Военная АльтерНатива - Квинтус Номен
— А что, хлопок ему не подходит?
— Есть расчеты, которые ясно говорят: даже если всю выручку за пеньку направить на закупку хлопка хотя бы в Американских штатах, то выделка порохов уменьшится почти на четверть, да и, по словам Дмитрия Михайловича, качество порохов будет ниже. И вот последнее я даже лично проверил: пуля из патрона, выпущенная из карабина Салтыкова, если патрон снаряжен американским хлопковым порохом, летит на полторы сотни саженей ближе, чем та же пуля с патроном, снаряженным пеньковым порохом. А легкий пулемет Кузовкина с хлопковым порозом уже достояно стреляет всего на двести метров, а не на триста, как с усиленным пеньковым.
— Хорошо, подготовьте записку, я ее на неделе императору передам и, надеюсь, он примет верное решение, тем более что патроны заводов Салтыкова настолько дешевле прочих.
— Уже не настолько: на Тульском патронном на неделе были запущены сразу две линии по выделке винтовочных патронов. С латунной гильзой пока, что все же цену несколько увеличивает, но и размеры выпуска тоже оказываются больше тех, что заводы Салтыкова на стальных гильзах показывают: матрицы гильзовые на латуни впятеро больше служат до замены и линии на переналадку не раз в два дня останавливают, а лишь раз в неделю. Впрочем, господин Вишняков, линии эти разработавший, сказал, что тоже к зиме они что-то на своих линиях поменяют и переналаживать их придется вообще раз в месяц, и мы договорились, что если их ожидания оправдаются, то и в Туле они линии доработают под выделку гильз уже стальных. Но это пока еще бабушка надвое сказала, сам Вячеслав Анатольевич пока полной уверенности в сем не имеет. Зато с производством автоматов ППТ уверенность уже у всех полная: в октябре Ковровский завод будет их выделывать по пять сотен в сутки, сколько уже и пистолетов ПТ выделывается. Но увеличивать производство пистолетов ни нам не нужно уже, ни им не хочется, на заводе все внимание теперь сосредоточено на выпуске автоматов. И их же завод патронный полностью все это оружие и патронами обеспечит…
— А со снарядами…
— Господин Второв свою недостроенную фабрику уже переделал под снаряжение снарядов для трехдюймовых орудий, через месяц обещает по двадцать тысяч в сутки отправлять. А вот компания братьев Салтыковых пушечными снарядами заниматься отказалась, но они уже заканчивают постройку снаряжательной фабрики для мин, и, если чугунное литье им будет поступать в запрошенных количествах, они и до пятидесяти тысяч мин в сутки выделывать смогут, уже в ноябре… ближе к концу ноября. Мои офицеры провели беседу с господином Тепляковым, он пообещал, что все будет ограничиваться исключительно литьем, а рабочих на завод он подготовит.
— Тепляков… это тот мальчишка?
— Так точно, именно он. Но, по словам инженеров компании, он свои обещания всегда исполняет, мне даже сказали, что он еще весной им пообещал совершить подвиг — ну а орден вы ему лично уже вручали. Да и Николай Иванович… генерал Салтыков тоже упоминал, что владелец компании к нему еще весной обращался за содействием в представлении мальчишки на орден, а на вопрос «за что», тот, смеясь, ответил, что-де мальчишка все пообещал подвиг достойный летом совершить, но, мол, бесплатно его совершать ему просто лень. И обещание свое он ведь сдержал!
— Ну да… а вот кто этим ополченцам приказал прежде всего всех германских офицеров уничтожить…
— Так капитал Сазанов уже в рапорте писал, что мальчишка и приказал. То есть он еще во время учебы всем говорил, что прежде всего нужно офицеров всех поубивать, а перед операцией да, приказ такой повторил.
— И ополченцы шесть германских генералов в Сувалках перелили, и сорвали почти готовую уже операцию германца по взятию Августова. А верно говорят, что в штабе германском этот тепляков больше всех стрелял по генералам?
— Да байки солдатские ему много подвигов приписывают… а документов-то об этом нет, и ни один офицер такого не подтвердил.
— Ну и ладно. Так когда новое оружие на фронт поступит?
Глава 6
Ковров был удивительным городом: небольшой совершенно уездный городишко, но в нем существовали уже реальное училище, для которого несколько лет начали строить новое здание (а до этого училище размещалось в небольшом честном домике), имелась женская гимназия (пару лет как преобразованная из прогимназии, как раз перед войной в ней первый выпуск состоялся), одна земская и парочка приходских школ — то есть дети в городе практически все образованием были охвачены. Правда, только мальчикам такое счастье обломилось, а вот у девочек начальных школ вообще в городе не было (если не считать того, что в одной из приходских девочек все же читать учили), так что больше половины девочек (и три четверти женщин, если не больше) были фактически неграмотными. И всем было на это наплевать… в смысле, до войны наплевать было, но война сильно сократила «трудовой ресурс», а заменить мобилизованных мужчин было просто не кем. Потому что «раньше бабы не работали», по домам они с детьми сидели в основном — ну а с окончанием первого года войны до местных буржуев все же дошло, что «так дальше дело не пойдет».
Ну, дошло, однако поначалу все они просто сидели и репу чесали, обдумывая, как бы окрестных мужиков к работе приспособить — ведь на самом-то деле даже на крупных городских фабриках и заводах подавляющая часть работников именно неквалифицированными и были, и мобилизовали именно таких, которых «и заменить нетрудно». Но оказалось, что замены в доступной близости им просто не было, а тут я прорезался с идеей и женскую половину человечества привлечь к общественно-полезному труду. Причем прорезался я со стороны той части местной буржуазии, которой как раз бабы пользы в качестве рабсилы вообще принести не могли…
Ну да, я же стал кавалером Ордена Святого Георгия — а это, в отличие от обладания солдатским
