Скопцы. Кровь Сеула - Пё Чанвон
– Конечно. Надо как-нибудь нам троим собраться здесь. Хунчан тоже любит этот бар. В общем, я долго думала, где нам встретиться, и решила, что лучше выбрать место, которое я хорошо знаю и где тебе тоже будет комфортно. Поэтому и предложила сюда. Надеюсь, тебе тут нравится.
– Нормально. Атмосфера тут отличная. Я впервые в таком хорошем джаз-баре. Мне нравится, не переживай.
– Тогда хорошо. Понимаешь, я все-таки молодая женщина-политик, и мне приходится держать лицо везде, куда бы я ни пришла, но все-таки хочется иногда отдохнуть от мужчин, которые то пытаются познакомиться, а то и нагрубить, – и это место мне идеально подходит. Здесь за соседними столиками спокойно могут сидеть знаменитости, политики или прочие медийные личности, но никто ни на кого не пялится и не обращает особого внимания. И из-за приглушенного света лица толком не разглядишь. Поэтому, когда я хочу спокойно встретиться с кем-то подальше от острова Ёыйдо[15], я часто прихожу сюда.
Мэк, впервые встретившись с Еджон после окончания начальной школы, вспомнил с ней детские годы и впервые за долгое время смеялся так, что на глазах выступили слезы. Они были в самом разгаре беседы, как вдруг кто-то подошел к их столику и поприветствовал Еджон. Это была владелица джаз-бара. Она обернулась, чтобы поздороваться с Мэком, и замерла в изумлении.
– Мэк… это же ты, Мэк?
Мэк тоже узнал ее.
– Хиён? Ю Хиён?
– Ты и правда меня нашел? Видишь, у меня теперь все хорошо. Я теперь вот так живу – стала хозяйкой заведения.
Похоже, от нахлынувших чувств Хиён едва смогла выговорить несколько слов – и вдруг расплакалась. Еджон растерялась, не понимая, что происходит, но решила не вмешиваться. С трудом успокоившись, Хиён вежливо извинилась перед Еджон и попросила ее понять – у нее были свои причины так реагировать на встречу с Мэком. Мэку же она наказала почаще наведываться сюда – вместе с Еджон или даже одному – и чувствовать себя как дома. После этого она поспешно удалилась.
– Мир тесен. Я и представить не могла, что владелица так хорошо тебя знает.
– Мы с ней выросли в одном приюте.
– А… вот как.
Еджон еще в начальной школе понимала, что у Мэка непростая судьба, поэтому прекрасно понимала, какой глубокий смысл скрывался в этих словах и как, вероятно, были дороги друг другу эти люди. На сцене продолжал играть джаз-банд. Даже Мэк, который не так уж часто слушал джаз и не разбирался в нем, интуитивно догадался, что исполнение было на высшем уровне.
– Какая хорошая песня.
– Это «Артемида и Иа».
– Что?
– «Артемида и Иа» – так называется джаз-банд, который сейчас на сцене.
– А-а…
– Как название бара. Этот джаз-банд – завсегдатаи этого места, поэтому даже в их названии есть Артемида, а Иа – сценический псевдоним вокалистки. Обычно три музыканта выступают как трио и играют только инструментальную музыку, но по пятницам к ним присоединяется Иа и поет. А сегодня редкий специальный концерт.
– Поет она великолепно.
– Правда? У Иа много поклонников. Вплоть до того, что по пятницам сюда выстраивается очередь из тех, кто не успел оформить бронь. Ждут в надежде, что столик освободится.
– Ей бы на телевидении дебютировать.
– Вот именно. Говорят, несколько продюсеров уже предлагали ей контракт и дебют на ТВ, но она все отклонила. Наверное, предпочитает сохранять такой загадочный образ. В социальных сетях можно найти несколько видео с ее выступлениями – посетители записывают и выкладывают. Так что сегодня, в день такого особого живого концерта, скажи спасибо мне, что нам удалось сюда попасть. Я тут постоянный посетитель, еще и забронировала заранее.
– Да, мне крупно повезло!
Почему-то голос Иа, ее образ, а главное – сама атмосфера, которую она создавала на сцене, казались Мэку смутно знакомыми.
Со сцены прозвучало:
– Следующую песню я подготовила специально – изначально ее не было в сегодняшнем сет-листе. Но в зале присутствует мой старинный друг, которого я очень давно хотела увидеть. Это песня, которую я пела ему в детстве, моя самая любимая. «Гусиная мечта».
В этот момент, сидя в уютном джаз-баре, слушая прекрасную музыку и разговаривая со старой подругой Еджон, Мэк чувствовал себя почти опьяненным счастьем. Но в те же минуты из-за дела кастратов переулки Сеула патрулировали полицейские и бойцы спецподразделений, а детективы из следственного штаба находились в полной боевой готовности. И хотя Мэк сидел в баре рядом с Со Еджон, мысленно он был где-то в районе к северо-востоку от Намсана. Там, где могло произойти – но еще не произошло – следующее преступление.
После «Гусиной мечты» первая часть концерта завершилась. Время ночного дежурства приближалось, и Мэк прервал Еджон:
– Еджон, прости, что перебиваю, но полиция каждую ночь работает в режиме ЧП. Мне уже пора выезжать на дежурство…
– Точно, верно. Прости, я тебя задержала. Пойдем, я тебя провожу. Мне и самой нужно вернуться в Национальное собрание – проверять поправки в законопроекты. Я заплачу́. Иначе нарушу антикоррупционный закон.
– Мне тоже нельзя – я все-таки полицейский. Давай каждый заплатит за себя.
Они переглянулись и, одновременно усмехнувшись, достали карты из кошельков и направились к стойке. Мэк совершенно не почувствовал на себе чьего-то взгляда, будто прожигающего его затылок. Еджон позвонила своему помощнику и попросила подогнать машину.
– Приятно было с тобой увидеться. Спасибо. И особенно спасибо за то, что привела меня в этот джаз-бар. Давай как-нибудь еще встретимся.
– Конечно. Береги себя и не рискуй сильно.
Пока они прощались у входа в «Артемиду», подъехал черный минивэн с особыми номерными знаками – как у всех депутатов Национального собрания. Еджон села в машину, закрыла дверь и помахала рукой из окна. Мэк в шутку отдал честь. И именно в этот момент, провожая ее взглядом, он ощутил на себе чей-то пристальный взгляд – будто кто-то невидимый из одной из припаркованных через дорогу машин наблюдал за ним. Мэк уже собирался выяснить, кому принадлежал этот взгляд, и перейти дорогу, как вдруг к нему вышла Ю Хиён.
– Мэк!
– Точно, Хиён! Чуть было не ушел, даже не попрощавшись. Рад, что у тебя все хорошо. Выглядишь отлично!
Хиён слабо улыбнулась, глаза ее были полны слез.
– Похоже, ты занят, Мэк, так что не буду тебя задерживать. Приходи почаще!
– Я правда рад и горжусь тобой, Хиён. Открыть свой джаз-бар, да еще и такой высококлассный, – это здорово. Искренне поздравляю.
– Раз уж ты узнал о нашем баре, обязательно почаще заглядывай! Можешь с друзьями или коллегами, а если ты занят – присылай кого угодно. Алкоголь
