Я бы тебя не загадала - Алекс Хилл
– Почему ты так уверен, что она сама его не стерла?
– Потому что она сука! – выпаливает он, и я отчетливо слышу пенящуюся в его рту ненависть.
– Да? А я подобного за ней не заметил. Что за терки у вас были?
– Хвостом она много виляла, вот и все терки.
– Так это она тебя обидела?
– Клим, что ты хочешь услышать?
– Правду!
– Хорошо, – ожесточенно цедит Серега. – Я обосрался! Доволен?! Мы тусили вместе какое-то время, я пытался за ней приударить, но ни фига не вышло. Потом она отчего-то психанула, прислала мне тот сраный видос, на котором я по пьяни понтуюсь связями и мутками, и сказала, что покажет его кому надо, если еще раз к ней подойду.
– И причин у нее для этого не было?
– С хера ли они тебе-то нужны?! – парирует Серега.
Всматриваюсь в детские глаза на экране ноутбука и слушаю недовольное сопение друга в трубке. Хороший вопрос. Нужны ли мне причины, чтобы поглубже влезть в эту историю и во всем разобраться? Я не фанат загадок и головоломок, предпочитаю определенность, линейность, простоту, но сейчас… Азарт будоражит, интерес бодрит. И есть еще что-то, какое-то чувство… Сам пока не знаю, что это, но, похоже, скоро выясню.
Бью пальцем по тачпаду, закрывая папку с файлами, и обращаюсь к Сереге:
– Мне пора.
– Стой, Клим! Погоди… – неуверенно заканчивает он.
– Расслабься, Серый, я все еще в деле. Если видео есть, найду его и удалю.
– Ладно, только не теряйся больше.
– Если что, Володя будет держать тебя в курсе.
– Ой, ну прекрати уже, – обиженно пыхтит «друг». – Мне нужно еще кое-что тебе сказать… – Неловкая заминка заставляет напрячься, предчувствие премерзкое. – Я видел твою мать.
– Рад, что она еще не сдохла. Это все?
– Она тебя ищет, просила номер.
Горький привкус желчи обжигает горло, и я практически рычу:
– Удачи ей.
– Еще она новостью поделилась…
Прикрываю глаза и стискиваю зубы. Я в секунде от того, чтобы перевернуть стол, только сначала хочу узнать, с каким настроением стоит это сделать: восторженно или яростно.
– Ну говори уже.
– Он в себя пришел.
Нервная система дает сбой и сжигает такое количество клеток за раз, что я даже пошевелиться не могу.
– Наберу позже, – произношу монотонно, сбрасываю звонок и впечатываю телефон в столешницу.
За ушами трещит, перед взором пляшут черные точки. Очнулся, значит? Говно не тонет, мрази не умирают. А мать что? Выходила, вылечила, дождалась? Как это вообще возможно? Заменяю кислород дымом, курю одну сигарету за другой, пока в легких не начинает жечь, а мысли о прошлом не тонут в густом тумане безразличия. Даже если этот кусок человека попытается меня найти, я с радостью закончу то, что начал восемь лет назад, а пока мне есть чем заняться.
Удаляю с ноутбука Ани папку с ярлыками, очищаю корзину и поднимаюсь с кресла. Беру куртку и покидаю кабинет, пора навестить мою маленькую подружку и узнать, как сильно она соскучилась. Настроение немного улучшается, мысленно прикидываю варианты того, как лучше напомнить Ане о себе, и выхожу в основной зал. Гостей вокруг немного, но сейчас только около десяти вечера, еще подтянутся. Нахожу Макса, даю понять, что уезжаю, но не успеваю добраться до лестницы, потому что меня перехватывает Володя.
– Клим! – вопит он и размахивает клешней, точно радостный пес – хвостом при виде хозяина.
Осматриваю компанию за его столом – одни парни. А где рыжая прилипала? Хотелось бы застать Аню в общаге одну, легче вломиться к ней, чем на улицу выманивать.
Шагаю ближе, Вова подпрыгивает и тянет мне руку:
– Здорово, братишка!
– Здоровей видали! – выплевываю я, еле сдерживаясь, чтобы с головы придурка не ушатать. Докладывает он обо мне, совсем страх потерял.
– Где ты пропадал всю неделю?!
– Мир спасал! – брезгливо хлопаю его по ладони.
– И как?!
– А как думаешь?! Ему пиздец!
Вова заливается громким смехом, слишком бурно реагируя на банальную шутку, и кладет лапу мне на плечо, но быстро отдергивает ее, заметив косой взгляд. Мозгов нет, а вот инстинкт выживания присутствует: видимо, эволюция все-таки обошла его стороной, оставив болтаться где-то на одном уровне с одноклеточными, потому что, насколько я помню, людей она одарила сознанием и полезными рефлексами, а у Вовы ни того ни другого.
– Ты что-то не в настроении, – опасливо говорит Володя. – Не хочешь с нами посидеть? Выпьем, расслабимся.
– Где твоя подружка?
– Там же, где и твоя! – гогочет он. – У них женская вечеринка, день рождения старосты или что-то вроде того. Ты разве не знал?
– А должен был?
– Ну-у-у… вы же с Анютой?.. – Вова многозначительно поигрывает бровями.
– Володь, – я угрожающе тянусь к его лицу, – тебе нос или язык укоротить? Могу за раз и весь хлебальник подправить, если хочешь.
– Да я же ничего…
– Следи за базаром и заканчивай трепаться обо мне.
– А что такого…
– Ты меня понял?!
Вова кивает, испуганно сглотнув, а я пытаюсь набросать новый план действий. Можно, конечно, поехать домой и лечь спать, позволив Ане потусить спокойно, но я совсем не в восторге от того, что она развлекается непонятно с кем. Набуханные бабы хуже террористов, мало ли что, да и насмотрелся я уже на то, как Аня отдыхала раньше, хочу увидеть, как она делает это сейчас.
– Где эта вечеринка? – спрашиваю я.
– Дома у кого-то, – отвечает Вова.
– Нас не хотят пригласить?
– Не знаю.
– Сделай так, чтобы захотели! – бросаю с нажимом и подзываю официанта, потому что невежливо приходить в гости с пустыми руками.
POV Аня
Перелив дверного звонка пробегает горячей волной адреналина по телу. Крепче сжимаю металлические щипцы, глядя на то, как разгораются кубики кокосового угля, лежащие на кухонной плите, и понимаю, что мы с ними примерно в одном состоянии. Я легко успела бы уйти до приезда парней, могла бы уже лежать в своей постели, думая о том, как все здесь продолжают веселиться и отрываться. Без меня. Представляла бы, как Вика с упоением ест Володино лицо, как смеются девчонки над глупыми шутками пацанов, как Марина полирует Никитину промежность в надежде найти то самое третье золотое яйцо. Да, я могла бы снова спрятаться, укрыться в безопасном одиночестве, нырнуть в тихую, безмятежную пустоту самобичевания, но кое-что не позволило. Возможно, это вино, или обида, или злость, а может, просто врожденная вредность, но я все еще здесь с разъяренным желанием взглянуть в лживые карие глаза. Что сделает Никита, когда
