Между волком и собакой - Александр Юрьевич Соболев
Рубежи
Другой Арджуна
«Бхагавадгита» гласит, что Кришна, разрешая сомнения Арджуны, приобщил его к сокровенным тайнам духа…
…И Он воплотился, прекраснейший облик приняв,
а взгляд пламеносный затмил бы любую зарницу.
И два легконогих, как лотосы – белых, коня
по ровному полю неспешно влекли колесницу.
И мир проницая – от капли до каменных плит,
от градов небесных – до джунглей зелёного лона,
Всеведущий Кришна с печальным Арджуной стоит,
стоит одесную и с ним говорит благосклонно:
– Ты избран, Арджуна. Пока Я с тобою – внемли! —
замолкли ручьи, и затихло дыхание ветра,
и лист облетевший не может коснуться земли,
и замерло время на глади лугов Курукшетра…
Потомок властителей! Сталь и горящая медь
уже сопоставлены грозным велениям рока.
Но ради чего собираешься ты умереть?
От этого нет никому ни малейшего прока!
Ну, что из того, что сегодня с обеих сторон
готовятся к битве друзья и родные по крови?
Заметь, победитель стяжает и славу, и трон.
Твоим недеянием всех не спасти. Прекословя
судьбе – потеряешь. Ты видишь улыбку Мою,
Подателя истины и Сокрушителя злобы?
Забудь о невечном – и щедрым потоком пролью
всё то, что иначе по каплям тебе низошло бы.
Ты смел, ты отважнее прочих. А всё-таки знай,
что в этом сраженье, где вас уцелеет немного,
имеешь, чего никакая не купит казна:
тебя охраняет ладонь всемогущего Бога.
Я тот, Кто любовь и возмездие, милость и плеть,
Кто зиждет и движет светила, планеты и луны —
и Я говорю, что не нужно о них сожалеть.
Сражайся, Арджуна!
Зачем бы Я дал эту силу и гордую стать
и в плотную массу героев принудил стесниться?
Зачем бы Я луки напряг и заставил блистать
доспехи и сбруи, мечи, человечьи зеницы?
Щиты, колесницы и злая копейная ость —
одна только Майя, игра Всемогущего Гуру!
Направо – эбен, а напротив – слоновая кость…
Всего лишь фигуры, Арджуна, всего лишь фигуры.
Ведь только тела погребальные примут костры,
и жалость тебе не пристала, как дубу – омела.
Возвысившись духом, пойми непреложность Игры!
Ты кшатрий[13], Арджуна, и делай суждённое дело!
О, лучший из лучников! Выбери верную цель!
Кому неизменно довлеет невежества гуна[14] —
достойны ли жертвы в твоём отрешённом лице?
Подумай, Арджуна!
А руки твои – да пребудут, как прежде, чисты.
Во грех не зачтутся колосья, что карма скосила.
Ты Свету угоден – и Света исполнишься ты.
И будет расти совершенная мудрая сила,
и будут радения с теми, кто веру куёт,
рассветы над Гангом и женщин горячие очи!
Ты станешь великим пандитом[15] во имя Моё,
ты сможешь вести и учиться!..
И что же – не хочешь?..
Строптивый юнец… Не безумен ли, Мне вопреки
отвергший веление жизни и знания благо?..
…Сейчас зарычат барабаны, взметнутся клинки,
и жутко слоны затрубят, напоённые брагой!
Я лезвие вижу, что гибель тебе причинит —
и плоть затрепещет, и жилы порвутся, как струны…
Мой первый из первых, любимейший Мой ученик…
До встречи, Арджуна!
Ну-ка, грохни, Митральеза!
Пусть гаолян вам навевает сны…
Степан Петров (Скиталец)
Это просто, очень просто – логика войны.
Канарейка просит проса, золота – наймит,
и всегда, опять и снова, йеху из пещер
ищут власти. Им до Слова дела нет вообще…
– Мы кирасами одеты и лихи в бою!
Мы хотим вон то и это! ДАЙТЕ!.. Не дают…
– Ну-ка, грохни, митральеза! Грянь, единорог!
Расплескайся под железом, розовый творог!
Чтоб отбор не прерывался внутривидовой,
и никто не порывался думать головой!..
– Нам и Лета – по колено, по шнуровку – Стикс!
За прекрасную Елену, за идею-фикс —
шире шаг! За плечи ранцы! Фас, ату и пиль!
Наплевать, что до поганцев десять тысяч миль!..
С негодующим азартом, манием руки —
азиатским бонапартом двинутся полки,
чтоб не смел тащить на ложе девы молодой
этот мерзко-бледнорожий с рыжей бородой!!!
…Их начнет увещевати – эдак и растак —
благородных демократий жилистый кулак,
чтоб боялся до поноса, сам себе не рад,
черномазый, горбоносый, узкоглазый гад!!!
Как обычно перед дракой, жарят петуха —
и мотается на траки чья-то требуха.
Ради пирровой победы плюнет огнемёт,
прыгнет прыткая торпеда, лазер стебанёт,
кто-то с треском проутюжит горный кишлачок,
кто-то – стингер лапой дюжей вскинет на плечо,
кто-то джунгли или пашню фосфором польёт,
кто-то – в лакомую башню всадит самолёт.
В лоне власти, как пигмеи, чтящие табу,
мы имеем, что имеем – тёмную судьбу.
И, железом порастая, нас имеет факт…
…Если сбились в волчью стаю, или с чёртом – «фак»,
или с личным эго в блуде – что ни говори —
это люди, только люди, а не упыри.
Правда, гадить могут вдосталь, в грабеже вольны…
Это просто, очень просто – логика войны:
крахом плоти, страхом силы удобрять поля,
чтобы гуще колосились рожь и гаолян.
Багровый этюд-2008
1. «Сквозняк из пекла после смога!»
Сквозняк из пекла после смога!
Сезон – Аравии подстать.
Его и бурую тревогу
уместным слогом описать
питомец Кафки, верно, смог бы…
В проулках, вопреки налогам,
порхает мусора парша,
а заштилеет понемногу —
и вовсе нечем… Лишь душа
и коллективный разум сплитов
радеют жертвенно за нас,
но вся окрестная элита
давно на воды подалась.
