Суждение о Силах - Бенедикт Джэка
«Но у тебя есть все необходимое?» — спросил Колин.
Я постучал по карману с коробкой. «Да».
«Так в чем проблема?»
«Охранник подошел ко мне, когда я был в середине процесса. Мне пришлось остановиться на полпути».
«Я думал, что это не имеет значения».
«На этот раз это не имело значения. Если бы я пытался сделать правильный сигл, это было бы полным провалом».
«Ты такой педантичный в этих вещах».
«Да, на то есть причина».
«Все равно тебе не помешает немного расслабиться», — сказал Колин, а затем махнул рукой. «Так ты точно собираешься довести это до конца?»
«Да», — ответил я Колину.
План, который я придумал на прошлой неделе, состоял из пяти шагов. После множества неудачных попыток и перечеркиваний на последней странице моего блокнота было написано следующее:
1. Пробный рейд.
2. Собрать команду.
3. Рейд за сиглами/аурумом.
4. Выйти в плюс.
5. Рейд за мощными сиглами.
Сегодняшний вечер был первым этапом. Следующим был второй этап.
«Кто будет в команде?» — спросил Колин.
«В основном те же, что и в прошлом году на Рождество», — ответил я. «Павел, Антон. Бриджит. Можно спросить Айви, хотя она, скорее всего, откажется». Я оглянулся. «И ты. Если хочешь?»
«Да, конечно. Напомни, кто такая Бриджит?»
«Моя сводная сестра».
«Ах, да, богатая девчонка». Колин подумал минуту. «Думаешь, они все придут?»
«Может быть?» — ответил я. Я нервничал из-за следующей части. Одно дело — планировать все это, когда я мог сделать все сам. Совсем другое - предложить идею группе людей и убедить их в этом.
Мы сидели некоторое время в тишине. По краям парка прошло несколько человек, но их было немного. Вероятно, днем это было популярное место. «Могу я тебя спросить?» — сказал я.
«Конечно».
«Если бы тебе дали что-то действительно редкое и полезное, но ты об этом не просил... как бы ты отнесся к человеку... вещи... которая тебе это дала?»
«Что за вещь? Ноутбук, гитара или...?»
«Что-то вроде сверхъестественной способности».
«Как один из твоих сиглов?»
«Ладно», — сказал я. «Ты помнишь, как в наших старых играх D&D были такие посторонние существа, как демоны и ангелы, с кучей сверхъестественных способностей? Представь, если бы кто-то из них наделил тебя эдакой способностью среднего уровня, которую ты мог бы использовать по своему усмотрению. Почувствовал бы ты какие-то обязательства перед тем, кто это сделал?»
«Обязательства что-то делать?»
«Делать то, что оно хочет. Предполагается, что оно дало тебе эту способность по какой-то причине».
«По какой причине?»
«Ты не знаешь».
«Как я могу не знать?»
«Потому что ты никогда не видел это существо, не разговаривал с ним и не взаимодействовал с ним. Ты просто просыпаешься однажды с этой способностью».
«Тогда как я могу знать, что получил ее от существа из другого мира?»
«Ты не знаешь. Изучив вопрос, ты в конце концов приходишь к выводу, что объяснение с посторонним существом является наиболее вероятным, но ты не уверен».
«О, ладно», — сказал Колин. «Итак, в этом гипотетическом сценарии постороннее существо могло дать мне эту магическую силу по какой-то причине, но я вынужден гадать, что это за причина».
«Верно. Так ты попытаешься сделать то, что оно хочет?»
«Честно?» — спросил Колин. «Моя первая реакция полностью зависит от того, что это за постороннее существо».
«Что ты имеешь в виду?»
«Я имею в виду, что если бы оказался в таком положении, то бросил бы все и начал выяснять, что же это за штука такая. Например, этот сверхъестественный дар исходит от кого-то, подобного Иисусу, или от кого-то, подобного Нурглу?»
«Хм», — пробурчал я. Теперь, когда я об этом подумал, конечно, Колин бы так и поступил. Я хочу узнать больше — это его первая реакция на все.
«Что касается того, чувствовал ли я себя обязанным перед этой штукой...», — продолжил Колин. «Не знаю, я вижу два варианта. С одной стороны, эта штука не заключала со мной никакого соглашения. Она просто сделала это, не дав мне выбора или чего-то еще. С другой стороны, я верю во взаимность и все такое, так что, думаю, я бы почувствовал некие обязательства. Но это зависело бы от цели, понимаешь?»
«Да, ладно», — сказал я. Полезно говорить о таких вещах. В течение большей части прошлого года я пытался делать все сам. Гораздо легче ясно мыслить, когда ты не заперт в своей голове.
«Итак..., — сказал Колин после паузы, — это все просто гипотетически?»
Я не ответил, и мы еще немного посидели в темноте. Я смотрел на Изенгард через железнодорожные пути. На его крыше вращались ветряные турбины, их движения казались обманчиво медленными и ленивыми. Здесь, внизу, в окружении многоэтажных домов, ветра почти не было. Там, наверху, все было по-другому.
Лондон — город многослойный. Мы с Колином провели ночь внизу, копошась в грязи. Мужчины и женщины, которые жили в этих домах и в Барбикане, находились на слое выше. Но корпорации в своих башнях и Дома в своих особняках были так же далеко над ними, как и над нами.
А над корпорациями и домами были группы, подобные Крылатым.
Что было над ними?
Я посмотрел вверх, мимо ветряных турбин на башне, на темное небо. Оно было затянуто густыми облаками, окутывавшими все серой пеленой. Мы посидели там еще немного, а потом ушли, чтобы успеть на последний поезд домой.
Глава 8
Понедельник и вторник были потрачены на подготовку к первому собранию того, что, как я надеялся, станет моей командой рейдеров. А в среду я отправился на встречу со своей матерью.
Я знаю свою маму всего шесть месяцев. Папа немного рассказывал мне о ней, когда я рос, и, конечно, она была со мной, когда я был маленьким, но этого недостаточно, чтобы по-настоящему узнать человека. Пару раз за зиму я ловил себя на том, что смотрю на нее, пытаясь вызвать в памяти старые воспоминания, но ничего не получалось. Я видел в ней отголоски себя, но все они были поверхностными — ее манеры, небольшие особенности поведения и речи. Ее мысли и чувства были для меня закрытой книгой.
Это была, наверное, шестая или седьмая наша встреча, и, как и все другие, которые она организовывала, мы находились в Хэмпстед-Хит. На этот раз это была его западная
