Ни любви, ни денег - Соня Дивицкая
– Ой, Дима! Все для суши!
Люба увидела стеллаж для суши, значит, вечером у них будут роллы. Экологическая пища, туда она тоже заглядывает. Отдельный стенд, где все в унылых серых упаковках. Эта забава пришла из Европы, и в наших краях она все еще казалась блажью.
– Дим, смотри, – остановилась Люба, – та же самая овсянка, только в три раза дороже. Нафасовали люди – и вперед! А мы с тобой все сомневаемся…
– Я не сомневаюсь, – подбодрил ее муж. – У тебя все получится.
– А что с моим сайтом? – напомнила Люба. – Мне нужен сайт.
– Скоро, скоро будет у тебя сайт, не волнуйся. Сейчас приедем домой, и я сяду работать.
В этот вечер он не сел работать. Магазины – такая затягивающая вещь. Набрали все для суши, поперли за фруктами, за шампунькой и с горой на телеге стояли у кассы, а там халатик…
– Халатик! Мягенький какой! – захлопала ресницами толстушка Люба. – Дим, потрогай, какой мягенький халатик… Скажи? И с медвежатами!
Халатик тоже кинули на ленту. Чек вышел метра на полтора, но Люба радовалась, она вообще всю жизнь в своей станице мечтала про такую штуку, чтобы идти по супермаркету и швырять всякое добро в телегу, не глядя. Теперь у нее появилась такая возможность, и она спокойно насыщалась этим мелким потребительством, припоминая, как в детстве смотрела разное кино, американские в основном фильмы, и там герои всегда заходили в супермаркет и выносили еду в больших бумажных пакетах, ставили ее в багажник своих машин, а потом ехали куда-то еще перекусить. И Люба с Димой точно так же подхватили детишек и тоже, как в американском кино, поехали в кафе поесть мороженого. Мороженое вегетарианцы могут есть в любом кафе, мороженое у нас сейчас везде веганское – вода и краска с сахарком.
Детишки уплетают, мажутся, а Люба рада. Чему ты, Люба, радуешься? Как же… Ее пионерские мечты сбывались. Ее маленькое обывательское счастье стало реальностью. А тут еще повсюду огоньки, гирлянды, Дед Морозики. Джингл беллз, джингл беллз…
Как многие крестьянские девочки, Люба смоталась в город от тяжелой работы. Не хотела жить как мама. Мать вся забитая, вечно то в коровнике, то в свинарнике. И дома хозяйство, эти постоянные бычки на откорм, сало солить, тушенку тушить, на огород выйти страшно. Люба решила – не хочу быть дояркой, пойду в кулинарный техникум. Правда, техникум она бросила, там ей стало скучно, там же надо все время готовить, а бесконечной рутины она не выносила, поэтому-то мысль про ресторан показалась ей такой интересной – и прибыль, и праздник у тебя в одном флаконе.
Под Новый год я заглянула в дом к счастливому семейству, зашла за своей дочкой, она у них играла после школы. Дима как раз в это время монтировал новую кухню. Это была удобная простая модель, по личным эскизам Любы. В кухнях она знала толк, между прочим, Люба распланировала, чтобы все у нее было под рукой, захотела большой вместительный остров, чтобы ей не прыгать на высокие полки, сделала открытыми шкафы, чтобы не метаться и все видеть. «Эргономичная модель», – она мне объяснила, но я рукой махнула, к чему мне в этом разбираться, двадцать лет замужем – а у меня даже миксера нет.
Я увидела огромную мельницу для перца и начала с ней играться. На столе, на большом круглом блюде, лежала горка новогодних печенюшек. Из духовки тянуло корицей и апельсиновой цедрой. И так у них там было весело… Детишки летали вокруг стола, цепляли на ходу печенье и жевали, жевали, жевали. С визгом и лаем за ними носилась маленькая собачонка. И дрель! Меня всегда ужасно вдохновляет, когда в доме работает дрель. Дима прыгал с этой дрелью, как Тарзан, через рабочий остров к навесным шкафам. Идеальная пара, мне показалось: у нее миксер, у него дрель. И разве кто-нибудь в тот самый торжественный момент, когда он закрутил последний болтик… разве кто-то мог подумать, что у этой истории грустный конец?
Я была уверена: если в доме есть духовка, дети, дрель и собака, значит – все, этот дом спасен. Но нет, немножко подождите… Я не хочу расстраивать вас раньше времени, давайте остановим еще на минутку счастливое мгновенье, эти самые лучшие минуты в любом, абсолютно в любом деле – ожиданье, когда все предвкушают, предвкушают, готовятся, мечтают и верят, что вот сейчас, скоро, скоро у них все попрет.
Итак, ребята заказали мебель, технику, зарегистрировали фирму, составили меню. Осталось сделать флаеры и обойти потенциальных клиентов. Флаеры нужно было раскидать везде, где только можно, над этим они как раз и начали работать после праздников.
Люба каждый день устраивала семье гастрономический театр, она готовила и сервировала все точно так, как собиралась это делать для ресторана. Свои блюда она фотографировала для рекламы и для будущего меню, для этого подбирала посуду, аксессуары, свет… А я скажу вам, не так-то просто сфотографировать морковную котлетку, чтобы она выглядела как лосось. И даже лосося не так-то просто снять, чтобы он не выглядел бледным. Дима набрасывал макет флаеров, он лежал на диване с ноутбуком и поторапливал жену.
– Ты все равно все свое меню на флаер не поместишь. Ты заяви несколько дежурных блюд с ценой, остальное потом…
– Ну, хорошо… – Люба немного нервничала, она не любила, когда ее торопят. – Вареники с картошкой на пару…
– Ага! Здоровая еда! Вареники с картошкой!
– Ладно, ладно… Пусть будет комплексный обед: борщ вегетарианский, блинчики с фруктами и смузи – триста рублей. И второй вариант: солянка, котлеты кабачковые, морковный сок… Ну и… и для спортсменов медальоны куриные на пару…
– Куриные медальоны? – Дима даже с дивана вскочил. – В рекламе веганского ресторана?
– Ну, не в рекламе, а там помельче припечатай… Он просил оставить курицу, он сказал, когда парни качаются, они жрут мясо, и ничего ты с этим не поделаешь!
– Он сказал! Он сказал! И мы побежали сразу менять свою концепцию! Какой-то тупой качок ей сказал, и она сразу…
Тут нужно уточнить, «тупой качок» относилось к тренеру, с которым Люба встретилась в спортзале. Она, как только переехала в город, сразу решила записаться в фитнес-центр, чтобы узнать эту систему изнутри, чтобы почувствовать спортивный образ жизни, а заодно и похудеть. Поскольку спорт она не любила, ей пришлось воспользоваться услугами персонального тренера. Отмучавшись месяц на тренажерах, она сбежала из клуба, но телефонный номер сохранила. И вот этот самый тренер ей и посоветовал разместить рекламу веганской кухни у них в клубе и не отказываться от некоторых белковых блюд. Конечно же, такое постороннее активное влияние на Любу ее мужу сразу не понравилось.
Ничего особенного в ее отношениях с тренером не было, но когда она рассказывала про него, ее глазки чуть более ярче, чем это нужно при муже, блестели, и ручки чуть шире, чем нужно, раскрывались, когда она показывала ширину его спины. Диму это все раздражало, тем более что он давно не ел ни куриных медальонов, ни рыбного филе.
– А что ты сразу на меня кричишь? – обижалась Люба. – Да, я прислушиваюсь к его мнению. А ты что? Ты мне нашел уже других клиентов? Ты мне сделал сайт? Ты флаеры уже разнес? Я жду, пока у тебя в голове дозреет концепция… А что там зреть?
