Один из нас виновен - Стив Кавана

уже спросило.

Я решил провести допрос коротко. Опасно коротко.

И оставить присяжным немного загадки.

— Мистер Вандерпул, были ли у вас сексуальные отношения с Молли Грин?

— Разумеется, нет.

— Вы когда-нибудь покупали ей дорогие украшения?

Его глаза расширились — всего на полсекунды. Вопрос ударил по нему, как вспышка фотоаппарата, прежде чем он сумел взять себя в руки и вернуть спокойный вид.

— Нет. Я никогда не покупал ей украшений.

Я постоял, глядя на него.

Пока не убедился, что все присяжные следят за мной в ожидании следующего вопроса.

Я широко и довольно улыбнулся. Так улыбается человек, уверенный в победе.

— Больше вопросов нет.

Патрик резко повернул голову к прокурору, затем к судье и к присяжным. Растерянный. Встревоженный. На лице было написано: «Что, чёрт возьми, сейчас произошло?»

Я сел.

Присяжные решат, что я поймал Патрика. Уличил во лжи.

Вопрос подсказала Ванесса. Но последнего козыря у нас не было. Не выйдет классической сцены в духе Перри Мейсона, когда я показываю чек, фотографию или ещё что-то, опровергающее слова свидетеля.

У меня ничего не было. Ни браслета, ни доказательств.

Только показания Ванессы, которая станет отрицать убийство.

Я подготовил для неё ответ, ловушку для Райли. Но очень надеялся, что Блок найдёт что-нибудь в квартире Молли.

Это станет моим третьим оружием. Если она обнаружит то, на что я рассчитывал, сила у него будет как у ядерной бомбы.

Я проверил телефон.

Сообщение от Блок:

В стене что-то пищит. Вскрываем.

— Ваша честь, с сохранением права позднее вызвать детектива Ларкина, если защита согласна, обвинение завершает представление доказательств.

— Вызывайте первого свидетеля, мистер Флинн, — сказала Таннер.

Я поднялся:

— Защита вызывает Ванессу Вандерпул.

Пока она приносила присягу говорить правду, всю правду и ничего кроме правды, я думал о правиле, которым всегда руководствовался в уголовных процессах: почти всегда ошибка — позволять подсудимому давать показания.

На этот раз другого выхода не было.

Ближайшие минуты решат судьбу Ванессы.

Глава 59

Ванесса

Ванесса умела скрывать чувства.

Тренировки у неё теперь хватало.

Сердце колотилось, во рту пересохло, но она знала: стоит сделать хоть глоток воды — и её вырвет здесь, перед всем залом.

Она закинула ногу на ногу, сцепила пальцы на колене и потянула, будто закрепляла себя на стуле, готовила тело и разум к надвигающейся буре.

— Миссис Вандерпул, в каких вы сейчас отношениях с Патриком Вандерпулом?

— Он подал на развод. Мы давно не виделись.

— Но вы всё ещё супруги?

— Да. Юридически мы ещё женаты.

— Вы понимаете, что брак предоставляет вам определённую правовую защиту и ограничивает то, о чём вы вправе свидетельствовать в суде?

— Мне объяснили. Я понимаю, что такое супружеская привилегия.

— На записи видно, как в ночь убийства ваш муж вышел из здания Молли Грин в двадцать два восемнадцать, а вы вошли в двадцать два тридцать два. Что вы увидели, войдя в квартиру Молли?

Ванесса отпустила колено, распрямила ноги.

Подалась вперёд и заговорила прямо в микрофон:

— По совету адвоката я отказываюсь отвечать, поскольку мой ответ может уличить мужа.

Она откинулась от микрофона, словно только что зажгла перед собой огонь.

Прокурор наклонился над столом, качая головой, и принялся листать судебные решения, которые передал Гарри Форд. Такого он не ждал.

Флинн был хитрым сукиным сыном. Нашёл способ, чтобы она ничего не сказала и одновременно сказала всё.

— Миссис Вандерпул, был ли у вашего мужа роман с потерпевшей Молли Грин?

Ванесса медленно закрыла глаза, вновь открыла и придвинулась к микрофону.

— Отказываюсь отвечать, поскольку мой ответ может уличить мужа.

Бум — кулак Райли ударил по столу.

Она повернула голову и увидела, что судья делает пометки и смотрит на Флинна с нескрываемым презрением.

— Миссис Вандерпул, ваш муж склонен к насилию?

— Отказываюсь отвечать, поскольку ответ может уличить мужа.

— Закатайте, пожалуйста, рукава и покажите присяжным руки.

— Возра... — Райли вскочил с места, но лицо его выражало растерянность. Этого он не хотел. Возражение вырвалось по привычке, однако мозг подсказал, что в эту область лучше не заходить. Он не знал, что последует дальше, и не хотел спорить о том, имеет ли вопрос отношение к делу.

— Прошу прощения, снимаю возражение.

Флинн кивнул. Ванесса закатала рукава и показала шрамы присяжным и всему залу.

— Откуда эти шрамы?

— К коже прижимали раскалённую ложку. Иногда — пламя.