Тень на странице - Ирина Фуллер
Определенно, подавить ничего не получилось, слова звучали желчно, голос звенел.
— Я был охотником, Констанция, не нужно мне рассказывать, какой это тяжелый неблагодарный труд, — последнее он произнес крайне язвительно, без капли сострадания.
Она прошла к стулу для посетителей, но не чтобы сесть, а чтобы ухватиться за спинку и, в случае необходимости, швырнуть этот стул в Илью.
— Когда это было! Тогда даже фотоаппараты не изобрели. Сейчас камеры в каждом втором телефоне, и невозможно и шагу ступить, не опасаясь, что кто-то тебя снимает! Ты так давно просиживаешь штаны в офисе, что уже и не помнишь, каково это, когда персонаж в полуметре от тебя, но ты не можешь просто поймать его и понимаешь, что, если упустишь сейчас, возможно, упустишь навсегда.
Илья фыркнул, сжал челюсти. Давно она не видела, чтобы он так злился.
— Не надо драматизировать, дорогая, ты просто не хочешь считаться с правилами и ограничениями. У тебя всегда цель была на первом месте, а средства — уж какие-нибудь.
— Это неправда.
Она не стала требовать конкретных фактов и примеров, так как подозревала, у Ильи они найдутся, и немало.
— Мы только вчера разговаривали об этом.
Он начал ходить вдоль окна, дирижируя себе рукой: одно яростное слово — один взмах кисти.
— Я сказал: от тебя всего лишь требуется соблюдение правил и согласование твоих идиотских инициатив со мной.
Констанция принялась нетерпеливо стучать пальцами по спинке стула. Тук. Тук-тук. Ту-ту-ту-тук.
— Мы работаем с Петропалычем, когда требуется его помощь, — постаралась она сказать спокойно, но тон выдавал сдерживаемые эмоции. — Если он считает просьбу невыполнимой, просто отказывает. Ситуация предполагала быстрые меры, я нашла способ поймать персонажа. Персонаж сдан. Я не понимаю, в чем проблема?
Он вцепился в седеющие виски:
— Вот именно! Вот именно, ты просто не понимаешь, в чем проблема! И, главное, не хочешь понимать.
— Ну казни, казни меня теперь! — воскликнула она, намеренно наигранно, чтобы подчеркнуть абсурдность спора. — Повесь на площади!
Илья глубоко вздохнул, одернул серую рубашку, прикрыл глаза. Постоял так секунд двадцать, затем заговорил ровно, будто и не было никаких вспышек ярости:
— Что касается инцидента с полицией, все дальнейшие действия с Петром Павловичем Крепостиным я требую согласовывать сначала со мной. В противном случае будут применены меры. Ясно?
Она просто сказала “ясно”, понимая, что начинать новый виток спора будет ребячеством.
— Второй мой вопрос касается запроса на компенсацию. Там, должно быть, какая-то ошибка. Указана сумма в шесть тысяч рублей. Имелось в виду шестьсот?
Илья догадывался, что никакой ошибки не было, поэтому Констанция просто промолчала.
— Шесть тысяч, Констанция, шесть тысяч? — прошептал он.
Она сумела выдержать и эту паузу.
— Хорошо, — кивнул Илья. — Хорошо, у тебя есть чеки?
— Мы отдали эти деньги уличным музыкантам.
Он тихонько зарычал.
— Другие охотники за месяц столько не тратят.
Возможно, он был прав: цель была для нее важнее некоторых средств, но ради Бога, не настолько большую сумму она отдала!
— Не тратят, — кивнула Констанция, — потому что ловят трех персонажей раз в полгода. Предлагаешь на них равняться?
— Почему бы не равняться на тех, кто ловит не меньше тебя, а то и больше, но при этом не расходует на себя весь бюджет отдела?
— Ну, коне-ечно, идеальный Артур Кинг даже тут меня обскакал! А что насчет того, что половину расходов он просто не заявляет на компенсацию?
— И прекрасно, — судя по всему, Илья окончательно взял себя в руки, ответ прозвучал почти невозмутимо: — человек действительно готов просто хорошо делать свою работу, иногда даже в ущерб себе. При этом не обременяет Библиотеку. Это похвально.
Пока ее самообладание окончательно не смыло, Констанция сухо произнесла:
— Я вас услышала, Илья Петрович. Если это все, могу я идти?
И, не дожидаясь ответа, чтобы он не думал, будто сумел укротить ее, вышла из кабинета, громко хлопнув дверью.
— Прекрати брякать ею каждый раз! — раздался ей вслед приглушенный возглас.
В коридоре был Кинг, он направлялся к кабинету Ильи, но замер, когда из него выскочила Констанция.
— Солнце жизни, милый Кинг, — протянула она с фальшивой улыбкой, — готовьте щеки, Илюша будет их целовать.
И, стуча каблуками, пошла дальше, оставив опешившего Артура позади.
В офисе охотников к ней тут же подошли Мила и Аврелий.
— Ну что, Арт тебя спас? — спросил стажер шепотом.
— Спас?
— Я рассказал, что произошло на охоте, и он побежал вызволять тебя из лап чудовища.
— Да? — удивилась Мила. — А я так поняла, он собирался спасать Илью Петровича… в любом случае, уходя, сказал “я должен предотвратить убийство”.
Констанция издала недобрый смешок.
— Он не успел, — на вопросительные же взгляды пояснила: — мы уже закончили разговор, когда Артур пришел.
— И что ты теперь будешь делать? — спросила Мила сочувственно.
— Я все еще хочу попасть в Основной Фонд, — вздохнула Констанция. — Поэтому буду вести себя хорошо. Аврелий, сегодня же изучи уставы и регламенты Библиотеки. Не уверена, что помню все, что мне нельзя делать…
“Это был последний удар судьбы. Гренгуар принял его безропотно”
Эпизод 2. Глава 1
Эпизод 2 | “Я не сумасшедший, просто моя реальность отличается от твоей”
19 ноября, вторник
Это дело сразу обещало стать необычным. Едва узнав адрес, Констанция ощутила желание как можно скорее оказаться на месте разрыва.
— Эрмитаж! — не переставал восхищаться Аврелий, беззаботно вращая руль автомобиля. — Ты уже охотилась там хоть раз?
Констанция покачала головой. Самый посещаемый музей города — пожалуй, не слишком удобное место для чтения. А ведь для того, чтобы оживить персонажа, необходимо глубокое погружение в историю. Как можно увлечься книгой в набитом туристами месте?
Правда, в ноябре посетителей было значительно меньше, чем весной и летом. И все же разрывы в таких людных местах были редкостью.
Низкий сезон был книжникам на руку: парковочное место на Миллионной улице нашлось почти сразу, очереди в сам Эрмитаж не было. Когда посчастливилось подойти к совершенно пустой кассе, Констанция позвонила Христофоре Николаевне в Абонемент. Только узнав, что персонаж все еще находился в музее, она купила билеты. Все ради сохранения библиотечного бюджета! Как бы
