Мертвый аул - Анна Былинова
Не дождавшись жены, Дмитрий пошел к ее сестре Антонине, но женщина сказала, что ее сестра не приходила уже как два дня. Дмитрий удивился и подумал, что, может быть, он не неправильно понял жену. Возможно, пошла она к кому-то из соседей или к другим родственникам. К десяти часам вечера он обошел всех, к кому могла пойти Настя, и ошеломленный снова пришел в дом свояков.
– Не пришла? – теперь пришло время удивляться Антонине.
– Нету!..
– Так она точно сказала, что за хлебом пошла?
Дмитрий засомневался, силясь вспомнить слова жены.
– Ну вроде… По грибы она хотела идти, утром говорила мне… Может, я не так понял, может быть, она сказала, чтоб я сам за хлебом сходил, а сама по грибы ушла? Еще говорила, что надо будет смородину посмотреть, как нынче уродилась…
– Так время-то уже! Какие грибы, какая смородина? – воскликнула Антонина. – Должна была уже давно вернуться! Ка-ку смородину придумали – ни-че понять не могу! – громко ругалась она. – А куда? Куда вы за смородиной хотели? На бурульзайской дороге? – Тут же проснулся в ней охотничий интерес, как просыпается он у всех женщин в деревне, стоит только заговорить о ягоде.
– Не-е, там-то че… – отмахнулся Дмитрий. – Вот куда вы, помнишь, Тонька, за Известку ходили?
– На той стороне что ли?
– Но-о, прямо сразу, как переходишь Витим и там кусты сразу начинаются.
– А–а–а, ну одна-то она поди туда не пойдет! – испугалась женщина. И комнаты выскочил с выпученными глазами дядя Толя.
– Не пришла что ли?
– Нету, – развел руками мужчина. – Толька, ты собирайся, пойдем, может на Цыганке посмотрим?
Дядя Толя оделся и, взяв фонари, они с Дмитрием отправились на окраину горы Цыганки, куда обычно все сельчане ходят по грибы. В темноте они ходили около часа, подсвечивая вглубь леса, затем по окраине леса дошли до бурульзайской дороги, это восточнее деревни, куда тоже часто все ходили за грибами. Дмитрий углублялся в лес и кричал жену по имени, затем вслушивался, надеясь услышать ее отклик.
Бурульзайская дорога огибает гору Цыганку и ведет к местности Буруль-зай. Там когда-то эвенки древнего рода Чильчагир основали первое объединение, которое впоследствии объединило кочующие народы. В эту местность вскоре потянулись и другие эвенки из рода Бекрейн, обитавшие в местности Джилинда, Борто; эвенки из другого старинного рода Киндигир, и буряты, ранее жившие у Бутуя.
В Бурульзае раньше было шумно и многолюдно, кипела жизнь. Буряты и эвенки смогли объединить оленеводство и скотоводство, благодаря чему, оба народа зажили дружно бок о бок. Но позднее все бурульзайцы перекочевали в местность Джилинда и там основались и живут по сей день. Буруль-зай опустел, хозяйственные постройки и жилые избы со временем были разрушены и сейчас там остался один-единственный домик, в котором останавливаются время от времени местные охотники. Понятное дело, как и во многочисленных постсоветских деревнях, колхозы все развалились, скотоводство почти захирело, оленей и подавно не осталось.
К часу ночи, когда станция прекратила работу и погас свет, мужики вернулись в деревню. Зашли домой, надеясь, что Настя вернулась в их отсутствие. Никого. Вышли вдвоем на улицу, покурили. Решили, что нужно ждать до утра. Дядя Толя пошел домой, а Дмитрий провел свою первую бессонную ночь, выкуривая одну за одной сигареты и теряясь в догадках.
Утром он снова обошел всех знакомых, надеясь, что жена пришла ночью кому–то из них. Поняв, что не пришла, собрал родственников, те, в свою очередь, подключили к поискам некоторых сельчан. Дмитрий предположил, что, возможно, Настя ушла в сторону Аяна, и уже собрался туда идти, как вдруг приехали двое полицейских и глава местной администрации. Он рассказал им все – во сколько ушла, в чем была одета. Написал заявление, пока один из полицейских осматривал дом и избушку – летний домик. После опроса, полицейские посоветовали ему обращаться на третий день, если жена не найдется и уехали. Тогда он понял, что полицейские ему не помогут и один отправился в Аян…
***
– Ладно, – сказала Света. – Искать как-то надо, полицию подключать.
– Ну вон они вчера же были у меня, обыскали тут все, – сказал Дмитрий. – Заявление написал, они вроде приняли, но сказали ждать три дня.
– Как три дня?..
– Надо спасателей вызывать, я думаю, – сказала тетя Тоня, она стояла у буфета и опиралась на него поясницей. – Чтоб на вертолете прочесывали местность.
– Ну да… – подал голос, молчавший все время Сема. – Согласен.
Дядя Толя вдруг хохотнул, насмешливо глядя на жену:
– Хо, вертолет тебе… Так и дали местность прочесывать.
Тетя Тоня насупилась.
– А что смешного?
– Какой вертолет? Кто тебе даст вертолет-то? Нужна ты им, больно, вертолет тебе давать! Шибко-то не рассчитывай…– закипел мужик. Света заступилась за тетку:
– Ну, а вдруг дадут? Откуда вы знаете!
Тетя Тоня сверкнула глазами, уничтожая взглядом своего мужика:
– Конечно! Надо все способы искать, а вдруг получится!
Женщины осадили мужика и тот замолчал, лишь изредка презрительно фыркая на их замечания. Но, как выяснится позже, не особо прозорливый дядя Толя, как ни странно, оказался прав. Помощь извне так и не придет, а вертолет и тем более не прилетит.
– Пойду тогда сейчас звонить туда – сюда… – сказала Света и, вдруг вспомнив, спросила: – А девчонкам не звонили еще?
Дмитрий повернулся к дочери и сказал:
– Я вчера к Машке ходил, сказал, чтоб она позвонила, передала…
Тетя Тоня вставила:
– Света, может быть, когда придешь, пойдем с тобой в сторону Мертвого аула?
– Думаете, она туда могла уйти? Ну ладно, сходим, – согласилась Света. Она встала и посмотрела на парня, мол, идем звонить?
– Вы лучше с тетей Тоней идите, – сказал Сема, вставая из-за стола. – А я пойду, мужиков соберу и поедем в сторону Буруль-зая. Так быстрее все будет.
Сема задумчиво посмотрел в окно, потер лоб и сказал:
– Дядя Дима, смотрите, как сделаем: мы поедем по бурульзайской дороге, пересечем гору и пойдем на запад, – Сема показал ладонью, как он с мужиками будет огибать гору и ехать на запад. – А вы на Щеки пойдете, и там дальше, по Витиму будете южнее идти, до самого Буруль-зая и, получается мы с запада к вам подойдем. Таким образом, хороший кусок тайги захватим.
– Во! Правильно, правильно.
На том и условились. Света с тетей Тоней пошли к Марии, сестре Дмитрия, звонить в МЧС, а Сема тем временем верхом поехал собирать мужиков, чтобы вместе прочесать длинный бурульзайский путь. Дмитрий стал собираться на скалистые Щеки.
По дороге тетя Тоня предложила, что неплохо бы
