Двуликие: Дева Завесы - Алекс Джиллиан

Кайрос не закончил мысль. Он резко выпрямился, одергивая ладонь. Однако повисшее между ними напряжение никуда не исчезло, готовое полыхнуть от любого неосторожного слова.

— Магия Двуликих питается живой энергией земли, а мы, огнерожденные, черпаем силу из вулканического ядра. Ни одна из двух стихий не способна сотворить подобное, — кивком голову он указал на изувеченную правую руку, и его взгляд опасно сузился. — Как ты это сделала, Мира?

Девушка растерянно моргнула, в висках забился пульс, отдаваясь нарастающим гулом в ушах. Кайрос требовал ответов, злясь от собственного бессилия перед неведомой силой. Он просчитался, и ошибка стоила ему незаживающего ожога на коже и уязвленной гордости.

Мира с достоинством выдержала пронизывающий взгляд, призвав на помощь весь свой гнев.

— Я ничего не делала, — ее голос прозвучал на удивление сдержанно. — Ты сам бросил меня к чудовищу, прекрасно зная, на что оно способно. Сокрушительная ярость дракона едва не разорвала мой разум на куски. А затем появились эти зелёные ростки и яркий свет. Я утонула в нем… Потом очнулась уже здесь… Это всё, — рвано закончила Мира, упорно не желая выдавать того, что показал ей зверь Жарокрова.

Она боялась услышать от Кайроса очередную ложь, в которую непременно захочет поверить. Владыка не мог внушать ей свою волю, как остальным, но, тем не менее, его хладнокровные откровения заставляли сомневаться и предательски размывали границы между добром и злом, находя жестокую рассудительность даже в самых бесчеловечных поступках.

Кайрос застыл. Его ноздри едва заметно расширились, улавливая малейшие изменения ее эмоций.

— Это далеко не всё, — жестко отрезал он, опустившись на край кровати. Матрас угрожающе скрипнул и прогнулся под весом мужского тела. — Ты забываешь, что княжеские драконы повинуются мне. Я видел то же, что и ты.

Мира отшатнулась, отползая к резному изголовью и натягивая одеяло до самого подбородка. Очередное вторжение в ее личное пространство воспринималось как прямая угроза несмотря на то, что лицо Владыки сохраняло бесстрастное самообладание.

Девушка прерывисто выдохнула, когда перед внутренним взором с детальной четкостью всплыла гигантская чаша, до краев наполненная густой человеческой кровью. Истерзанные тела на медных крючьях. Жадные пасти ящеров Жарокрова…

— Вы кормите своих монстров жизнями невинных людей, — яростно прошипела она.

В спальне повисла зловещая тишина. Мира замерла в ожидании вспышки гнева за проявленную дерзость, но губы правителя растянулись в снисходительной ухмылке.

— Ты слишком узко мыслишь, Дева, — равнодушно отозвался Кайрос, ничуть не задетый ее обвинением. — Человеческая кровь для дракона не слаще крови коровы или овцы. В Пепельных Землях, прямо за Обителью Драконов, содержатся бескрайние пастбища скота, способные прокормить не один десяток ящеров. Им нет нужды охотиться на людей.

Мира опешила, сбитая с толку его уверенными словами.

— Тогда зачем… эти жертвы?

— Страх, — коротко и веско бросил Владыка. — Князь Моррак и его наместник в Лиграде давно усвоили, что власть на покоренных землях держится на первобытном, подчиняющем ужасе. Кровавые ритуалы и показательные казни — изощренный способ держать людское стадо на коленях. Но то, что ты видела, было не рядовой расправой, а ритуалом подношения.

Кайрос чуть склонил голову, и в его голосе зазвучала безжалостная ирония:

— Двуликие прорвались за стены Лиграда при свете дня. Моррак послал ящеров, чтобы защитить город. И спасенные люди отблагодарили своих покровителей. Они сами возвели подмостки из животного страха перед обеими нашими расами.

— И ты позволяешь им бесчинствовать? — возмутилась Мира, пораженная бездушной логикой Верховного.

— У каждого правителя свои методы удержания власти, — он пожал плечами, всем своим видом демонстрируя пренебрежение. — Мой наместник не опускается до подобного варварства. Но пока остальные князья исправно охраняют границы и беспрекословно подчиняются моим приказам, я не вмешиваюсь во внутренние порядки их земель.

Мира нахмурилась, отчаянно цепляясь за его слова, и память услужливо подкинула произошедшее в столице.

— Я видела Клинград. Стены из белого мрамора, Световые Столбы, источающие мягкое тепло. Сытые, изысканные люди в дорогих нарядах, бросающие цветы под колеса наших повозок.

Кайрос благосклонно кивнул, принимая похвалу своему творению.

— Но я видела и то, что скрывается за этим мороком! — припечатала она. — У Храма Огненной Девы, когда наместник Нордстали коснулся моей руки, пелена спала. Я увидела пористые желтые кости и огромные черепа вместо белого мрамора. Видела пульсирующие вены под прозрачной мостовой, качающие какую-то мерзкую слизь. Твои хваленые Световые Столбы не согревают людей — это вытяжки! Они сосут живительную силу. Твоя столица — гигантская пиявка, Владыка! Скажи правду — именно поэтому у клинградцев не загораются твои метки?

Кайрос даже не попытался осадить её гневную тираду. Напротив, в его глазах проступил оценивающий интерес. Девушка не просто сорвала сусальную позолоту с Клинграда, но и с вызовом вывернула эту гнилую изнанку перед своим тюремщиком.

— Проницательно, — ровно ответил Верховный, ничуть не задетый её обвинениями. — Но ты снова заблуждаешься. Моя корона не клеймит жителей столицы, потому…

— Потому что ты медленно их убиваешь! — гневно перебила Мира.

— Я даю им сытую, спокойную и долгую жизнь, — жестко парировал Кайрос. — Они не прячутся по ночам, не дрожат от каждого шороха в небе. Взамен я забираю лишь малую толику их энергии. Это бескровная плата за рай, в котором они живут. Зачем мне губить стабильный источник силы?

— Значит, метки — это удел тех, кому не посчастливилось родиться в твоем «раю»? — Мира напряглась, чувствуя, как холодок ползет по позвоночнику от его циничного откровения. — В чем вообще суть аскарского клейма? Зачем вам столько людей? Неужели бессмертным князьям просто не хватает покорных наложниц и слуг?

Кайрос издал негромкий смешок, задумчиво рассматривая воспаленный ожог на правой кисти. Наблюдая за ним, Мира испытала мрачное удовлетворение от того, что хотя бы в беспамятстве смогла причинить ему боль.

Она с мстительным удовольствием дорисовала в воображении, как всё случилось. Владыка раскрыл ладонь и призвал огненный вихрь, чтобы смести преграду, но в этот момент вращающаяся над ней золотая сфера ударила по его руке