Пряник для Кнута - Ольга Ивановна Коротаева
– Так действительно лучше, – кивает Амина, когда выхожу из ванной.
Подруга согласна со мной.
Пусть я полная, но кожа у меня отличная. Единственный её недостаток – это жирный блеск. Губы кажутся толстыми, если их покрыть густой помадой, зато с блеском смотрятся аккуратно. Я брюнетка, и густые ресницы красиво обрамляют тёмные глаза. Но когда мне нанесли на веки тонну теней, стала похожа на панду.
– Ничего вы не понимаете, – недовольно ворчит Оля.
Ей идёт яркий макияж, как всем рыжим, а без него она становится блёклой на фоне ярких волос. Но не понимает, что все мы разные, и боевой раскрас делает меня страшненькой. А так хочется быть красивой, пусть мне всего лишь предстоит вывести сталкершу на чистую воду.
– Такси… – начинает Амина и хмурится, глядя в телефон. – Отменили? Ну как так?!
Звонит водителю, ругается, а потом пытается заказать другую машину, но заказ висит и ничего не происходит. Оля нервно смотрит на часы.
– Таким образом ты можешь и опоздать!
– Попрошу у папы, – поднимаюсь я.
– Мы с тобой, – вскакивают подруги.
Выхожу из комнаты.
– Пап, я возьму машину?
Он отрывает взгляд от тарелки с яичницей и смотрит на меня умоляюще.
– Только если вместе с водителем.
Спасаю папу от опостылевшей яичницы – вечной спутницы маминого творческого кризиса – и спускаюсь вниз. Папа обгоняет и бежит к припаркованному автомобилю, ждёт, когда все сядут, и жмёт на газ.
– Куда едем? – только сейчас спрашивает он.
– Вот адрес, – забиваю в навигатор.
– Построен маршрут, – говорит Алиса. – Поехали?
Хором кричим:
– Поехали!
Но через несколько минут тормозим, а после и вовсе останавливаемся.
– Пробка на сорок минут, – сообщает Алиса.
– Ты так опоздаешь! – стонет Оля. – Да что сегодня за день такой?
– Прости, детка, – жалостливо смотрит папа. – Тут даже не объехать!
– Придётся сдаться, – тяжело вздыхает Амина.
– Нет, – твёрдо говорю я и выхожу из машины.
Расставив руки, иду на движущегося навстречу мотоциклиста, и тот тормозит. Поставив ногу на асфальт, снимает шлем.
– Чего под колёса бросаешься? Спятила?
– Да, – киваю я и предлагаю: – Подвезите меня до ресторана.
Мужчина смеётся.
– Так сильно проголодалась? – И хлопает по сиденью. – Ладно, садись. Только держись крепко, Колобок.
– Я Пряник.
– Да пофиг.
Мы едем, обгоняя машины, а платье всё ползёт вверх, оголяя бёдра, и из приоткрытых окон слышится свист. Я держусь за мотоциклиста, махнув на все приличия. Ну стану звездой в инете! Подумаешь! Зато Клим узнает, какая дрянь его так называемая настоящая невеста.
Пусть Кнут не будет со мной, но и ей не достанется.
Незнакомец тормозит у ресторана, и я неловко слезаю, поправляя платье и подтягивая рюкзачок с драгоценным планшетом внутри.
– Спасибо.
– Послушай совет, – подаётся ко мне мотоциклист. – Решишь купить мотоцикл, выбирай двигатель помощнее. Заднюю пружину потолще и седло пошире…
– Учту, – отмахиваюсь от него и бегу к входу. Подскакиваю к администратору и называю фамилию, на кого бронь. Лгу с деловым видом: – Меня ждут.
– Позвольте проводить, – улыбается девушка и идёт, указывая мне путь.
Я снова оправляю платье и репетирую про себя обвинительную речь, но за столиком, к которому мы подходим, сидят только женщины. Ульяна Михайловна смотрит на меня с неприкрытой злостью, а её спутница с презрением. Но мне плевать, что они обо мне думают. Говорю:
– Добрый вечер. Я пришла, чтобы поговорить с Климом.
– Он… – начинает Ульяна Михайловна.
– Задерживается, – быстро глянув на неё, перебивает её моя соперница.
– Сколько ему нужно времени? – продолжаю я.
– Откуда мне знать? – фыркает она.
– Вы же следите за прокурором, – громко говорю я. – Прослушиваете его личные разговоры, записываете видео, пользуясь тем, что он не отключил конференцию и доверяет вам. Поэтому должны быть прекрасно осведомлены обо всех передвижениях Клима. Не так ли?
Ульяна Михайловна растерянно моргает.
– Аллочка? Что она такое говорит?
Моя соперница смотрит на меня с неприязнью.
– Действительно. Что вы несёте?!
– Планшет, – отвечаю я и, сняв рюкзачок Оли, достаю устройство и, положив перед матерью Клима, включаю видео. – Похоже, вы не знали, как Алла узнала правду о нас с Климом. Вот, ознакомьтесь, пожалуйста.
– Откуда это у тебя? – вытянув шею, вспыхивает женщина-адвокат.
Я молча жду, когда Ульяна Михайловна осознает, что представляет собой дочь её подруги. Потом забираю планшет и говорю:
– Хорошего вечера.
Покидаю ресторан со смешанными чувствами. С одной стороны, мне удалось раскрыть Ульяне Михайловне глаза, с другой – Кнут так и не узнал, кто на самом деле разболтал о нас. Мне хотелось, чтобы прокурор убедился, что я не виновата. И сама не понимаю зачем.
Где он? А где я? Мы не пара.
Глава 28
Глава 28
– Почему? – слышу вопрос.
Вздыхаю, погружённая в свои мысли, бормочу:
– Все это говорят. Он прокурор, а я толстушка.
– И с каких пор тебе не всё равно, что думают другие, Пряник?
Замираю на ходу и, подняв голову, смотрю на прокурора. Клим тоже останавливается и, заложив руки за спину, смотрит на меня со знакомым прищуром. Сердце совершает кульбит, с губ срывается вопрос:
– Сколько времени вы наблюдаете за мной?
Наверное, он заметил, как я выхожу из ресторана, когда спешил присоединиться к своей матери и её протеже Аллочке. К сожалению, я не могу точно сказать, что именно из своих мыслей произнесла вслух, но даже последней моей фразы достаточно, чтобы провалиться под землю от стыда.
Но Клим добивает меня, признавшись:
– С момента, когда ты остановила мотоциклиста.
У меня шире распахиваются глаза.
– Что?!
– Не заметила? – ухмыляется Кнут. – Моя служебная машина стояла в крайнем ряду. И когда ты оседлала мотоцикл, я велел Вадиму включить проблесковый маячок и ехать по обочине.
– Вы воспользовались служебным положением? – ещё сильнее изумляюсь я. – Ради меня?
– Я переживал, что ты пострадаешь, – серьёзно отвечает Клим. – Хоть понимаешь, как это было опасно?
– Конечно, – тушуюсь. – Мотоциклист сообщил,
