Ещё не совсем мертва - Холли Джексон
— Так, Мардж, — Люк явно пытался вызвать у нее новую реакцию, — а ты-то в кого вырядилась в этом году?
— О. — Джет жестом указала на свою черную водолазку, джинсовую жилетку без рукавов, черные брюки и ботинки. Да, ботинки тоже были черными. — По-моему, это более чем очевидно. Я пришла в костюме недоучки, бросившей юрфак и в свои двадцать семь все еще живущей с родителями.
Она поспешила пошутить сама, пока это не сделал кто-то другой.
Люк присвистнул.
— Самый жуткий костюм на этой ярмарке.
София легонько толкнула его локтем.
Джет почувствовала, как в животе что-то заныло, а щеки обдало жаром.
— На тебе тоже нет костюма, — напомнила она брату.
Люк откашлялся.
— Нет, потому что я здесь представляю нашу семью, представляю «Мейсон Констракшн» (Mason Construction). Это наша ярмарка, и важно выглядеть профессионально и располагающе.
— С такой-то прической? — Джет рассмеялась, все еще ощущая обиду. Возможно, ей станет легче, если она заденет Люка. Хоть немного. — Компания еще не твоя, Люк.
На его челюсти дернулся мускул.
— В следующем году. — София сжала руку мужа, а на ее губах, накрашенных красной помадой, расплылась улыбка.
«В следующем году, когда папа уйдет на пенсию. Нет, простите, если уйдет, — подумала Джет. — Он собирался "вот-вот уйти" уже трижды». Об этом не полагалось говорить, и Джет это знала; она одарила брата пустой, слишком зубастой улыбкой.
— Первый Хэллоуин Камерона, — быстро проговорила София, переключаясь на тему, которую обсуждать дозволялось. На своего ребенка. Вообще-то, это было единственное, о чем она хотела говорить. — Он у нас тыковка.
Она легонько подбросила малыша на бедре.
— Ох, черт, правда? — сказала Джет. — А я думала, он — мускатная тыква[2].
— Джет, — София резко обернулась к ней. — Не могла бы ты не ругаться при ребенке, пожалуйста.
- Блин, прости. — Джет прижала ладони ко рту.
— Ты серьезно?
— Само вырвалось. — На самом деле нет.
— Ты все еще пишешь тот... как его? — спросила София. — Тот сценарий?
Джет замялась, ковыряя носком ботинка опавший лист. Ей не хотелось об этом говорить, но София и Люк пристально смотрели на нее, и выбора не осталось.
— Нет, я этим больше не занимаюсь.
Люк засунул руки в передние карманы. Ну, началось.
— Уже сдалась? — сказал он, явно наслаждаясь моментом. — Это, должно быть, новый рекорд.
— На самом деле я работаю над кое-чем другим. — Джет старалась говорить ровно, выставив внутренние барьеры и стиснув зубы. — Новая идея.
— Это ведь не то дело с приложением для выгула собак? — уточнил он.
Ощущение в животе вспыхнуло ярче, внутренности словно скрутило. Джет прищурилась, в ее взгляде застыл невысказанный вопрос.
— Папа рассказал, — пояснил Люк.
— Ну, — произнесла она таким тоном, будто ей было совершенно плевать, — я бы хотела, чтобы вы все перестали меня обсуждать.
— Ну, — парировал он, — а я бы хотел, чтобы у нас не было в этом нужды.
— Отвали, Люк.
— Джет!
— Он еще не умеет говорить, София.
— В этом-то между нами и разница, — подытожил Люк. — Если у меня есть цели, я на самом деле довожу их до конца.
Джет рассмеялась. Окружающие говорили, что этот хриплый, грудной звук совсем не вяжется с её лицом. Стариковский смех — как будто она выкуривала по пачке в день, хотя на самом деле никогда даже не пробовала сигарет.
— У меня впереди уйма времени, — сказала она.
Эту фразу она твердила себе каждый понедельник, когда родители уходили на работу, а она — нет. Она повторяла эти слова до тех пор, пока они не въедались в подкорку. В любом случае, не стоило позволять Люку так легко выводить её из себя.
— И, кажется, ты забываешь, что в десять лет я выиграла окружной конкурс по орфографии.
Люк склонил голову.
— Я помню.
Конечно, он помнил, ведь победа на конкурсе была далеко не единственным событием того дня.
— Ну ладно, — вмешалась София, совершенно не подозревая о мрачных воспоминаниях, по которым она сейчас топталась своим певучим голоском. — Мы пойдём. Малыш начинает капризничать.
— Оу, Люк, что, не доел сегодня своего протеина? — подколола его Джет.
Черт, он даже не слушал. Люк вытягивал шею, высматривая поверх голов ведьм и супергероев палатку, где торговали их родители.
- Мне пора, пойду выручать отца, — бросил он вместо прощания.
— Примерный маленький финдиректор, — пробормотала Джет себе под нос.
Люк услышал. Он обернулся, и в его глазах промелькнула вспышка гнева.
— По крайней мере, я финансовый директор, а не директор по косякам.
— Звучит даже не в рифму.
— Джет! — прикрикнула София.
— Вообще-то выругался Люк, а не я!
Камерон захныкал. София вздохнула, провожая Люка взглядом сквозь толпу.
— Хотелось бы мне, чтобы вы не ссорились.
Джет покачала головой.
— Это не ссора. Обычный разговор. Тебе не понять.
— Он сейчас в сильном стрессе.
— Он же Люк, — отрезала Джет. — У него вечный стресс. Бьюсь об заклад, на этой неделе он как минимум дважды нашел время сыграть в гольф с Джеком Финни и Дэвидом Дейлом. Тоже мне, стресс. Я знала его первой, не забывай. И тебя тоже знала первой.
В этом и заключалась суть — та холодная, колючая преграда между Джет и Софией. Ты уезжаешь в колледж, и твоя лучшая подруга перестает звонить, перестает отвечать на сообщения — ей становится плевать, — а вместо этого она нацеливается
