Трэш. #Путь к осознанности - Валентина Хара
Олег начал писать ответ Софи, в черновике:
– Если ты думаешь, что после твоего письма я перестану говорить о тебе с восторгом, то ты ошибаешься. Я вообще не знаю, что ты можешь сделать, чтобы я изменил свое отношение к тебе… Пока не знаю. Надеюсь, ты не воспримешь это как вызов… Хотя…
Софи, родная моя. Как ни крути, а все равно уже родная, так как у нас с тобой уже есть что-то большее, чем просто воспоминания.
Но даже это не повод, чтобы связывать тебя обязательствами и ломать твою жизнь и твою волю.
У меня нет поводов злиться на тебя. Я уважаю свободу твоих мыслей и чувств. Свободу твоего выбора.
Уважь и ты мою. Ты не можешь запретить мне любить тебя и делать что-то для тебя. Это мой выбор.
Это не значит, что я буду страдать и мучиться всю жизнь. Конечно, мне хочется слышать слова любви, видеть радость в глазах при встрече, чувствовать, что меня хотят, что мне дарят ласку и нежность… Я всегда буду подсознательно искать этого и надеюсь, что где-то найду, пусть даже для этого потребуется встретить еще десятки женщин.
Мне не нужно многого, чтобы моя душа ликовала от счастья: тепло и нежность. Да, в последнее время этого было очень мало от тебя, а так как никого, кроме тебя, у меня давно уже не было, то не было вообще…
Я постепенно начал к этому привыкать и, наверное, уехал сюда, чтобы вообще научиться не обусловливать себя этим.
Накачиваю свои «центры» энергией и, наверное, снова скоро стану «сверхчеловеком», а может, научусь «мудрости пустых центров», как говорит Илья, не знаю…
Мне легко тебе писать, потому что теперь ты выговорилась. Гораздо сложнее было видеть тебя напряженной и не понимать, что происходит. Ты сказала правду (по крайней мере, на тот момент, а они у тебя меняются частенько), и от нее можно отталкиваться. Нельзя ничего строить на лжи, я это понял давно. И ты помогла мне это понять.
Я хочу тебе сказать, наверное, в тысячный раз, что благодарен тебе за все. Точку самого яркого Дня в своей жизни я пока поставил на той крыше в Йошке.
Знаешь, я, наверное, все-таки понял, что такое любовь.
Я люблю тебя и поэтому принимаю тебя такой, какая ты есть. Любовь не кредит, и ты ничего не должна отдавать. Я хочу, чтобы ты была счастлива и удовлетворена. Если ты хочешь секса с другими мужчинами, хочешь влюбляться – я хочу видеть тебя влюбленной и удовлетворенной.
Я продолжу помогать тебе, пока у меня есть такая возможность. Надеюсь, она будет у меня и впредь. И ты ничем не обязана мне за это. Вся моя финансовая поддержка не стоит даже одного твоего поцелуя.
Если не хочешь видеть меня, без проблем. Хочешь уехать куда-то? Без проблем. Деньги буду переводить тебе на карту.
Ты свободна. У тебя нет со мной отношений и обязательств по отношению ко мне. Никаких.
Я хотел быть любимым, а оказалось, что нужно просто быть сильным. И я благодарен тебе за этот опыт.
Глава 77. Чикон
К обеду приехал Назар. Олег был очень рад видеть его улыбающиеся и радостные глаза. Назар приехал не из Питера. Он вернулся из джунглей, где три дня жил на дереве и катался на зиплайнах по джунглям в рамках программы «Gibbon Experience» («Опыт гиббона»). Назар был в полном восторге от программы.
Отведав супчик дня, он сказал Олегу:
– Сегодня вечером предлагаю сходить на рынок, купить зелени. Есть это невозможно.
– Договорились.
Чуть позже к ним присоединился еще один участник – Альберт. Альберт приехал из Норвегии. При этом он бегло говорил по-русски, свободно – на английском и, конечно, норвежском.
Альберт был высоким и крепким парнем с сильными руками и немного детским лицом: очень улыбчивым, можно было даже сказать «милым», а длинные волосы придавали его внешности еще большую мягкость. Он также оказался приятным собеседником. Выяснилось, что в России он никогда не был. У него была русская мама, которая иммигрировала в Норвегию и вышла там замуж за норвежца. Альберт много лет практиковал йогу, был вегетарианцем, ездил на тантрические практики в Индию. В Норвегии он работал массажистом и продавцом в цветочном магазине.
Марта с Камилем были тоже вегетарианцами и занимались йогой. Очень улыбчивые и приятные. Олег еще никогда не был в компании с таким большим количеством «шизотериков» на один квадратный метр. Сначала его напрягала эта ситуация. Он не понимал, как себя вести и о чем с ними говорить. Им неинтересны были ни бизнес, ни социальный статус собеседников, ни обычные путешествия. Вместе с тем назвать их нищебродами не поворачивался язык. Проживание в ретрит-центре стоило недешево, а они приехали из Тайланда, а после Камбоджи собирались еще ехать на месяц во Вьетнам. То есть и время, и деньги для них не проблема. Они у Алара были уже второй раз. Единственной зацепкой для общения было то, что Камиль, как выяснилось, читал «Две Буквы» и знал от Станислава, что автор книги собирается в этом году в «Чикон».
– Камиль, а расскажи про церемонию «Эрнумаско», – попросил Олег у Камиля.
Камиль переглянулся с Мартой и улыбнулся:
– Бесполезно рассказывать.
– В смысле? Что ты получил от нее?
– А это вообще не важно. У тебя будет свой опыт, и получишь то, что получишь.
– Как все загадочно.
Олега слегка раздражала эта таинственность. Неужели нельзя просто рассказать: было то-то, почувствовал то-то. И все! А то начинаются эти вокруг да около: «Ты все равно не поймешь, пока не поучаствуешь».
– Одно могу тебе посоветовать: лучше откажись пока от мяса, по крайней мере до церемонии, а то может быть плохо. Во время церемонии оно превращается в яд для тела.
– Принял! Благодарю.
Олег переключил взгляд на Назара.
– Побольше травы сегодня берем.
Откуда ни возьмись рядом с ними оказался Алар. Ни слова не говоря он подошел вплотную к Олегу, а затем, обняв кистью одной руки его затылок, пальцем второй помазал чем-то под носом Олега.
Олега почувствовал запах, похожий на запах вьетнамского бальзама «Звездочка», но только еще более резкий и более приятный.
Алар исчез, не говоря ни слова.
Олег посмотрел на ребят, но они продолжали стоять как ни в чем не бывало, словно ничего и не видели.
Начались занятия цигун. Впервые они начали приносить Олегу первые плоды телесного удовлетворения. Все давалось
