Под маской. Моя автобиография - Тайсон Фьюри
Только мама может так отчитать мультимиллионера. Обо мне она волновалась больше, чем о себе, наверное, как и все хорошие матери; материнская любовь меня неизменно впечатляет. Хоть я и прирожденный боксер, но, глядя на свою мать, я вижу, что перенял у нее кое-какие черты характера. Я много об этом размышлял после боя с Уайлдером. О том, как моя семья седлала меня тем, кто я есть, сформировала характер, позволивший мне справиться с самыми тяжелыми испытаниями.
Мне кажется, что трудолюбием, которое мне присуще в боксе и не только, я обязан моей восьмидесятидевятилетней бабушке Пейшенс. Она никогда не была богатой, и жизнь у нее была не сахар, но она внушила мне и моим братьям, в чем заключается смысл тяжелой работы. Маленьким мальчиком я помогал ей по дому и выполнял всякие поручения. Она выросла в Лондоне и рассказывала, что, будучи подростком, помогала отцу асфальтировать улицы. Мы вместе смотрели старые фотографии, и я многое почерпнул из ее рассказов о том, как она растила отца и других своих сыновей. Деньги для нее не были главным, важнее было не бояться тяжелой работы и бороться за себя, потому что жизнь бывала порой очень сурова. Если твоя бабушка подростком мостила улицы, полагаю, у тебя в генах заложено упорство и сила воли! Я уверен, что именно это помогает мне на ринге, и постараюсь привить это трудолюбие своим детям. Конечно, им ничего не стоит облениться и жить за счет своего отца, но я знаю, что этого не произойдет. Папа у них не вечный, и им придется научиться работать так же, как мне, чтобы реализовать свои собственные мечты.
После поединка с Уайлдером чем больше я размышлял о своем воспитании и как оно сформировало мою личность, тем больше вспоминал других членов семьи, которые помогли мне на этом пути, хотя в детстве я этого не замечал. Думаю, что на мое отношение к работе повлияло время в подростковом возрасте, проведенное в городке Торки с тетей Рамоной (сестрой матери) и ее мужем Джеймсом, который был озеленителем. Я обожал к ним ездить, потому что, не имея собственных детей, они меня страшно баловали. Я трудился, убирая мусор, выполняя всякую тяжелую работу, а потом бежал на пляж купаться или играть в крикет. Этот образ жизни сильно отличался от того, к чему я привык, но мне нравилась такая перемена, и я многому научился. Даже больше скажу: если бы не дядя с тетей, я не стал бы тем, кем стал. Рамона и Джеймс научили меня усердно трудиться и ценить хорошие вещи в жизни. Джеймс выкладывался на работе, но у него было отличное чувство стиля, что меня восхищало, и мне нравится думать, что я частично его перенял.
Помню, у него был красивейший Bentley, который он мыл каждый день. Он натирал его замшей, полировал и очень гордился внешним видом этого автомобиля. Дядя и собственным видом очень гордился, и в этом мы с ним определенно похожи. Мне всегда нравилось выделяться элегантными костюмами и быть ухоженным. Джеймс хорошо одевался и был загорелым, что сильно отличало его от мужчин, среди которых я вырос, — они были погрубее и более приземленными. Мне всегда очень нравилось чувство стиля дяди Джеймса, думаю, это благодаря нему в моем гардеробе присутствуют броские цвета.
Рамона работала дизайнером по интерьерам и умела придать дому лоск. Я часто ездил с дядей и тетей по аукционам. Как и в случае с автомобильными аукционами, которые мы посещали с отцом, я впитывал культуру торговли, что сослужило мне хорошую службу, когда пришло время рекламировать собственные бои.
.
К Рождеству 2018 года мне удалось продать самый главный бой — сказочное возвращение на ринг в поединке с Деонтеем Уайлдером — и у меня это получилось благодаря характеру, который сформировался под влиянием моей семьи.
Этим Рождеством я по-настоящему наслаждался, в отличие от того, что было три года назад, когда депрессия накрыла меня после боя с Владимиром Кличко. Всем было известно, что король тяжелого дивизиона вернулся и будет править столько, сколько пожелает.
Глава 14
Восход нового дня
Филадельфия, 2007 год
Инстинкт подсказал: не здесь и не сейчас. Это был первый раз, когда я оказался в Америке и первый раз (он же единственный), когда я убежал вместо того, чтобы драться. Но, учитывая реальную возможность того, что мой противник достанет пистолет или нож, я до сих пор считаю, что поступил правильно.
Я приехал в Филадельфию в составе сборной Ирландии по любительскому боксу, в которую входили такие многообещающие проспекты, как будущий чемпион в легчайшем весе Райан Бернетт и полутяж мирового уровня Стивен Уорд. В то время я оставил мечту выступать на Олимпийских играх 2008 года за Великобританию и обратился к своим ирландским корням.
Как только мы прибыли в город и у нас появилось свободное время, мы с двоюродным братом Филом, который впоследствии тоже стал профессиональным боксером, решили пойти погулять. Мы сами не знали, куда направляемся, просто бродили. Однако, завернув за угол, мы наткнулись на какого-то парня, который рассказал нам, куда, по его мнению, мы должны пойти. Сначала я подумал: «Ну уж нет», — но, осознав, что можем лишиться жизни, мы с Филом рванули, как Усэйн Болт. Мы вернулись в гостиницу перепуганные, но целые и невредимые. Когда сопровождавшие нас американцы услышали, куда мы забрели, на их лицах появился ужас. Они объяснили, что мы каким-то образом забрались в самый криминальный район Филадельфии, и парень, которого мы встретили, скорее всего, принял нас за бойцов конкурирующей группировки. Мой первый визит в Штаты и моя карьера
