Усилитель 7. Тройка, семёрка, туз - Алексей Урусов
— Ну, дай Бог, доченька. За каждого из детей душа болит, и хотелось бы, чтобы жизнь у тебя сложилась.
— Сложится, — улыбнулась в ответ княжна. — С Андреем сложится. Соскучилась я по нему, но учения скоро закончатся, вернётся.
Глава 33
Владимирская область. Полигон Кантемировской дивизии.
— Ну Тоха, ну кавалерист хренов! — про себя ругнулся Ростислав Ростиславович Романов, сидевший в блиндаже и услышавший, как на верху, с интервалом меньше минуты, с грохотом взорвались очередные квадрокоптеры: когда нужно было постебаться над Антоном Романовым, братья называли его «кавалеристом»: Антон служил в горной бригаде *, имевшей на вооружении вьючных лошадей, что было предметом для постоянных беззлобных шуток со стороны братьев.
Впрочем, сейчас Ростиславу было не до смеха: жребий свёл его с братом на втором этапе учений — рота Ростислава находилась в обороне, а Антон его атаковал. И довольно умело выносил оборону роты Ростислава, сочетая атаку воздушными и наземными беспилотниками. Попытку приближения к его позициям штурмовых двоек и троек, Ростислав успешно отбил; оттянув атакующих назад, Антон начал вторую волну дроновой атаки, уничтожая разведанные цели. Сидя в штабном блиндаже и наблюдая за развитием событий через квадрокоптеры, постоянно «висевшие» в его тылу, Ростислав с тревогой наблюдал, как на его опорных пунктах и замаскированных позициях появляется всё больше разноцветных пятен — каждый из дронов, обнаружив цель или получив «жёсткое» целеуказание, пикировал на цель, и в последний момент разбрасывал над землёй красящий пигмент.
Рота Ростислава, кого могли, сбивали. Да и сами не сидели в обороне, а активно атаковали нападавших. Регулируя освещение на экране и переключая камеры, Ростислав определился с приоритетной целью «во вражеском тылу» — одним из дроновых расчётов роты Антона: их позиция была на самом краю соснового леса и вскрыть её оказалось возможно, лишь когда в камеру дрона-разведчика попал стартующий с этого места квадрокоптер.
— Седьмой, двенадцатый, третий, — Ростислав Ростиславович начал перечислять расчёты дроноводов для участия в атаке, — удар по квадрату «Тридцать шесть-четыре»; цель — навес, замаскированный под крону сосны. Атака сразу же после выхода на цель, без доклада!
— Принял, исполняю, седьмой!… — посыпались доклады от дроноводов.
Через несколько минут позиция «вражеских» мастеров воздушной войны была густо засыпана красным колером, что свидетельствовало о полном «уничтожении», а Ростислав к тому времени определился со следующей целью: воздушная разведка обнаружила маскировочную сеть, натянутую над небольшим оврагом. Что под ней скрывается, было непонятно — солдатские палатки или склад, а может даже пара танков, готовящихся к атаке.
— Или любимых лошадок спрятал, дабы обнять перед сном, чтобы точно приснилось, как он гарцует на белом коне в лихой кавалерийской атаке, — улыбнулся про себя Ростислав, выдав координаты для поражения очередного объекта.
* Имеется в виду 34-я горная штурмовая мотострелковая бригада, на вооружении которой состоит 80 вьючных лошадей.
Москва. Комплекс «Галактика». Дом княжны Мищерской.
С Машей договорились, что встречать меня с учений не нужно — не из армии же возвращаюсь после годового отсутствия.
Подъехав к дому, чуть не бегом захожу на кухню и удивляюсь…. Надо же! Надо срочно обрадовать Марию! Такое событие! Обнимаю её, несколько раз целуемся. Но такая новость — лучше не тянуть, расставить все точки…
— Маш, присядь, — негромко с улыбкой говорю ей.
Вижу, что княжна немного забеспокоилась: она умеет тонко чувствовать моё настроение, и то, что я сейчас крайне взволнован и серьёзен, она видит.
— Слушаю, — откликается она, как только садится на диван.
Я сажусь рядом, обнимаю её и почти на ушко тихо говорю: — Милая, у нас будет ребёнок. Точнее два — ты беременна.
Маша смотрит на меня расширившимися от удивления глазами: — Ты уверен?
— Уверен. Мальчик и девочка. Срок ещё никакой, — свожу большой и указательный палец на пять миллиметров, чтобы показать, какой размер имеют сейчас наши будущие дети; на деле ещё меньше. — Но они уже живут в тебе и понемногу растут. — Я тепло улыбаюсь княжне, обнимаю и целую в щёку. — Всё будет хорошо!
— Как же так? Так неожиданно, — видно, что Маша, как и я, еще не очень осознала новость.
Улыбаюсь жене: — Дети приходят тогда, когда сами считают нужным. Я сегодня же начну оформлять документы на дворянство, одновременно подам просьбу о присвоении баронского титула. Нужно связываться с твоими родителями, чтобы они меня приняли. Переговорю, выслушаю их условия, если они будут. Наши дети должны родиться в официальном браке.
Наверное, бестолковый у нас получился разговор. Да и выглядели мы оба… наверное, как Анатолий Дмитриевич, когда я ему сообщил, что он станет отцом.
— А приютские? — с княжной мы много раз обсуждали вопросы моего дворянства и именно статус приютских детей после совершеннолетия всегда был камнем преткновения.
— Что-нибудь придумаем. Их мы не бросим, — успокаиваю я княжну. Хотя ни я сам, ни мои юристы пока решения этой проблемы не нашли.
* * *Ночью, засыпая, Маша вдруг встрепенулась: — А их у нас не отберут?
— Кого их, и кто отберёт? — спросонья пытаюсь понять я.
— Ну, наших детей. Они же Романовы по крови!
— Успокойся, глупышка! — я целую Машу в макушку. — Ты же видела осенью результат, когда нас просто оболгать попытались. И там я действовал исключительно в рамках дуэльного кодекса. А если встанет вопрос о детях, наших детях, в том числе и приютских, я ведь и свой дар подключить могу. А им не только лечить можно. Спи, теперь тебе надо к себе относиться внимательнее и отдыхать по графику.
Московская область. Загородный дворец Константина Михайловича Романова, дяди императора.
Дядя императора Константин Михайлович улыбнулся сыну и наследнику Фёдору, вошедшему в кабинет: — Заходи, заходи, какие вопросы. Привыкай уже, этот кабинет такой же твой, как и мой — освобожу я его, даст Бог, не очень скоро, ты в это кресло сядешь и уверен, что справишься. И в
