Тренировочный День 18 - Виталий Хонихоев
— Салют! — поднимает стакан с чаем девушка.
— … рядом с ней — Наташка. Ксюша, а эта мелкая — Вика…
— Виктория!
— Ну хорошо, Виктория. Так чего, мастер спорта — за знакомство? — улыбается девушка в зеленой штормовке.
— Женька, хорош мне мою центральную блокирующую спаивать. — говорит Виктор, отрываясь от борьбы с сухой воблой. — Она ж маленькая еще…
— Ничего я не маленькая! — возмущается Арина и поднимает граненый стакан над головой. — За знакомство с Пятым Сводным!
— За знакомство! — в воздух поднимаются несколько стаканов. Арина стукается с ними краями, звенит стекло, кто-то смеется, она же — залпом опрокидывает содержимое в рот, обжигается, ужасается, торопливо занюхивает куском черного хлеба. Все вокруг начинает казаться каким-то ненастоящим. Все ненастоящее, а вот эти девушки — слишком настоящие. Сильные, смелые, сами едут откуда-то, на БАМе работали вон… а она что? Только в волейбол играть и может…
— … ну а денщик генералу и говорит — мало вы этому Ржевскому по мордам дали, надо было его на гауптвахту отправить, ведь он еще и в штаны вам насрал!
— Витька!
— Из песни слова не выкинешь…
— Ты лучше вот что скажи, тренер — ты женат или нет?
— Какой женат, Надька, по нему ж видно, что Дон Жуан и Казанова!
— Мне копать траншею велено, я копаю словно раб, те за Сталина за Ленина, я за всех советских баб!
— Поешь ты отвратительно, Вить, отдай гитару.
— Да я в общем и не говорил, что Адриано Челентано… О! Водка кончилась. Пойду-ка я к Тане за зубровкой…
— Только долго там не задерживайся, товарищ тренер… тут тоже есть кого потренировать!
— Надька!
— Чего Надька? Ты не потеряйся там, тренер, а то мы тебе мастера спорта споим! И дурному научим!
— Ее дурному учить не надо. — качает головой Виктор. — Она дурному и сама научиться быстрее чем обучать будете. Как губка впитывает. Вы бы чему хорошему научили. Старших там уважать…
— Как скажешь, дедушка Витя!
— Ну и ну. Все, я за зубровкий обещанной. — Виктор встал, подтянул штаны и пригладил волосы на голове. — Как я выгляжу?
— Ужасно!
— Отвратительно!
— Не слушай их Вить, тебе идет!
— Хорошенечко так ее там, Вить. Я бы и сама, да боженька не дал хисту… а у тебя все есть. Так сказать, за коллектив! — поднимает кулак вверх Женька.
— За коллектив! — поддерживает ее Арина, чувствуя, что в голове начало шуметь. В самом деле, подумала она, какие хорошие девушки, настоящие. Те самые, что в передаче про БАМ показывают, настоящие комсомолки, что строят магистраль, кладут рельсы в снег, дождь и любую непогоду. Те самые, что приближают победу коммунизма, светлое будущее для всех, и чтобы никто не ушел обиженным, какие они классные.
— Вы — классные! — говорит она Женьке. — Нет, правда! Вы — настоящие комсомолки!
— О… этому столику больше не наливать. — говорит Женька, заглядывая ей в глаза.
— Я могу и не за столиком. — уверяет ее Арина, вставая. — Я могу и стоя… я мастер спорта по версии… Ик! Редакции «Советский Спорт»…
— Верим, верим, ты только в руках себя держи, мастер спорта… — пытается усадить ее на место девушка в зеленой штормовке.
— Не веришь? Я — взрослая. Могу пить. Все могу. — отмахивается от нее Арина. — Да я между прочим — у меня с Виктором… это самое было! Вот!
— Че, правда? — удивляется Женька, а остальные девушки в купе замолкают и оборачиваются к ней, Арина с удовлетворением отмечает, что у той что в майке аж рот открылся.
— Ага. — кивает она. — Сперва мне не понравилось…
— Ну сперва никому не нравится. — пожимает плечами та что в выцветшей майке. — Первый раз всегда потом себя чувствуешь хреново…
— Это потому что у тебя первый раз с тремя моряками было, Надь…
— Ой, вот заткнись, Женька! Не с тремя, а двумя! И… они же близнецы были, как я бы их сортировала! Я же сколько раз говорила, что за одного их приняла!
— Нифига себе! — говорит Арина, фокусируя взгляд на девушке в выцветшей белой майке. — Вот у тебя жизнь интересная! И… Ик! Титьки большие… почти как у тети Вали. Правда у тети Вали все равно больше…
— Да ну. — сомневается девушка в штормовке: — у Надьки размер ого какой, у нее бюстгальтер как два парашюта…
— Не, у тети Вали вообще — во! — показывает руками Арина. — Ик! Наливай!
— Не гони лошадей, мастер спорта, тебе уже хватит. Вот придет твой тренер, тогда и…
— Allons enfant de la Patrie
Le jour de gloire est arrivé
Contre nous de la tyrannie
L’étendard sanglant est levé
L’étendard sanglant est levé — напевает Арина, размахивая стаканом. — Долой тиранию! Я — свободная женщина Востока, ик! Как Гулька Салчакова!
— Ты это… если у тебя с Витькой серьезно, то я — все… — говорит девушка в выцветшей белой майке. — Ты не думай, мы тут мужика из семьи уводить не будем…
— Ага, а Серега…
— Не знала я что он женатый, сколько раз говорить уже!
— Не, он точно занят. — говорит Арина, чувствуя себя легко и свободно. — Но вроде как и свободен. Виктор… ик! Борисович. — она замерла в пространстве, разглядывая браслет-фенечку на руке у Женьки. — Красивый. — сказала наконец. — Ты сама плела?
— Ага. Тебе нравится? — девушка в штормовке покрутила браслет на запястье, сняла его. — На! Дарю. В честь знакомства, мастер спорта. Ты, кстати, здорово «Марсельезу» поешь. Прямо вылитая Миррей Маттье.
— У тебя «ррр» — грассирующее. — кивает девушка в джинсовой жилетке. — Красиво поешь. Не то что Витька твой. Вот кто петь не умеет совсем.
— Ну, у него много других качеств. — улыбается девушка в штормовке и протягивает браслет-фенечку Арине. — На, бери. Я себе еще наплету.
— Ой, спасибо… — Арина берет браслет и девушка в штормовке — помогает надеть его на руку.
—
