Лиходеева 2. Сделка с нечистью - Марьяна Брай
— Я тебе не милая! — совершенно не размышляя о своих словах, ответила девочка.
— Это так, но с этим нужно что-то делать. В любом случае, знаешь ли, только ты сейчас определишь свой путь. Только ты решишь – жить тебе в ските, привязанной к кровати, или что-то изменить.
Я услышала, как за моей спиной кашлянула Бесова. Это значило, что жизнь девочки уже определена, и от нее уже ничего не зависит, а я в свою очередь, сейчас даю ей шанс, которого не будет. Обман в нашем деле – это не мелкие хитрости, которыми мы пользуемся при ловле нечисти. С людьми мы обязаны быть честными.
— Как ты смогла все это провернуть? Где ты взяла книги? Кто тебя научил? — выпалила я, понимая, что слишком уж тороплюсь, но знала, что один вопрос – не вопрос. Когда закидываешь человека множеством зацепок, хоть одна в голове формирует ответ и часто мы не можем сдержаться, и отвечаем.
— Ничего не изменится, если я расскажу. Отец умрет. А если он умрет, мне не важно, что со мной будет дальше, — ответила Варя, и я поняла, что она не лукавит, не преувеличивает, и через время не поменяет своего решения.
— А если я помогу твоему отцу остаться живым? — брякнула я и теперь за моей спиной оживились все. Они понимали, что если я не блефую, то должна знать что-то чего не знают они. А это в нашем уютном сообществе стражниц было запрещено. Нет, у каждой были свои методы, свои способы и свои навыки, но такие важные вещи мы просто обязаны были открывать если не друг другу, то обер-прокурору. Мы давали клятву.
Но я нарушила ее, скрыв Луку. Потом Катерина с ее матерью, а теперь и моя маленькая Сирин. Но, что касается слепой девочки, Победоносцев теперь знал о ней. Да, на тему ее дальнейшей жизни мы еще не говорили, но я почему-то была уверена, что мой наставник не заставит изгонять это светлое существо за Предел. Она, скорее, ангел, чем нечисть.
— Живым? — в глазах Варвары колыхнулось пламя. Словно вся жизненная сила, оставшаяся в ней, собралась сейчас в этом взгляде. И я поняла, что она не врет – он и правда слишком много значит для нее.
— Если я попробую помочь? Если я сама решу эту твою проблему?
— А если у тебя не получится?
— Ну, я могу пообещать, что сделаю для этого все возможное, — совершенно честно пообещала я.
— Ты уже сделала все, что могла, стражница. Это был единственный вариант. Вылечить его нельзя, это уже совершенно точно, а вот вернуть к жизни можно было только так, — огонь надежды покинул ее взгляд, и она снова замкнулась, но потом резко глянула на Алексея.
В какие-то секунды я поняла, что именно Лука занял то самое место, приготовленное для ее отца, ворвался в это сильное молодое тело, как пассажир в отходящий поезд, и отталкивающий больного старика, еле-еле успевшего подбежать к подножке, и уже занесшего ногу на ступень. Еще шаг – и он спасен. Но…
— Теперь я буду говорить с ней один. Простите, дамы. Прошу вернуться в столовую, и выпить чая перед отъездом. Анна Львовна, вы позволите уехать с вами. Вы же приехали в карете жандармерии, я понимаю? По дороге мы сможем обсудить это дело еще раз, а стражницы, с которыми, к моей радости, мне удалось познакомиться, думаю, должны вернуться к своим делам. Да, теперь я тоже в курсе деятельности вашего тайного общества, я принес клятву, и буду честно нести это знание в себе, но надеюсь, коли вам понадобится помощь, вы не преминете за нею обратиться. Варвара останется здесь. Келья хорошо защищена от проникновения нечистых… включая даже помыслы, — Алексей хмыкнул, и я услышала в этом звуке тон Луки. На сердце потеплело.
— Да, я подвезу вас, Алексей Петрович, — ответила я и заметила, что девушки переглядываются. Ну и ладно, думайте, что хотите!
— Варя, мое предложение в силе, и ты можешь в любой момент вызвать меня. Но ты должна понимать, что времени не так и много – отец твой в беде. И только ты можешь сделать последний шаг к его возможному выздоровлению. Понимаешь? Его жизнь, вероятно, снова зависит от тебя. каков процент, что у меня получится? Не знаю, но процент твоего чувства вины после его смерти будет высок. Потому что ты человек, а вина – такая штука… как бы тебе объяснить…
— Все, я прошу вас покинуть келью, дамы. Мне нужно половину часа, а вы за это время можете собраться. Спасибо вам за помощь, а вам, Анна Львовна, особенная благодарность, — Алексей быстро поклонился, осмотрев нас и постучал в дверь. Она открылась, и мы, одна за другой, тихо вышли. Я, перед тем как инок закрыл дверь, глянула на Варю. Та метала взгляд то на Алексея, то на меня. Вовремя он нас всех выпроводил. Похоже, девчонка или начала догадываться, или увидела даже в том ночном хаосе, что случилось нечто из ряда вон выходящее: мужчина умер, а потом восстал из мертвых. Потому что человек, лежавший сутки назад с клинком в сердце не может сейчас вот так расхаживать по ее камере, и так бодро радоваться новым знакомствам.
Глава 4
Снег, выпавший вчера, оказалось, уже растаял, но морозец, охвативший нас с Катериной, был совсем не утренний, а настоящий, крепкий, который не развеется под первыми лучами солнца. Зима все же вступала в свои права.
Я тяжело вздохнула, вспомнив о том, что нам с моей девочкой пора прикупить одежду. Проблема заключалась в том, что все деньги сейчас были у Степаниды, и я даже предположить не могла – какая это сумма, и достаточно ли ее на ближайшее время.
Я поняла только в карете, что Лука тянул время, чтобы стражницы отбыли первыми. Я посидела с ними какое-то время еще за чаем – травяным ароматным настоем с медом, пахнущим летом.
Ведовская, долго присматривающаяся ко мне, медленно и тягуче сказала:
— Не отказывайся от помощи. Понимаю, что нам проще по одному, но все же… дело общее делаем.
— Не откажусь, если будет что-то сложное. Просто… я не очень общительна, — с улыбкой ответила я.
— А девочка, что с тобой? —
