем, наконец, сделать вывод о том, что Меркьюри хотя бы существует в природе. Но если Николя загоношится, начнет действовать нетривиально, что-то из себя изображать…

– Значит, преступник – он?

– Скорее всего. Хорошо бы, если бы он еще случайно засветил своих подельников. Кто из отеля