Штурмовик Прибылой - Владимир Дмитриевич Пронский
– Пока ехал к вам, хотел ругаться. Дом-то буржуйский. Совсем они обнаглели. Из-за пяти минут машину дёргают. А, вижу, ты не относишься к буржуйскому племени. Их ни за какие деньги не заманишь на фронт. Когда прибыл? – сердобольно спросил водитель.
– На днях. Вот решил машину завести. Два месяца не ездил, – тепло, как на голос старого друга, отозвался Семён, подумал: «Вот бывают же люди! Чужой человек, а в одну секунду своим стал!»
Таксист помог выбраться и, пожав руку, уехал, а Прибылой не спеша, следя за каждым шагом, аккуратно переставлял костыли, открыл ворота гаража, закрепил их, подложив кирпичи, и аккуратно уселся за руль. По хорошему-то надо было заглянуть под капот, проверить технологические жидкости, но на костылях не попрыгаешь вокруг машины. Решил сразу завести, будь что будет: либо заведётся, либо потом придётся заряжать аккумулятор. Завелась! Со второго «тычка». Он выгнал машину из гаража, чтобы не дышать выхлопными газами, и постепенно машина прогрелась, и он решил немного прокатиться на ней. А почему бы и нет? Выехал из гаражей, на прилегающей улице разогнался, проехал в её конец, и машина мощно и резво бежала, наполняя радостью его душу. Да и как не радоваться, когда он живой, едет на хорошей машине, не разучился управлять ею? Разве этого мало?! Пожалел, что не взял с собой Женьку. Ему бы это было в радость. Подумав так, позвонил Ольге, спросил:
– Сын не спит?
– Давно уж за компом сидит.
– Скажи ему: если есть желание, пусть выходит – прокачу его! Я у подъезда.
Женька вылетел через пять минут: рот до ушей и куртку застегнуть не успел:
– Дядя Семён, звал?
– Конечно. Садись, прокачу.
Долго они не катались, но кружок небольшой по городу сделали, а когда завернули к гаражам, Женька вздохнул:
– Классно. Так весь день катался бы.
– Успеешь, накатаешься ещё. Вот вырастешь, права получишь – и вперёд!
У гаража их встретил сосед Петрович в старом армейском полушубке, возившийся с «жигулями».
– Это ты, Семён?! – удивился он. – А я пришёл, ворота твоего гаража открыты, машины нет – самое плохое подумал, не приведи господь. Ведь говорили всякое, что, мол, ты уехал на СВО?
– Вернулся. Повоевал, хватит.
– Это кто же с тобой?
– Сын, – ответил Семён и посмотрел на Женьку, моргнул ему, а тот сдержанно улыбнулся.
– Это хорошо. Как «тачка», завелась?
– А куда она денется? Вот проехались немного, аккумулятор подзарядили, теперь до следующего раза.
Высадив Женьку, Семён достал из машины костыли, отдал ему, а сам загнал машину в гараж.
Сосед удивился:
– Да-а… Неплохо ты съездил на Донбасс.
– Уж как получилось, Петрович.
– Не горюй. Главное – живым вернулся, а это дорогого стоит.
Когда Семён закрыл гараж, сосед спросил:
– А как же ты домой-то добираться будешь?
– Сюда на такси ехал.
– Никакого такси. Сейчас фильтр поставлю и подкину вас. Чего на такси деньги швырять.
Подвёз, у подъезда расстались в настроении, пожав друг другу руку. Уже в лифте Семён посмотрел на Женьку, которого сегодня впервые назвал сыном, моргнул ему и улыбнулся:
– Не дрейфь, Женёк. Прорвёмся!
Тот улыбнулся в ответ.
Радостно сделалось: и от помощи вечно небритого Петровича, и от Женькиной улыбки, и от чистого морозного воздуха – от всего. «Живи, Прибылой, и радуйся!» – подумал Семён и потрепал Женьку за плечо:
– И это только начало, Женёк!
49
С понедельника начались его хождения по инстанциям. Побывал в поликлинике – записался в процедурный кабинет на лечебную гимнастику. Съездил в военкомат, заявил о себе, рассказал, что прошёл военно-врачебную комиссию в больнице, признавшей его не годным к прохождению дальнейшей службы, отослал нотариально заверенную копию заключения комиссии в воинскую часть вместе с рапортом об увольнении.
– Всё это хорошо, но теперь надо дождаться, когда придёт уведомление с копией приказа о вашем исключении из списка части и, по новому закону, ходатайством воинской части должно быть приостановлено и закрыто производство по уголовному делу. В общем, во многих инстанциях вам придётся побывать, а чиновники, они такие, и рассуждают не как мы с вами. Так что наберитесь терпения и восстанавливайте пока здоровье. Спешить вам особенно некуда. Протез выдали?
– Да. Сказали, что первичный, без особой подгонки.
– Правильно. Всем так. Вот освоитесь, научите его слушаться вас, тогда перейдёте на другой уровень.
На всякий случай он напомнил о выплатах.
– К сожалению, вашей категории военнослужащих полается выплата только в случае гибели. Вам нелишне будет обратиться в фонд «Защитники Отечества», там обязательно чем-нибудь помогут. Но опять же при наличии справки из войсковой части о вашем исключении из воинского списка и социальной медэкспертизы о наличии инвалидности. В общем, это дело долгое, но вы не отступайте.
Да, наговорили ему много, и он понял из всего сказанного, что просто необходимо забыть обо всём до поры до времени, оставить главное: собственное восстановление. Семён и не ожидал, что все бросятся ему помогать, за него ходить по инстанциям, нет, конечно, но всё равно делалось немного обидно. Из-за этого он отложил и поездку в организацию ветеранов «Боевое братство» – вот туда-то непременно успеется.
Пока ездил по городу, он перестал гонять машину в гараж, оставляя её у подъезда, часто вспоминал Антона Безрукова, у того какой-никакой, а всё-таки опыт борьбы с чиновниками имеется. Как-то вернулся домой и спросил у Ольги о Безрукове.
– Он вроде бы жениться собирался. Женился?
– Вот у него и спроси! – холодно ответила она. – Не получилось у него с женитьбой, только три дня прожил и на развод подал.
– Это он сам тебе сказал?
– Да, дважды звонил, был выпивши, напрашивался в гости, а я послала его куда подальше и тебя упомянула: «Вот вернётся Семён, тогда и приходи!» А вообще-то, он не нужен здесь, потому что не по-человечески поступил: друг воюет, а он его жене звонит, утешения ищет.
– Интересный поворот, – хмыкнул Семён. – Действительно, странная ситуация. Так он был в гостях или нет? – спросил Семён и почувствовал, как кровь застучала в висках.
– Говорю же – делать ему здесь нечего. И ты ему не звони, не приглашай. А если хочешь встретиться, то встречайся в другом месте. Хотя, зная твой характер, и в другом не надо. Вспылишь, опять на свою голову – и на мою тоже – приключений добавишь. Нужно тебе это?!
Если верить Ольге, а он ей верил, то Антон поступил не по-товарищески. Вот если бы Ольга сама позвонила и попросила о помощи, ещё куда
