Cyberpunk 2077: Цена человечности - Rihter

Я развернулся в сторону говорящего. У грязной бетонной стены, прямо в куче мусора, сидел старик. Ниже пояса конечности заменяли ржавые, лишенные обшивки титановые штыри имплантов, которые он стыдливо прикрывал засаленным пледом. На лице — сетка лопнувших капилляров, под глазами набрякли темные мешки, а из виска торчал старый, покрытый окислами разъем для чипов.

— И что мне делать? — спросил я, сделав шаг ближе и улыбнувшись неожиданному советчику.

— Закажи через приложение, — старик высунул из-под одеяла дрожащую руку и ткнул пальцем куда-то вверх.

На противоположной стороне улицы моргал огромный неоновый билборд, забитый рекламой стимуляторов и дешевого хрома. В самом углу экрана пульсировал логотип транспортной службы Combat Cab.

Я сфокусировал взгляд, подключив к работе оптику. Картинка приблизилась, линза отсканировала матричный код в углу объявления. Система тут же пробила базу данных компании и вывела на периферию зрения окно заказа. Первым же пунктом интерфейс потребовал ввести верифицированный ID.

Теперь понятно, почему машины проезжали мимо. Если клиент выкинет какой-нибудь фокус или решит пустить водителю пулю в затылок, контора должна знать, с кого потом спрашивать.

Вбил данные своей новой временной карты и отправил запрос. Иконка моргнула зеленым, подтвердив бронь.

— Ну, спасибо, — я закрыл интерфейс заказа и перевел взгляд на старика.

Инициализация транзакции. Перевод по беспроводному токену. В углу тут же выскочило системное оповещение об изменении баланса. Цифра в 3500 евродолларов обновилась, уменьшившись ровно на сотню.

Старик вздрогнул. Мутные глаза округлились, и он принялся лихорадочно озираться по сторонам, вжавшись спиной в бетон.

— Эт... Это слишком много, — просипел он.

— Всё нормально, — я махнул рукой, развернувшись обратно к дороге. — Жизнь — штука непредсказуемая. Может, и ты мне когда-нибудь поможешь в тяжелой ситуации.

— Это уж вряд ли, чум, — старик издал сухой, похожий на треск веток смешок, обнажив остатки желтых зубов. — Я и себе-то помочь не смог.

Я снова перевел внимание на поток проезжающих мимо машин.

И сколько я таких видел на грязных улицах Вашингтона? Тысячи.

Столица Новых Соединенных Штатов всего пару лет назад была затоплена живыми обрубками войны. Парнями, которых правительство заставило стрелять в своих же сограждан на Южном фронте под пафосные речи об Объединении и великом возрождении нации. Пичкали пропагандой, обязывая верить, что мы спасаем расколотую страну.

А потом война закончилась. Виртуальный росчерк пера на мирном договоре — и всё. Тех, кто стал ненужен, просто выкинули на мостовую, как отработанные батарейки. Никаких субсидий, никакой медицинской помощи. Тяжелый хром без профессионального обслуживания и элементарных блокаторов всего за пару лет превратил здоровых мужиков в инвалидов или киберпсихов.

И те самые чиновники, что отправляли нас умирать в Техас под торжественные звуки гимна, теперь брезгливо закрывали шторки на окнах своих бронированных лимузинов, проезжая рядом с палаточными городками, в которых гнили бывшие герои Объединительной войны.

Скрип тормозов заставил меня отвлечься. Из пелены смога вынырнул матово-черный Archer Hella EC-H И8. Машина замерла передо мной, обдав отчетливым запахом пережженного синтетического масла.

Я невольно скользнул взглядом по кузову. Конвейерное ведро. Полный привод, простейший четырехцилиндровый движок CHOOH2. Из плюсов — починить можно на коленке при помощи лома и пары матов. Из минусов — мотор задыхается, если попытаться выжать из него что-то приличное на подъеме, а заводская коробка передач знатно пинается уже после первой тысячи миль.

Дернул ручку задней двери. Не то чтобы питаю слабость к местам для важных персон, просто передняя была намертво заварена, а сама дверь изнутри укреплена дополнительным стальным листом.

В салоне пахло дешевым освежителем с ароматом цитруса и табачным дымом. Из-за руля на меня зыркнул массивный лысый мужик. Кожа на шее заменена на угловатую композитную броню, переходящую в порт под затылком. На передней панели, под лобовым стеклом, открыто лежал короткий, потертый дробовик Rostovic Palica. Самый дешевый сербский хлам — двуствольный, тяжелый, бьющий дуплетом.

— Куда? — раздался глухой, прокуренный бас. Водила не повернулся, контролируя меня через зеркало заднего вида.

— Уотсон. Мегабашня H10, — ответил я, откинувшись на потрепанное сиденье, и сразу уткнулся взглядом в боковое окно.

— Через склады или по магистрали?

— А в чем разница?

— По магистрали можно посмотреть город.

— И заплатить побольше? — я усмехнулся, на что тот просто безразлично пожал плечами. — Ладно, давай по магистрали.

Машина набрала ход. За окном потянулся Санто-Доминго. Мы петляли между гигантскими серыми кубами складских терминалов и переплетениями ржавых, шипящих паром труб. Бетонные опоры развязок были густо замалеваны ядовито-зелеными и желтыми граффити.

— Тут у нас «Шестая улица» заправляет, — глухо бросил водила, заметив, куда я смотрю. — Типа патриоты. Бывшие вояки, копы-неудачники. Косят под армию, трясут с мелких торговцев дань за «защиту». Увидишь парней в камуфляже с эмблемой старого флага — держи карманы закрытыми.

А вот и другая сторона медали. Солдаты, обученные только насилию, оставшись без гроша в кармане, именно это насилие и проявляют.

Неожиданно поймал себя на мысли, что не знаю, как к этому относиться. Окажись я десяток лет назад чуть идеалистичнее, вернись с фронта без цента за душой и с потекшей от ПТСР кукухой, то вполне мог бы оказаться среди них.

Вскоре пейзаж за окном начал стремительно меняться. Машина выскочила на хайвей, и мы плавно въехали в Хейвуд, а точнее — в его деловую часть, Глен. Промзона отступила, уступая место массивной архитектуре. Пошли чистые тротуары, по которым вместо чумазых работяг в комбинезонах спешили клерки среднего звена в строгих серых костюмах. Мимо проплыло помпезное здание Мэрии Найт-Сити, сплошь облепленное пафосными золотистыми голограммами, за ним — монолитный блок Управления NCPD.

Если контраст между вонючими трубами Петрохема и стерильной зоной элитного района заставил удивиться, то это была лишь разминка перед главным блюдом.

Корпо-Плаза. Сердце корпоративного мира. Огромная круглая площадь, вокруг которой выстроились колоссальные небоскребы. Уходящие ввысь куски бетона и металла буквально царапали небо, полностью закрыв солнце и погружая площадь в вечный искусственный полумрак.

Мой взгляд сначала зацепился за башню Арасаки, а потом перешел на штаб-квартиру Милитех. Огромная, угловатая дура из темного стекла и бронированной стали.

А вот и мои бывшие работодатели. Надеюсь, больше не пересечемся.

Над головой, между зеркальными фасадами, проносились роскошные, обтекаемые АВ — летающие машины топ-менеджеров. Внизу, в центре площади, виднелся футуристический стеклянный парк, полный зелени.

— Красиво, да? — хмыкнул водитель. — Жрут черную икру на вершинах, пока мы внизу дерьмо ложками хлебаем. Ладно, проедем этот зоопарк, дальше