Я бы тебя не загадала - Алекс Хилл
– Не перекручивай, – шипит она. – Клим сказал, что хочет сделать сюрприз.
– О-о-о… он удался. Я просто в восторге!
Соседка оскорбленно кривится и тут замечает следы на моей шее, расплываясь в дурной усмешке.
– Оно и видно, засосы зачетные.
– Тебе кажется это веселым? – мрачно уточняю я. – Вика, а если бы он меня тут изнасиловал, избил или убил, что тогда? Об этом ты не подумала?
На лице Левашовой появляется смесь удивления и смятения, а я разочарованно качаю головой и шарю взглядом по полу в поисках тапочек. Конечно Вика не думала, подобное дерьмо всегда кажется нереальным до тех пор, пока лично не вляпаешься.
Покидаю комнату и иду в душевую. Забираюсь в дальнюю кабинку, выкручиваю кран с горячей водой на максимум, и густой пар тут же заполняет тесное пространство. Смело захожу под бьющие струи и запрокидываю голову. На удивление сон до прихода соседки был крепким и безмятежным, я даже не помню, как отключилась, но стоило открыть глаза, и все кошмары тут как тут. Провожу ладонью по шее, укусы немного саднят, а внизу живота скапливается будоражащая тяжесть. Никиты здесь нет, он далеко, но кое-что от него осталось – черное пламя, что просочилось в меня этим утром. Я чувствую его каждой клеточкой, и оно настойчиво пытается отнять контроль над телом и разумом. Скольжу рукой вниз по груди, желая потушить огонь, но вместо этого, наоборот, втираю его в кожу, что становится чувствительной и тонкой. Недавняя вспышка гнева вдруг разгорается ярче, только Вика здесь уже ни при чем. Это все Никита… Вампир недоделанный! Ненавижу его!
Упираюсь спиной в скользкую плитку, горячие капли барабанят по груди и животу. Опускаю ресницы, сердечный ритм сбоит, а жар и пар окутывают со всех сторон, укрывая и подначивая. Вспоминаю вес чужого тела поверх моего, головокружительный запах и терзающий голос. Борюсь с фантазией еще пару мгновений и позорно проигрываю. Слишком свежо. Слишком ярко и остро. Мне необходимо избавиться от этого помешательства, и выход всего один – дать ему то, чего оно хочет. Запускаю руку между ног, и с губ срывается хриплый вздох. Ненавижу!
«Уверена? Что-то непохоже. Давай, малышка, ускорься немного, тебе ведь нравится это. – Голос в моей голове звучит так реально, что даже страшно. – Приятно думать, что я тебя преследую и вынуждаю, порчу и порочу. Удобно обвинять меня во всех смертных грехах, а в глубине души мечтать, что когда-нибудь мои пальцы окажутся на твоем клиторе, а после и глубоко в тебе. Мои губы будут на твоей шее и груди, и я снова искусаю тебя, перед тем как заберу себе все. Абсолютно все. До последней капли. До последней мурашки…»
Содрогаюсь от спазма, дурманящая волна прокатывается по телу. Колени подкашиваются, ноги слабеют, но мне удается удержать равновесие, схватившись за кран, торчащий из стены. Тихонько выдыхаю, черное пламя потрескивает на кончиках влажных пальцев. Я схожу с ума, сомнений нет, вменяемых объяснений тоже. Это что-то иррациональное, непокорное, как и сам Клим. Понятия не имею, к чему это все приведет, но нацарапанный под кожей договор напоминает о себе чувством смиренной беспомощности. Я подписала его еще утром, а теперь и печать поставила. Речь не только о сексуальном влечении, а о чем-то более масштабном. О неизведанной бездне эмоций, чувств и желаний, которые уже не мне подчиняются, а ему. Никита нашел их всего за пару встреч, разбудил, раздразнил и выманил, и я не знаю, что с ними делать, как контролировать или хотя бы распознать. Единственный хлипкий прутик, за который получается ухватиться, – дружба, только она меня спасет, ведь если Никита Сергеевич возжелает большего, вряд ли я смогу его остановить.
«Да кому ты нужна, а, жалкая маленькая шлюшка? Теперь ты ничего не стоишь, хотя и раньше-то ценностью не была», – напоминание из прошлого остужает пыл.
Горячая вода медленно превращается в теплую, и я торопливо расстегиваю косметичку, чтобы достать шампунь. Интересно, если залить его в ухо, мозги станут чище?
Закончив принимать душ, возвращаюсь в комнату и настороженно поглядываю на бодрствующую соседку. Она сидит на кровати и нервно покачивает ногой.
– Аня… – обеспокоенно зовет Вика. – Клим… он… он тебя…
«Только если в моих фантазиях, но и там его не обвинишь, все было по обоюдному согласию», – отвечаю мысленно, а вслух произношу твердое:
– Нет.
– Но-о-о… засосы…
Сжимаю воротник махрового халата, прикрывая шею, и опускаюсь на свою кровать. Вика кажется не на шутку встревоженной, даже напуганной, и, если честно, меня это радует. Может, с ней еще не все потеряно? Несмотря на то, что в общем и целом все закончилось не так катастрофично, как могло, Вика поступила безответственно по отношению ко мне.
– Это не засосы, а укусы, – объясняю я, – Клим – та еще псина.
– Я уже ничего не понимаю, – бормочет она. – Что между вами происходит?
– Мы… – упираюсь взглядом в пустоту, голова после оргазма и долгого душа совсем пустая. – Дружим.
– В каком смысле? – недоверчиво переспрашивает Вика, но мне совсем не хочется обсуждать с ней тонкости наших отношений с Никитой. Я сама в них еще не разобралась, а Левашова и подавно не отличается умом и сообразительностью.
– В прямом, – сухо отвечаю я и стягиваю с головы полотенце, тяжело вздохнув. – Вика, я скажу это в последний раз – прекращай создавать мне проблемы. Сегодня это был Никита, и мне в каком-то смысле, крайне сомнительном, к слову, повезло. Но ты должна понимать, мы не в сказке живем, вокруг полно придурков.
– Но…
– Без «но»! Это было опасно! Ты подвергла меня опасности! Ты не знаешь ни его самого, ни его намерений, ни того, что творится между нами. Могло случиться все что угодно, а ты даже не додумалась спросить меня или хотя бы предупредить. Неужели тебе совсем на меня наплевать?
Левашова виновато опускает взгляд, но я не собираюсь жалеть ее. Жизнь, может, и прощает людям глупости, но только до поры до времени. Если Вике нравится рисковать собой, то вперед, но рисковать мной я не позволю.
– Конечно же нет, Аня, что ты такое говоришь? Клим так искренне переживал, когда я сказала, что не видела тебя весь вечер. Какие злые намерения у него могут быть, если ты ему тоже нравишься?
Бесполезно, Вика будто из параллельной реальности. Смотрю в телефон, чтобы проверить время, – без четверти четыре. Не знаю, в силе ли еще обещание Никиты о совместном
