Спасите злодейку! Или как никого не убить, став принцессой - Мира-Мария Куприянова

— Возможно я глуп, поскольку всего лишь птица. Но основываясь на моем столетнем опыте наблюдения за людьми, если речь идет о мужчинах, то как раз наоборот…

С препирательствами и недовольством мы, тем временем, все же поднялись наверх и оказались в длинном широком коридоре, противоположную стену которого украшали высокие узкие окна с яркими витражами.

— Однако, — качнула я головой, закрывая за собой дверь в подземелье. Которая с внешней стороны оказалась огромным портретом исключительно величественной темноволосой дамы, запечатленной в полный рост.

— Прабабушка Ее Величества. Вдовствующая королева Уртажа, Ее Величество королева Клодия, — словно говорящая энциклопедия, тут же пояснил ворон.

— И почему в коридоре дворца Криалии портрет королевы другой страны? — вскинула бровь я.

— Ну, сперва-то она была дочерью короля Криалии, — выразил очевидное птиц- До того, как стала женой наследника Уртажа.

— Все. Стоп. Не теперь. Итак, куда мне? — прикрыла глаза я, смиряясь с очевидным. Стоять и дальше в коридоре было, по меньшей мере, глупо. Любая мелькнувшая прислуга сразу поднимет шум. Еще бы! Чужачка в странной одежде в крыле с личными покоями дворца!

Кстати, о прислуге.

— Налево. Быстрее. Дверь в конце коридора.

— Кстати, Крул, — послушно направляясь в указанную сторону, вставила я- Горничные Ее Величества сразу заметят отличия. А без их помощи я вряд ли осилю облачение. Ну, если почившие в подвале были одеты в повседневном стиле.

— Не узнают, — уверенно каркнул ворон- Все слуги дворца обязаны опускать взгляд, когда перед ними королева. Это указ! А если и заметят изменения, ни за что не позволят себе усомниться или, что еще хуже, предъявить собственные сомнения. Такие вольности караются смертью. Да и мало ли почему Ее Величество решила слегка изменить себе внешность? Темная Мистрель может себе позволить не только продлевать молодость, но и менять черты лица. Ох, знали бы Вы насколько портрет той же маленькой принцессы Клодии отличается от виденного Вами ранее ее же королевского портрета в коридоре! Ее Величество и нос себе исправила, и пухлость губ, и разрез глаз…

— Ну хоть тут все как у нас, — буркнула я, входя в роскошную комнату, явно представляющую собой малую личную гостиную королевы- Бабы с деньгами всегда сходят с ума одинаково… Куда дальше?

— Будуар, спальня и гардероб налево, — уверенно сообщил Крул- У двери шнур для вызова горничных. Раздевайся, чтобы никто не увидел твой иноземный наряд. Полностью раздевайся! Пеньюар за спинке кресла.

Минут через двадцать я и правда была готова, с нескрываемым шоком обозревая в огромное золоченое зеркало собственную фигурку, утянутую в мягкий корсет слегка вычурного атласного платья, цвета синего золота. Наскоро промытые и высушенные прикосновением едва светящихся рук горничной волосы были бережно уложены в низкий пучок с ниспадающими из него тугими кольцами локонов. Гладкую макушку венчала тиара, искрящая мелкой россыпью сапфиров и белых топазов. А исцарапанные руки скрыты высокими шелковыми перчатками.

Мои карие глаза успуганно таращились в стекло, хлопая пушистыми черными ресницами. Небольшой аккуратный носик нервно дергался, в попытках сдержать щекотку, явно предшествующую слезам. Острый подбородок слегка дрожал, когда я прикусывала пухлую нежную губу, в попытке успокоиться.

Да, своей внешностью я всегда была вполне довольна. Пусть не признанная красавица, но мила, привлекательна и с нужной долей женского очарования. Фигура тоже не подкачала. И не смотря на свой условно средний рост, стремящийся к низкому, я была изящна, хрупка и стройна.

Я была очень даже ничего. А в теперешнем образе, так и просто прекрасна.

Вот только я не была королевой Криалии.

Портрет Ее Величества висел над камином в будуаре. И с него на меня смотрела поистине прекрасная незнакомка. С иссиня-черными волосами, блестящими словно шелк. С яркими, кажется, синими глазами. Кукольное личико, кажущееся плодом воображения мультипликатора. Излишне сладкое. Очаровательно- невинное. Не мое.

Но ни одна из пришедших по первому зову помощниц не произнесла на этот счет ни звука. На бесстрастных лицах не мелькнуло и тени изумления, пока они приводили в порядок покрытое пеплом и пылью тело и смазывали заживляющими бальзамами порезы. Благо, купаться и изволила в одиночестве. А после стремительно натянула тончайшую нижнюю сорочку и прижала к груди заранее выбранный девушками корсет, лишая их обзора на застрявший в моей груди артефакт.

— Ваше Величество, Вы готовы? — вкрадчиво напомнил мне о времени замерший на спинке кресла ворон.

— А? Да, Крул. Готова. Можем идти, — дрожь моего голоса не заметил бы только глухой. Однако, никто из присутствующих не позволил себе даже недоуменно дернуть бровью.

— Ее Величество готова. Проводите, — властности, тут же прорезавшейся в карканье птицы, мне оставалось только завидовать. А, между тем, ее стоило взять на вооружение. Понятно, что у меня была роль одной минуты. Но и ее следовало отыграть безупречно. Если я не хочу последствий, конечно.

Тяжелые двери мягко растворились и по сторонам проема замер почетный караул. Темная пернатая тень плавно скользнула вперед, описывая круг над моей головой. Процессия, во главе с еще двумя стражниками, идущими чуть впереди меня, двинулась по коридору, оглашая гулкое пространство металлическим лязгом облегченного военного облачения.

— Ровнее спину. Выше подбородок. Пр-резрения во взгляд, — без устали шелестел летающий надо мной ворон.

— Я стараюсь, — шипела в ответ я, сбиваясь с шага и едва не путаясь в длинном подоле.

От страха и меня тряслись колени. Пальцы были такими влажными, что, кажется, это ощущалось даже сквозь шелк перчаток.

«Господи, что я делаю?!»- в ужасе думала я, слишком быстро, на мой взгляд, вышагивая по коридору- «Я же точно спалюсь! Какая из меня королева?! Да меня тут же раскроют! Даже если сделают скидку на то, что я внешность по придури очередной раз сменила. Все равно есть целая масса других характерных черт! Мимика, жесты, выражения… Кому я поверила?! Вороне? Я с ума сошла. Голубям, воробьям, тараканам верю… Господи, если я не в коме, то мне точно конец. Бежать! Надо бежать!»

И я резко затормозила, не доходя каких-то десяти шагов до огромных, золоченых двустворчатых дверей.

Маленький шаг назад быстро напомнил мне, что за спиной у меня стража. Взгляд, полный паники, и судорожный вздох. Процессия остановилась, ожидая моего дальнейшего приказа.