Двор призрачных сердец - Элис Нокс
Дверь открылась и на пороге появился Лис.
Рыжие волосы растрепаны, рубашка расстёгнута небрежно, босиком, как всегда. В руках поднос с водой и чашкой с едой.
Серебряные глаза скользнули по комнате — по мне, по Джасперу, по расстоянию между нами.
Усмешка коснулась губ — лёгкая, ироничная, но не коснувшаяся глаз.
— Простите, — сказал он легко, ставя поднос на стол. — Похоже, я не вовремя.
Джаспер резко обернулся, и тело напряглось, но он не встал, не шагнул вперёд. Сломанные рёбра напомнили о себе острой болью, и он сжал челюсть, удерживая себя на месте.
— Ты, — выдохнул он, и в голосе прозвучала едва сдерживаемая ярость. — Король Света.
Лис наклонил голову в лёгком поклоне, насмешливом и грациозном одновременно.
— К твоим услугам, охотник, — ответил он с той самой лисьей усмешкой. — Рад видеть тебя на ногах. Или почти на ногах. Вейрон хорошо поработал.
Джаспер попытался встать — руки упёрлись в койку, но тело не слушалось, боль прострелила рёбра, и он застыл на полпути.
— Что ты с ней сделал? — голос был низким, опасным. — Какую сделку заключил? Какой магией связал?
Лис не шевельнулся, только усмешка стала чуть шире, и в серебряных глазах мелькнуло что-то тёмное.
— Я спас твою жизнь, охотник, — ответил он спокойно. — Думал, хотя бы «спасибо» услышу. Но, видимо, ожидания были завышены.
— Отвечай! — Джаспер сжал кулаки порываясь встать.
— Джаспер, не надо! — я бросилась вперёд, руки легли на его плечи, мягко, но настойчиво. — Пожалуйста, остановись! Ты ещё слишком слаб...
Он смотрел на меня снизу вверх, и в карих глазах читалось острое, режущее предательство.
— Ты не знаешь его, — выдохнула я, и голос дрогнул. — Ты не знаешь, через что мы прошли...
— Тогда расскажи, — перебил он, и руки легли на мои плечи — крепко, почти больно. — Расскажи мне, Аделин. Что связывает тебя с Королём Света? Что ты ему обещала? Что он взял взамен?
Я открыла рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле.
Потому что как объяснить? Как рассказать про артефакт, про обмен телами, про связь, что позволяла чувствовать его эмоции? Про то, как он смеялся и строил проказы, как держал меня на руках, как смотрел так, будто я была чем-то драгоценным?
Про то, как я начала видеть в нём не врага, а.… кого?
Пауза затянулась слишком долго.
Что-то изменилось в лице Джаспера — напряжение сменилось чем-то болезненным и холодным.
— Боги, — выдохнул он, отпуская мои плечи и откидываясь на стену. — Только не говори, что влюбилась в него.
За моей спиной раздался тихий звук — что-то металлическое ударилось о дерево.
Я обернулась.
Лис стоял у стола, и его рука замерла в воздухе над опрокинутой кружкой, что покатилась по столешнице, оставляя мокрый след. Вода растекалась лужицей, капала на пол тихими каплями.
Серебряные глаза смотрели на меня — широко распахнутые, и в них мелькнуло что-то обнажённое, прежде чем исчезнуть за привычной маской.
— Ой, — произнёс он легко, слишком легко, и улыбка коснулась губ. — Простите за неловкость. Не хотел прерывать такой... драматичный момент.
Пальцы подняли кружку, поставили обратно на поднос с преувеличенной осторожностью.
— Продолжайте, прошу. Притворюсь что меня здесь нет.
Но я видела. Видела, как дрожали пальцы, когда он отпустил кружку. Видела, как напряглись плечи, как что-то в лице стало слишком неподвижным, слишком контролируемым.
Маска. Идеальная, безупречная маска трикстера, что скрывала всё настоящее.
Я развернулась обратно к Джасперу, шагнула к нему, схватила за руку — его кожа была горячей под моими пальцами, пульс бился неровно в запястье.
— Джаспер, нет! Это не... я всё тебе расскажу, и ты поймёшь!
Слова сыпались быстро, сбивчиво, отчаянно — голос дрожал на каждом слоге.
— С самого начала, обещаю!
Он смотрел на меня долго — изучающе, пытаясь прочесть правду в глазах. На его лице боролись недоверие и желание поверить.
Наконец медленно кивнул.
— Хорошо, — выдохнул он устало, и плечи опустились под тяжестью услышанного. — Рассказывай.
Лис за спиной хмыкнул:
— Выйду. Не буду мешать.
Но он не двинулся с места, продолжая стоять так близко, что я чувствовала тепло его тела сквозь тонкую ткань рубашки.
Джаспер напрягся, переводя взгляд на Лиса.
— Нет, — сказал он жёстче, чем следовало. — Оставайся. Раз уж ты здесь — выслушай. Хочу знать твою версию тоже.
Лис приподнял бровь, и усмешка коснулась губ.
— Моя версия? — повторил он с лёгкой иронией, склоняя голову набок. — Охотник, боюсь, она совпадёт с её. Магия не терпит лжи в таких вещах.
— Тогда не соврёшь, — парировал Джаспер, скрестив руки на груди в зеркальном отражении позы Лиса. — Останься.
Повисла тяжёлая пауза, наполненная невысказанным, когда все трое смотрели друг на друга, взвешивая, оценивая, пытаясь понять, что происходит на самом деле.
Лис посмотрел на меня — вопрос читался в серебряных глазах ясно, и я медленно кивнула, не зная зачем соглашаюсь, но чувствуя, что это... правильно? Или катастрофически неправильно?
Он отступил на шаг и прислонился к стене с той непринуждённой грацией, что была его второй натурой — руки скрестил на груди, одна нога согнута в колене, ступня упирается в стену.
— Как скажешь, — произнёс он легко, слишком легко. — Слушаю.
И я начала рассказывать.
— Орден отказался тебя спасать.
Голос вырвался ровнее, чем я ожидала, хотя внутри всё тряслось от накопившихся эмоций.
— Дрейк сказал, что ты мёртв по протоколу. Сказал, что не станут рисковать жизнями ради одного пленника, и приказал забыть и жить дальше.
Пауза — тяжёлая, наполненная воспоминанием о той боли, что разорвала грудь на части в тот момент.
— Но Марк видел, как тебя забрали, рассказал мне про рыжие волосы, белую мантию, корону из света.
Джаспер слушал молча с каменным лицом, но я видела, как напряглись мышцы в скулах и сжались пальцы в кулак.
— Король Света, — продолжала я, и имя прозвучало как проклятие. — Я знала, чувствовала, что ты жив. Поэтому ушла сама, украв портальный камень из сокровищницы Ордена и гламур-амулет, чтобы притвориться фейри. Пошла на Праздник Равновесия в его Дворец, притворившись одной из них в чёрном платье среди белого. Нашла его за игрой в кости, окружённого толпой.
