Ты — мой Свет - Даниэль Ли
— Могу выдать тебе палку, — парировала я, но всё же подошла и подставила ему плечо.
Касс хмыкнул, тяжело опираясь на меня. Его ладонь оказалась большой и горячей, и от этого контраста с моей прохладной кожей по спине снова пробежали мурашки. Доведя его до ширмы и выдав чистое полотенце с куском мыла, я мстительно добавила:
— Дверь в уборную — в углу, дальше от лохани. И постарайся не расплескать всю воду на пол, герой.
Пока из-за деревянной створки доносился плеск воды и приглушенные ругательства мага, очевидно, воевавшего с непривычной обстановкой вслепую, я занялась завтраком. Быстро взбила яйца, бросила на чугунную сковородку шкварки и щедрую горсть свежей зелени. Аромат горячего омлета тут же заполнил пространство, смешиваясь с запахом свежезаваренного чая.
И тут меня осенило. Его рубашка, куртка и штаны всё еще висели у печи, влажные и жесткие после стирки. В чем он выйдет? Снова в своем грязном нижнем белье? Ну уж нет, для моего бедного сердца на сегодня потрясений достаточно.
Я бросилась к своему старому сундуку. Когда я готовилась к побегу из замка, то на всякий случай прихватила с собой пару комплектов простой мужской одежды, планировала переодеваться в мальчишку-посыльного, чтобы сбить ищеек отца со следа. Одежда была свободной и широкой, как носит обычный народ в деревнях и трущобах, так что налезть должна.
Выудив холщовую рубашку и простые тёмные штаны, я подошла к ширме и перекинула вещи через край.
— Твоя одежда еще сырая. Надень это.
— Откуда у одинокой невинной девы в доме мужские вещи? — тут же прилетел из-за ширмы ехидный вопрос.
— От покойного дедушки остались, — не моргнув глазом, соврала я. — Надевай давай. Завтрак остывает.
Раздался шорох ткани, недовольное сопение, а затем из-за ширмы показался Касс.
Я посмотрела на него… и, не выдержав, прижала ладони ко рту, чтобы заглушить вырвавшийся смешок.
Одежда не была рассчитана на взрослого, раскачанного боевого мага. Ткань на широких плечах Касса натянулась так, что, казалось, вот-вот треснет по швам. Рукава едва спускались ниже локтей, открывая мощные предплечья. Но хуже всего дело обстояло со штанами — они безжалостно обтянули его бедра и заканчивались где-то на середине икр, оставляя щиколотки совершенно голыми.
Суровый, смертоносный боевой маг в этом наряде выглядел невероятно нелепо.
Я захохотала уже в голос, опираясь на край стола, совершенно забыв про всякую осторожность.
Касс мгновенно нахмурился. Он скрестил руки на груди, ткань рубашки при этом угрожающе натянулась, и комично, почти по-детски обиженно поджал губы.
— Я рад, что гардероб твоего покойного дедушки на мне доставляет тебе столько искренней радости, Милли.
— П-прости… — выдавила я сквозь смех, утирая выступившую слезинку. — Тебе просто… невероятно идет этот фасон! Ладно, Касс, извини. Всё же это намного лучше, чем щеголять в исподнем.
— Спорное утверждение, Милли, — хмыкнул он, осторожно шагая на запах еды, словно боясь, что ткань вот-вот разойдется по швам. — В исподнем я хотя бы мог нормально дышать. Веди уже к столу, пока я случайно не разрушил этот шедевр портняжного искусства.
Я подавила улыбку и, осторожно взяв его за локоть, направила к деревянной скамье. Касс двигался на редкость скованно, стараясь лишний раз не напрягать плечи. Дождавшись, пока он со вздохом опустится на сиденье, я обогнула стол и поставила перед ним тарелку с горячим омлетом, придвинула кружку с чаем. Касс нахмурился, его рука неуверенно скользнула по столешнице, нащупывая край посуды. Гордый боевой маг явно злился на собственную беспомощность, но упрямо пытался справиться сам.
Не выдержав, я села рядом, подалась вперед и мягко накрыла его большую ладонь своей, направляя её к ручке кружки. Он замер, чутко прислушиваясь к моему дыханию, но руку не отдернул.
— Мои травы сняли воспаление и жар, — тихо нарушила я тишину, глядя на повязку, скрывающую его глаза. — Но они не вернут тебе зрение. Тебе нужен сильный маг-целитель.
— Я знаю, — спокойно отозвался Касс. — Как только мой резерв заполнится хотя бы на треть, я смогу использовать экстренный портал. Перемещусь сразу к себе, а там лекари быстро поставят меня на ноги.
Я покачала головой, забыв, что он этого не увидит:
— Чтобы выдержать пространственный переход, тебе нужно восстанавливаться еще хотя бы пару дней. Иначе магическая нагрузка разорвет твои каналы, и ты снова отключишься, едва шагнув в портал.
— И это я тоже знаю, — он повернул ко мне голову, безошибочно ловя направление моего голоса. — Милли, у тебя же осталось то зелье. Дай мне его.
— Нет, — я инстинктивно отодвинулась. — Нельзя. Если принять такой концентрат дважды за столь короткий срок, он навредит тебе. Следующую дозу можно выпить только через три дня.
Касс усмехнулся, но в этой усмешке скользнула какая-то обреченная твердость.
— Через три дня я уже уйду.
Внутри вдруг стало как-то пусто. Я ведь сама хотела, чтобы он ушел. Чтобы никто не смог раскрыть мое инкогнито. Так почему сейчас сердце так болезненно сжалось?
— Значит, долечишься в своем лазарете, — стараясь, чтобы голос звучал ровно и равнодушно, ответила я.
Я попыталась отодвинуться от стола, чтобы сбежать от этой внезапной тяжести, но Касс перехватил мою руку. Его хватка была мягкой, не причиняющей боли, но твердой.
— Позволь мне увидеть тебя, — тихо, почти хрипло попросил он, поднимая свободную руку.
Я должна была отстраниться, должна была вырваться, или на крайний случай отшутиться. Но вместо этого я замерла и затаила дыхание, когда его теплые пальцы коснулись моего лица. Он изучал меня с трепетной, пугающей нежностью. Подушечки его пальцев медленно скользнули по линии челюсти, очертили скулу, прошлись по изгибу бровей и замерли на моих приоткрытых губах.
Я судорожно выдохнула, прикрыв глаза.
Касс чуть склонил голову, его пальцы медленно скользнули от моих губ к виску, осторожно зарываясь в волосы.
— Ты очень красива, Милли, — его низкий голос окутал меня, на миг лишая дыхания. — Какого цвета у тебя волосы?
Я нервно сглотнула, сбрасывая наваждение, и мягко отстранилась от его ладони.
— Ничего особенного, обычный русый, — сказала я, глядя на свои смоляные черные пряди, упавшие на грудь.
Касс еле заметно улыбнулся уголком губ, словно уловил малейшее изменение в моем дыхании, но не стал настаивать. Я поднялась со скамьи, пряча за этой суетой мелко подрагивающие руки.
— Ешь, Касс. Тебе нужны силы.
Остаток дня прошел в спокойной, хотя и немного натянутой рутине. Я с головой ушла в свои привычные дела: растирала в ступке сушеные коренья, процеживала готовые настойки и перебирала травы. Монотонная работа помогала отвлечься от мыслей о
