Строптивая жена драконьего военачальника - Алекс Найт
— Элиза, послушай меня, — он убеждённо заглянул в мои глаза. Хотел схватиться и за мои плечи, но я сделала шаг назад, не позволяя. — Ты спешишь. Военных достаточно, прибывают силы запаса. А ты только на четвёртом курсе, ещё не завершила обучение. Успеешь ещё повоевать.
— Тогда почему приказ пришёл только на моё имя? — иронично усмехнулась я, скрестив руки на груди. — Мы все пришли на поле боя добровольно, только мне ты решил запретить. Даже отец меня отпустил.
— Я… волнуюсь за тебя. И хочу, чтобы ты находилась в безопасности.
Сердце сжалось на миг, стало и тепло, и горько.
— Ты говорил об уважении к тебе, но не проявил его в ответ. Кто я, по-твоему? Девчонка, которой можно управлять как вздумается?
— Это не так, — нахмурился он.
— А как? Если в безопасное место отправляют только меня. Ты даже не удосужился поинтересоваться моим мнением, даже не сообщил, что отдашь такой приказ. Нет, Адам, я такое не приму. Хочешь раздавать приказы, ищи жену пониже статусом, которая уважает тебя больше, чем себя. А мне лучше одной и бракованной, чем униженной.
— Это не унижение, Элиза, — он всё же приблизился, аккуратно сжал мои плечи руками. Встряхнул. — Я просто хотел тебя защитить.
— Но я не вещь, я дочь рода Вотерборн, рекрут отряда заклинателей. Я там, где должна быть в момент опасности для всей страны. На передовой. И намерена вернуться в лагерь, — отрезала, сбрасывая его руки. — Если поступит новый приказ, я буду вынуждена подчиниться, но тогда следующая наша встреча пройдёт при юристе моего рода и будет касаться внесения дополнений в контракт об ограничении общения.
— Ты ставишь мне ультиматум, Элиза, — голубые глаза Адама потемнели, в них загорелись злость и неодобрение. — Либо я следую избранного решения, проявляю заботу о твоей жизни, но теряю тебя, либо соглашаюсь оставить тебя в опасной зоне…
— И проявляешь уважение к моему выбору, — кивнула, развеивая сферу безмолвия. — Будьте осторожны, страж Сеймур, и спасибо за разговор, — отсалютовав ему по правилам, я с облегчением отвернулась и поспешила прочь.
Испытывать на себе негодование высшего военачальника — то ещё удовольствие. А он именно так и смотрел, как военный, а не как муж. И почему-то от этого осознания было больнее всего.
Чем дальше я отходила, тем, казалось, становится шире пропасть между нами. И ведь это начало возможного конца. Возможно, это был наш последний разговор. Но мысли о личных бедах рассеялись, когда по лагерю разнёсся крик:
— Разлом открывается! Тревога!
Глава 16
/Элиза/
Никогда прежде я не испытывала такого всепоглощающего ужаса. Чудилось, это сон, просто кошмар, но, к сожалению, в этом состояла наша реальность. Новый разлом вновь набирал силу, выпуская из себя сотни и тысячи клыкастых ядовитых тварей. А нам оставалось только защищаться и помогать тем, кто не способен за себя постоять.
Я вернулась в лагерь рекрутов, а здесь приступила к работе с беженцами. Приказ о моём возвращении в академию так и не поступил. То ли Адаму было не до того, то ли он меня услышал. А вот Виктория не вернулась. Она связалась со мной и объяснила, что вынуждена отправиться в академию из-за того, что обязана возглавить род в случае смерти брата. Я согласилась с её доводами, но её слова только усилили мой ужас, ведь Вилдбэрн сомневался в том, что выживет. Впрочем, рефлексировать было некогда, все мы пребывали в раздрае, но продолжали выполнять свой долг.
Грант внезапно вызвал меня на следующий день. Я решила было, что Адам всё же решил отправить меня в безопасное место, но не отгадала.
— Ты знаешь, что происходит? — прямо спросил у меня Шейн, закрывая нас сферой безмолвия.
— Со мной никто не связывался, — качнула я головой.
— Состоялось голосование высших военачальников. Итан почти единодушно избран главнокомандующим армией.
— Но… такого поста больше нет, его отменили после свержения императора, — пролепетала я растерянно.
— Свод законов не переработан до конца, — поморщился он. — Это голосование поставило его на одну ступень с советом. Все его приказы будут и правомерны, и одновременно противозаконны. Предупреди отца, пусть готовится.
— А вы?
Как и я, Шейн отпрыск члена совета. Тоже старший, должен занять место главы рода после отца, но не стремится к этому. После трагедии у Форли, где также произошёл прорыв, который, благодаря Итану и слаженной работе военных, удалось подавить, он прервал карьеру и перевёлся в академию преподавателем. Мы не были друзьями или приятелями, придерживались официального формата общения, но он как-то обмолвился мне, что счастлив на своём месте, и находится там, где от него больше всего пользы. И он действительно был потрясающим и уважаемым преподавателем. Но долг перед родом не отменить. Насколько знаю, его отец, Август Грант, болен, судя по внезапности наступления недуга, это результат покушения. И теперь Шейну предстоит заменить его.
— Буду находиться здесь, пока нужен. В совете разберутся без меня. Да и не торопятся меня впускать в свой кружок, — усмехнулся он мрачно, а голубые глаза вспыхнули силой резерва. — Но я намерен занимать нейтральную позицию.
— Род Вотерборн поддержит Вилдбэрна, — после краткой заминки сообщила я.
Мой брак состоялся именно ради укрепления этих договорённостей. К тому же в наше распоряжение перешла часть капиталов будущей невесты Вилдбэрна, Камиллы Моррис. Он уже помог ей вернуться в совет. Мы не можем отступить, даже если теперь сомневаемся в правильности сделанного выбора и победе. Это вопрос чести.
— Тогда тем более предупреди отца, — Шейн принял мои слова спокойно, хотя занимал нейтральную позицию из-за давней вражды с Итаном.
— Предупрежу. Но зачем это Вилдбэрну? Чтобы захватить власть?
— Судя по всему, дела наши плохи, он намерен отвести войска и приступить к построению линий обороны, чтобы не множить бессмысленные жертвы.
— Что⁈ — я задохнулась от шока. — Но линии обороны… это на сотни километров… и…
— Придётся оставить столицу, — тяжело сглотнув, подтвердил Шейн. — Но это всего лишь город, жизни дороже. Помни об этом, когда поступит приказ, — и сжал моё плечо в попытке приободрить, не скажу, что у него получилось.
Но я постаралась следовать его совету, потому что он оказался прав. Приказ об отступлении поступил, мы собрали лагерь и повели беженцев в сторону столицы. А по пути слушали их недовольство…
— Зачем мы уходим⁈ — голосила одна женщина, по моим ощущениям, около часа. — Там наши дома! Вы должны убить тварей, чтобы мы могли вернуться! Там вся наша жизнь!
Нервы всё-таки сдали. Я выхватила нож из ножен на
