Кукольный лес - Саския Калден
Сегодня за обедом мы говорили о расследовании. Я рассказала Николасу о сыне Болте, о допросе Виккерта, сказала, что Лотшек мертв. Он подбадривал меня не сдаваться в отношении Виккерта.
Я сглатываю. Николас закончил разговор. Его кресло скрипит: он встал. Внезапно меня охватывает страх, что он обнаружит меня здесь. Может, то, о чем я думаю, – вообще неправда. Может, все это лишь плод моего воображения. Глупое, глупое совпадение.
Я уже хочу развернуться и исчезнуть, как вдруг дверь открывается. Словно Николас почувствовал, что я стою за ней.
– Эй, – говорит он слишком нежно для того, кто изменяет. – Ты искала меня?
– Да так, не важно, – говорю я, отмахиваясь. – Я искала свою зарядку. Но вспомнила, где она.
Мы стоим друг напротив друга. Словно два лжеца, отлично владеющие своим ремеслом.
– Ты сегодня довольно рано дома, лишь половина пятого.
– Да, – говорю я. – Мне нужно немного отвлечься.
– Могу заказать что-нибудь из греческой кухни.
– Хорошая идея, – на автомате отвечаю я, разворачиваюсь и иду на кухню.
В груди все сдавило, словно ее сжали тисками. Я на секунду закрываю глаза и тихо выдыхаю.
Николас следует за мной.
– Я тут еще раз подумал. О твоем деле.
– И? – спрашиваю я, притворяясь заинтересованной, в то время как внутри все противится этому.
– У Болте тоже мог быть мотив убить родителей Джессики.
– Болте? – Мой голос дрожит. Чувствую, что словно ступаю по тонкому льду.
– Из мести, потому что ее отец засадил его сына за решетку. Когда кто-то испытывает такую ненависть, он способен на все.
Я киваю, но ничего не отвечаю. Мы пришли на кухню. У меня пересохло во рту. Достаю из шкафа стакан и наливаю воды. Чувствую Николаса за спиной. Не могу поверить, что он мне изменил.
– Что-то не так? – спрашивает он.
– Нет. – Я поворачиваюсь к нему. – Просто думаю. О Болте.
Я поджимаю губы и хмурю брови, словно всерьез обдумываю его подозрение.
Николас улыбается и выглядит довольным. Потому что верит, что ему удалось повлиять на меня? Как и в последние несколько дней?
– Так что тебе заказать? – Он достает свой телефон. Мне нужно время, чтобы найти ответ на его вопрос. Мои мысли и чувства сейчас где-то в другом месте. Я не могу думать о еде.
– Слоеный пирог с фетой и овощами, как обычно? – спрашивает он.
– Да, звучит неплохо. – Моя улыбка похожа на маску.
Николас смотрит на меня несколько секунд, затем набирает номер греческого ресторана и делает заказ.
– Через четверть часа. Хорошо, спасибо.
Он кладет трубку, убирает мобильный в карман брюк и подходит ко мне. Я едва не отстраняюсь.
– Я поехал, – говорит он и целует меня.
Я позволяю Николасу поцеловать себя, стараясь ни о чем не думать.
– До скорого.
Я жду на кухне, пока он надевает обувь и куртку. Дверь захлопывается, и я мгновенно выдыхаю все накопившееся напряжение.
Наверняка я просто ошибаюсь и поступаю с ним несправедливо. Неужели не может быть простым совпадением то, что у Малены был такой же брелок? Я достаю его из кармана брюк, кладу под лампу на столе и снова рассматриваю. В левом верхнем углу эмали застыл маленький пузырек воздуха. Как на том, что я выиграла в лотерее. Тогда я заметила этот изъян, но не придала значения, ведь, в конце концов, важен был смысл. Теперь же он буквально бросается мне в глаза. Может, Николас потерял его, а Малена случайно нашла? Нет, что это уже за случайность такая?
Я вспоминаю то время, когда мне было так плохо из-за дела об убийстве ребенка. Это было шесть лет назад и длилось больше года. Я была занята лишь собой и даже не заметила бы, если бы Николас мне изменял. Малена была на девятом месяце беременности, когда исчезла пять лет назад. Могло ли быть так, что он был ее любовником? А Клара – его ребенком?
Мне становится плохо. Я держусь за раковину. Николас всегда хотел ребенка. Как и я. Но что, если…
Эта мысль грызет меня. Она не дает покоя. Я открываю кухонный ящик, отрываю пакет для заморозки от рулона и иду в кабинет Николаса.
Взгляд падает на дырокол на столе. Если отпечатки пальцев совпадут с теми, что на конверте Малены, я буду знать наверняка. Надеюсь, я ошибаюсь.
Я выворачиваю пакет наизнанку, натягиваю его на дырокол и завязываю открытый конец узлом.
За раздвижными дверцами Николас хранит папки со счетами и банковскими выписками. Я достаю ту, что с данными пятилетней давности, кладу ее на стол и пролистываю выписки.
Я чувствую, что меня вот-вот стошнит курицей, которую ела в обед. Николас приготовил ее. Специально для меня. Чтобы я держала его в курсе? Чтобы думала, что он сожалеет о нашей ссоре? Он требовал, чтобы я оставила дело!
Внезапно в глаза бросается строчка в банковской выписке. Списание со счета из Франции. Отель «Корона». Бронирование.
Мой пульс учащается. Я смотрю на дату. Это было в марте, за девять месяцев до исчезновения Малены. В то самое время, когда мне было плохо. Я переворачиваю страницу. Еще один заказ из отеля. Всего две недели спустя. Николас никогда не говорил мне, что ему нужно во Францию.
Пальцы прилипают к бумаге. Я лихорадочно перелистываю страницы, едва не вырывая их из папки от злости. Я нахожу по меньшей мере шесть бронирований. Всегда с интервалом в одну-две недели. Затем довольно долго – ничего.
Я смутно помню какой-то тренинг, который Николас посещал для своего стартапа. Но обучение проходило в Швейцарии, а не во Франции. По крайней мере, так он мне сказал.
Я чувствую слабость. Сажусь на стул, кладу дрожащие пальцы на бумагу и продолжаю листать дальше.
Внезапно у меня перехватывает дыхание. В декабре, за три недели до исчезновения Малены, – снятие наличных.
Семь тысяч пятьсот евро.
Цифры расплываются перед глазами. Я закрываю рот рукой. Пальцы леденеют.
– Не может быть, – шепчу я.
Я не могу в это поверить. Я не хочу в это верить.
До меня доносится тихий шум. Входная дверь захлопывается. Я смотрю на часы. Почти шесть. Это Николас. Он уже вернулся.
Я быстро закрываю папку и кладу ее обратно в шкаф. Закрываю раздвижную дверцу. Где же дырокол?
– Дорогая? – зовет Николас.
Я хватаю дырокол, хочу быстро спрятать его и тут внезапно вспоминаю. Боже мой. Брелок. Он все еще лежит на кухонном столе.
Глава 56
Николас уже на кухне – ставит пакет с едой на стол.
