Империя Семи Мечей - Самир Рамазанов
Я резко сжал зубы, принимая решение.
— Система! Навыки!
Перед глазами на долю секунды вспыхнуло полупрозрачное неоновое окно. Я даже не стал тратить драгоценное время на чтение списка.
— Использовать «Шаг Пустоты»!
Весь мир вокруг меня на одно короткое мгновение будто полностью провалился в ледяную, абсолютную темноту. Моё тело человека мгновенно испарилось из прежней геометрической точки коридора. И через микродолю секунды я соткался из чистой Тьмы строго за спиной Узумаки, выходя из инверсии.
— Попался, ублюдок!
Я резко развернул корпус по оси на 180 градусов и со всей силы занёс Абсолютные кинжалы для сокрушительного удара в незащищённую шею. Но…
Узумаки уже ждал этого перемещения. Он безупречно просчитал мой тайминг.
— Что?.. — пролепетал я, застывая в анимации.
Японец даже не стал полностью оборачиваться ко мне лицом. Он просто… с тихим металлическим щелчком лениво убрал свои кинжалы обратно в ножны на бёдрах.
— А? — я не успел договорить фразу до конца.
Широкая ладонь Узумаки со скоростью выпущенной молнии взлетела вверх. Его сильные пальцы намертво, железным капканом сомкнулись прямо на моём лице, перекрывая обзор и ломая маску.
— Блядь—
БУМ!
Весь мой виртуальный мир в ту же секунду с грохотом перевернулся. Меня с чудовищной, ненормальной силой швырнуло спиной вперёд прямо в монолитную стену Лабиринта Бездны. Камень взорвался от страшного удара, разлетаясь веером осколков. Моё тело на полной скорости пробило первую обсидиановую перегородку коридора. Потом, не останавливаясь, вторую.
Я пролетел кувырком несколько метров по текстурам и со всего размаха врезался в противоположную стену так жёстко, что по ней во все стороны радиальной сетью разбежались глубокие трещины.
«`
┌─────────────────────────────┐
│ КРИТИЧЕСКИЙ УРОН │
│ │
│ Здоровье: 2 % │
│ ⚠️ Аномальное состояние: │
│ ШОК │
└─────────────────────────────┘
«`
На несколько долгих, кошмарных секунд я вообще полностью перестал понимать, где нахожусь и что происходит. В ушах стоял непрекращающийся, оглушительный гул, а перед глазами лениво плавали жирные чёрные пятна. Я медленно, как тряпичная кукла, сполз спиной по расколотой стене и беспомощно рухнул на пятую точку.
Из горла сам собой вырвался тяжёлый, болезненный кашель. На серый камень арены одна за другой густо упали багровые капли цифровой крови.
— Кха… кха… сука…
Это было чертовски больно. Физиология патча v3.0 работала на максимум. Я судорожно попытался подняться, оперевшись на руки, но онемевшие ноги просто не слушались, превратившись в вату.
В этот момент Система над ухом снова бесстрастно заговорила:
[ВНИМАНИЕ. Текущий уровень здоровья: 2 %. Рекомендуется немедленно использовать эликсир здоровья из инвентаря.]
— Да понял я… понял… — хрипло, со свистом прохрипел я, размазывая кровь по подбородку.
Правая рука мелко, судорожно дрожала, когда я потянулся пальцами к поясу. Но прежде чем я успел нащупать нужный флакон… прямо перед моим носом плавно остановились две кованые сапоги Узумаки.
Я медленно, преодолевая сопротивление интерфейса, поднял свой тяжёлый взгляд наверх. Японец неподвижно стоял надо мной, глядя строго сверху вниз. И в его фигуре не было ни капли турнирной спешки. Ни капли сомнения в собственной победе.
— Если честно, я ожидал от тебя гораздо большего, Эндрик, — тихо, с разочарованием произнёс он через переводчик.
Узумаки сделал один короткий шаг вперёд.
— Думал, ты будешь значительно посильнее в PvP, раз Макс так носится за твоей головой.
Он медленно, с нажимом поставил свою тяжёлую ногу прямо на мою правую руку, прижимая её к обсидиану.
Раздался мерзкий, отчётливый хруст кости.
— А оказывается… я просто сильно переоценил обычного слабака, — выплюнул он.
Я сильно поморщился от вспышки боли, но кричать не стал, лишь крепче стиснул зубы.
— Я думал… — я тяжело, со свистом вдохнул горячий воздух. — Я думал, что у нас после уравнивания до пятисотого левела не будет такой огромной, колоссальной разницы в чистой силе.
Узумаки молча посмотрел на меня несколько секунд, переваривая ответ. Потом брезгливо убрал ногу с моей руки.
— Ладно. Скучно.
Он лениво развернулся к выходу из пролома.
— Иди на респаун, Изгой. Там, в ложе проигравших, сможешь спокойно отдохнуть.
Я замер, и внутри меня всё похолодело. Респаун… Если бы это была обычная, нормальная игра — тогда да. Без проблем. Можно было бы спокойно умереть под ударом топа, возродиться на городской площади, восстановить статы и вернуться обратно. Но здесь… здесь, в этой забагованной капсуле с вросшим в череп шлемом, смерть была настоящей. Окончательной. Никакого респауна для меня физически не существовало. Смерть на Арене означала смерть в реальном полуподвале.
Узумаки снова медленно повернулся ко мне лицом.
— Хотя… — он плавно поднял правую руку, и в его пальцах снова блеснула сталь кинжала S-ранга. — Закончим это прямо сейчас, чтобы камеры не ждали.
Я понял всё сразу, без лишних системных подсказок. Вот он — мой конец. Конец моей трёхнедельной безумной гонки Изгоя. Израненное тело абсолютно не слушалось. Спасительное лечебное зелье всё ещё мирно оставалось в ячейке инвентаря, но достать его руками я уже физически не успевал по таймингам. Узумаки уже высоко занёс руку для последнего, финального колющего удара в сердце.
И вдруг—
БАААААХ!!!
Монолитная обсидиановая стена лабиринта строго по правую сторону от нас с оглушительным, громоподобным грохотом разлетелась на куски, заполняя всё пространство густым облаком серой пыли и обломков.
— А-А-А! НАКОНЕЦ-ТО Я ТЕБЯ НАШЁЛ, УБЛЮДОК ЭНДРИК!!!
Прямо из этого кипящего облака пыли, дико вращая огромным двуручным топором, безумным коршуном выскочил лидер гильдии «Рейдеры Ночи». Макс.
— Наконец-то, сука! Попался! — истошно орал он.
Он тяжело, хрипло дышал, весь покрытый слоями белой извести, каменной крошкой и глубокими царапинами после прорыва через ловушки. А затем его налитые кровью глаза намертво наткнулись на мою распластанную фигуру.
— А ты… ты какого чёрта там на полу лежишь, крыса?!
Макс яростно ткнул в меня своим толстым бронированным пальцем.
— Откинуться без меня на респаун собрался, что ли?! Я вообще-то всю эту неделю жил только ради того, чтобы лично убить тебя, мразь! Ну-ка вставай!
Я, едва удерживая уплывающее сознание, медленно,
