Ворона цвета сажи - Карина Вран
Наверняка это что-то значит. Отражает внутреннее «я» художника.
Мою борьбу с препятствиями? Их городят на моем пути-восхождении, а я продолжаю подъем?
Детскую непосредственность и открытость миру у Нин? Там капельки после дождя, там живость и правда присутствия.
А что лапки разъехались и тушь растеклась — ерунда. Для первого года обучения простительно.
Все мы знаем, что мастер Ван выберет панду Нин в ученицы. Потому что технику поставить и каноны заучить может каждый. При желании. А настоящий талант — редкость.
Эта ворона не завидует. Восхищается. И старается брать от занятий с учителем всё возможное.
Хотя я и сама вижу — моя цикада ближе к схематическому изображению. Робо-цикада. А наверх она ползет, чтобы лучше был обзор для фасетчатых глаз. И прием у встроенных датчиков был четче.
Пока хотя бы технику тяну вверх. А там — как пойдет.
Живопись — это тоже расширение внутренних границ. Где воссозданная реальность, а где внутреннее ощущение? Грань одновременно жесткая и тонкая.
А ещё — это моя любимая мелкая моторика. Для гунби нужен запредельный контроль движений кисти.
Процесс творческий. То есть, снова одновременно работают и правое, и левое полушария мозга. Прокачиваем этого маленького персонажа!
Всячески. Никогда не знаешь, что пригодится в будущем.
Да, Мироздание?
Перед домом нас ждет сюрприз. В двойном объеме.
Оба возле недешевых автомобилей. Оба — мужского пола.
— Кого это Цзинь притащил? — Мэйхуа настолько удивилась, что даже не скрыла эмоцию в голосе. — В наш дом, без спросу… Мелкий совсем страх потерял!
Солидная госпожа директор в этот миг казалась девчонкой-задирой. Такая легко наваляет младшему брату за провинность.
— Мам, у вас разница меньше месяца, — напомнила эта ворона, давясь от смеха. — А ещё дядя тебя на полголовы выше. Нет, даже почти на целую голову!
— Был бы толк, если бы он целой головой думать научился, — фыркнула мать, которую я прям не узнавала.
Эй! Охрана! Куда вы смотрите? У меня тут мать подменили!
Понять, что там за гость на темно-зеленом майбахе (буквально недавно рекламу с ним Жуй Синь делал, задорого), мешала постановка визитера в пространстве. К нам стоял спиной костюм в полоску.
Курил. Сигару в крафтовой бумаге. И что-то увлеченно говорил нашему родственнику. Активней жестикулировал, чем прикладывался к сигаре.
Хм. Знакомый Цзиня, с видами на какие-то общие дела? Или их общий с мамой друг? То, что эта ворона не слыхала о его наличии, ни о чем не говорит.
Они вообще мало обсуждают дела прошедших дней. А если вдруг и затрагивают какие-то моментики, то быстро сворачиваются.
Нет, я всё понимаю. Множество опасных и болезненных тем в том прошлом… Но мне же любопытненько!
Так что дайте мне сюда этого гостя! Мы его препарируем… э-э, словесно. Разговорим, вот.
Как на зло, «водитель» Цуй сбросил скорость до черепашьей. Он там что, оружие из-под сиденья достает? Чего так медленно?
И всё же мы приближаемся к моему шансу узнать больше о моих родственничках. Ага, Цзинь нас видит — машет рукою. Улыбка такая, что зубы сияют. Хоть рекламу зубной пасты с ним снимай.
Ерзаю в нетерпении.
Ближе, мои сладенькие источники слухов и сплетен, ближе!
Глава 10
Есть мнение, что мамочка его узнала. Я про гостя. Ведь когда мы выходили из машины, она чуть не до хруста распрямила спину.
Она и обычно с горделивой осанкой вышагивает. Но тут — прямо ровнехонькая, как бамбук.
Даже нет: там, где бамбуку прививали ровность и прочность, мать моя идеальная женщина преподавала.
Как можно узнать человека по спине? Ну, варианты имеются. По номерам на майбахе, скажем. Или по манерам. По низкому баритону: полосатый костюм как раз засмеялся удачной шутке дядюшки Цзиня.
Чтобы узнавать человека по жестам и голосу, надо его знать.
И знать преотлично.
Мать… Не вовремя мы батю в очередную песчаную командировку отправили!
Любопытство резко сменилось настороженностью.
— Сестра! А-Ли, — замахал нам Цзинь.
Порывисто кивнул знакомому и рванул к нам.
Объясняться?
Да нет, зараза родственная! Хватать эту ворону. И заслонять от меня остальных. Эй, отпусти! Кто будет отслеживать их реакции, пока ты меня крутишь, спутав с пропеллером?
В детстве не наигрался?
— Цзинь, — с холодком сказала мама. — Поставь мою драгоценность. И вообще: я запрещаю тебе тискать моих детей. До того, как вы с И не обрадуете всех нас грядущим пополнением, чтобы и пальцем не трогал племянников!
Меня аж заштормило. И не потому, что голова закружилась. Нормально у меня всё с вестибулярным аппаратом!
Да я норматив по прохождению полосы препятствий на днях сдала на две минуты сорок пять секунд! У второго места — три минуты десять. Две сорок пять — новый рекорд школы так-то.
А он не на обычном стадионе проводился, где хоть и меняют многое, но привыкнуть не сложно. Нет, нас прогоняли всей младшей школой, по очереди, целый день отвели под состязание, замаскированное под сдачу нормативов, по стадиону в отдельном корпусе.
Там трибуны, экраны, камеры, прожекторы — как в ток-шоу. Высокобюджетном и спортивно-ориентированном. Запись отправляли родителям, и в школьном архиве будет храниться копия — история же.
До последнего мы верили, что у первоклашек-то будут смягченные условия. Но нет. Нифига подобного!
Я тогда неслась и вспоминала «Бегущего человека». За моей головой не охотились, но ощущение эпичности не отпускало ни на миг.
Киборги? Андроиды? Да кому они нужны? Тут из школьников — в некоторых особо продвинутых учебных заведениях — лепят биомашины. И про вычислительные мощности «процессора» не забывают.
Уклон на математику никто не отменял.
А тут чтобы головушка от нескольких кругов в воздухе закружилась? Не смешно даже.
Штормило эту ворону от «тонкости» намека Мэйхуа. Ещё и при чужом человеке.
Если это «тонкий» намек на продолжение рода, то что тогда толстый? Заявиться к ним домой и у них на глазах протыкать вышивальной иглой все упаковочки с «резиночками»?
Так. Визитер решил повернуться. Вид спереди ещё более хлыщеватый, чем со спины.
Он весь подался вперед, снял очки. Под ними узкие, напряженные, чайного цвета глаза.
А это у нас что за коктейль? И радость, и тоска, и капелька масла…
— Он её глазами раздевает или ест? — обалдела ворона от увиденного.
— Э? — повернулись ко мне Цзинь и мамочка.
Упс… Я это вслух сказала. Ладно, прошептала… Вроде — гость с лица не сбледнул, значит, не расслышал. А у охраны по роду деятельности выборочный слух.
— Ты ошибаешься, — взяла слово Мэйхуа.
Но мы с ней обе знали: я не ошибаюсь.
Гость поедал глазами мамочку, хотя вроде как старался этого не делать. Допустим, он так рад её видеть.
Машинально обернулась на «водителя» Цуя. Взял он оружие? Или хотя бы монтировку? Мне только спросить… то есть, для спокойствия.
— Добрый вечер, —
