Уровни силы 3 - Nezloi
— А что питает наши «инвентари», да и вообще систему⁈
Естественно, следующая мысль была:
— А нельзя ли мне как‑то присосаться к этому источнику безграничной халявы⁈
Исследовать этот вопрос я не успел: пришло время помолвки.
На этот раз меня нарядили в чёрное, навешали аксельбантов, орденов и зачем‑то шпагу, на которой было столько алмазов, что можно было купить город средних размеров.
Вместе с дедом погрузились в бронированный, как танк, лимузин и кортежем из двух десятков автомобилей понеслись к Петербургу. Несмотря на то что мигалок у нас не было, дороги на всём протяжении пути были перекрыты.
Возле церкви, название которой у меня в мозгу не отложилось, бурлил и вроде бы даже ликовал простой люд с редким вкраплением непростого.
Конечно, самые непростые были в церкви.
Почему‑то удивился, заметив логотипы нескольких крупных телеканалов и несколько сотен журналистов.
Уже в нескольких шагах от входа в храм узнал от деда, что сейчас состоится обряд обручения. Как оказалось, помолвка — это сугубо гражданская процедура, а обручение, по сути, то же самое, но под эгидой церкви — торжественно и с кучей ритуалов. Конечно же, о кольцах я напрочь забыл; к счастью, дед обо всём позаботился.
Ксения по‑прежнему была холодна и держала себя отстранённо. Я тоже больше не рвался наводить мосты, мне вообще всё больше и больше не нравилась мысль о браке с ней.
Обменявшись кольцами, послушали басистые молитвы митрополита, после чего на разных машинах поехали на традиционный обед, где стороны должны были обговорить сроки свадьбы и прочие нюансы.
Обед проходил в узком кругу: только родственники и ближний круг. От Курбских присутствовал глава рода и я, а со стороны Романовых — два десятка разных дядь и тёть и чёрт знает кого ещё.
Естественно, все дружно ратовали за скорейшую свадьбу. Один из бородатых «дядь», кстати, оказавшийся военным министром, безапелляционным тоном рубанул, что венчание нужно назначить на конец июля, то есть меньше чем через месяц. Все громко и бурно согласились. Я, не напрягая голоса, сообщил, что не раньше, чем моя мать избавится от контракта, тем более что мы уже договорились, но все дружно предпочли меня не услышать. Почему‑то считая, что раз серьёзные дяди и тёти решили, то моего мнения можно не спрашивать.
Я просто пожал плечами, не собираясь ни с кем спорить, и просто продолжил есть.
Но недовольство деда, сидевшего слева, почувствовал, как и острый взгляд императора.
— Алексей Игоревич, я слышала, что вы возвращаетесь на фронт? — обратилась ко мне немолодая дама, по лицу которой угадывалось близкое родство с императором. Так как я никогда не интересовался политикой, как и семейством Романовых, то, естественно, практически никого из сидящих за столом не знал.
— Возвращаюсь, — согласился я, больше не собираясь повторять причину такого решения.
Дама поджала губы и, похоже, обиделась.
— Говорят, наследник Курбских не получил должного воспитания, — раздался ещё один женский голос откуда‑то сбоку.
— А мне достоверно известно, что он разыскивался жандармами и даже отбывал срок на каторге.
Дед побледнел, а в его глазах вспыхнуло бешенство, отчего в зале даже подскочила температура на несколько градусов.
— Боже! — воскликнул я, напрягая весь свой невеликий актёрский талант. Получилось, кстати, фальшиво.
— Это что получается: принцессу дома Романовых будет драть каторжник⁈
Это предложение получилось ещё более фальшивым. Все мгновенно замолчали, а я, счастливый, словно выиграл в лотерею, обвёл всех взглядом. Дед кривил злую ухмылку, император был холоден, но ярость в глубине глаз его выдавала. Ксения, сидящая справа, была бледна и, кажется, пребывала в бешенстве; остальные тоже не остались равнодушными.
Подняв бокал с вином, я ещё раз обвёл взглядом всю романовскую экспозицию и провозгласил тост:
— Ну, за процветание дома Романовых любыми путями.
Глава 22
Вот так и закончилось наше обручение. Тихим, но яростным скандалом, благо обошлось без мордобоя. Хотя, видит бог, некоторым «дядям» очень хотелось почесать свои кулаки о мою физиономию.
Вылет в Венгрию назначил в тот же день, и, пока готовили княжеский суперджет к вылету, я опять спорил с дедом. Тот как можно быстрее хотел меня женить и начать проворачивать какие‑то свои планы. Я же всячески пытался оттянуть это событие. В итоге мы расстались раздражённые и недовольные друг другом. А потом ещё подоспела «приятная» новость о прошедшем в Венгрии мощном Выдохе, который открыл среднюю гроздь прямо в Будапеште.
— Не нравится мне это, — покачал головой дед. — Предчувствия у меня дурные.
— Вот за меня можешь не переживать: с каждым днём меня всё труднее убить. Дай мне год — и я стану живучее Кощея.
Дед тяжело вздохнул и, осенив меня знаком Перуна, отпустил.
Восемь часов спустя я был в десяти километрах от Будапешта: стоял посреди автострады, забитой сгоревшими автомобилями, и с разинутым ртом смотрел на буйство стихий над городом.
Чудовищные торнадо из дыма и пламени сталкивались с не менее огромными воздушными смерчами, также чёрными от втянутого внутрь дыма, буквально стирая с лица земли целые районы. То, что не попало под прямой удар стихий, горело; то, что не могло гореть, было снесено мощными ударами ветра.
Далеко не сразу я понял, что наблюдаю битву архимагов. Причём, судя по всему, оба монстра сдерживались, так как в городе были союзные им войска, да и мирные жители в основном никуда не делись.
— А маман могёт! — пробормотал я, поражённый мощью и масштабом атак архимагов.
Найти своих оказалось непростой задачкой: город буквально напоминал слоёный пирог. В одном небольшом квартале, буквально бок о бок, иной раз, разделённые только стеной, дома могли размещаться наши и турки.
Никакой чёткой линии соприкосновения не было, управляемость войсками была нарушена, в городе царил откровенный хаос.
Бардак был спровоцирован Выдохом и последующим возникновением грозди, а потом — многочасовым сражением архимагов, под чьи заклинания десятками тысяч попадали и свои, и чужие. Это и спровоцировало потерю контроля.
В итоге сутки спустя битва титанов закончилась с ничейным результатом: оба архимага просто устали и отправились восстанавливаться. Треть города превратилась в оплавленные руины, в довершение всего начались масштабные пожары, которые даже никто не пытался тушить.
Итогом битвы титанов, кроме многочисленных разрушений, стали полмиллиона погибших, в основном гражданских. Повидаться с огнематерью мне так и не удалось, несмотря на то что в пригороде я смог найти штаб одиннадцатой армии. Но,
