Измена. Финальный аккорд - Мари Соль
— Ой, Ульяш! Отдыхай! Поцелую потом! — шебуршит сквозь помехи.
— Чего? — восклицаю.
— Говорю, поцелую! Пока! — повторяет она и звонок обрывается.
Мама сегодня «дежурит». Они со сватами всё время «сражаются» за то, кому выпадет шанс посидеть с малышом. Он у нас не капризный! Послушный и умный. Весь в папу. Одно удовольствие им заниматься. И я бы сама… Но сегодня никак.
Ресторан относительно новый. Им владеет друг Тисмана. Вообще, у него очень много полезных друзей. Зал под завязку! Но столик у нас самый лучший и самый весёлый. У меня день рождения. Будем гулять до утра!
Перед тем, как войти, я смотрю на себя в большом зеркале возле гардеробной. Верчусь перед ним, поправляю подол. На мне сегодня яркое платье цвета фуксии. Теперь я стригусь под каре, выпрямляю волнистые волосы. Ноги в туфлях на удобной танкетке. А губы подкрашены яркой помадой.
«Как куколка», — так сказал Марк.
Стоит войти, как мне машут от столика. Все уже в сборе, почти. Только нет Куликовых. Обернувшись, я вижу! А вот и они.
Кирилл в коем-то веке в рубашке, чуть расстёгнутой сверху. А Женечка в платье, как я. Только в цвет его брюк. Ей что ни одень, всё к лицу! И беременность Женю ничуть не испортила. Даже наоборот, придала ей какой-то особенной женской изюминки что ли…
— Ульян! — раскрывает ладони Кирилл, и ловит меня в свои тёплые руки.
Я жмусь к нему весело, чмокаю в щёку.
Марк, подошедший к нам сзади, берёт из рук Жени букет.
— Мне кажется, ваши отношения с этим мужчиной, — слышу я голос Тисмана, — Вышли за грань дружеских?
Женя вторит ему:
— Вот и мне тоже так кажется!
Они оба стоят и следят, как мы с Киром милуемся! Марк не знает о том, что у нас с Куликовым был очень короткий, но жаркий роман. А узнает, убьёт! Это точно. Он итак постоянно ревнует меня. И боится, что я изменю.
А вот Женька совсем не ревнует Кирилла. Я знаю, он любит безумно. Как Тисман меня…
Огромный букет отправляется к прочим. А мы с Куликовой сбегаем в туалет. Там, быстро справив нужду, мы становится рядом, у зеркала. Я поправляю чулки, а Женюша подкрашивает губки.
— Сегодня с утра с курьером пришёл громадный букет белых роз, представляешь? — бросаю я Женьке.
Она улыбается в зеркале:
— Дай угадаю? Даритель — Артур?
Я киваю:
— Ага!
— Представляю, как Тисман бушевал?
Я в ответ на это смеюсь:
— Тисман не бушует, он хмурится. А в глазах бегущей строкой: «Молилась ли ты на ночь, Дездемона?».
— Ой, Отелло недоделанный! — смеётся Женюша, — И что? Где твой бывший сейчас? Со своей вертихвосткой?
— Ну, насколько я знаю, — поправляю я волосы, и ободок в них горит от сияния страз, — Сейчас они врозь! Он вместе с сестрой колесит по гастролям.
— А любовница? — хмыкает Женя.
— Бросила, выгнал, сбежала, — загибаю я пальцы, — Не знаю! Какой-то скрипач у неё появился…
— Девчонка не промах! — бросает подруга.
— А то!
Вымыв руки и закончив собой любоваться, мы собираемся выйти.
Бросаю:
— А Леночка с бабушкой? — имея ввиду её дочь. Правда, Кирилл стал отцом добровольно. Как однажды хотел и Артур…
— Да, — Женя машет рукой, — Маме в радость!
«Радость», — в предвкушении думаю я. И так хочется с кем-то свою разделить.
— А я жду ребёнка, — шепчу я на ушко Женюше.
Она удивлённо вздыхает:
— Да что ты? Ульяшенька, солнце! Так рада за вас! Тисман знает?
— Неа, — сияю, как страз.
Мы решаем ещё задержаться в туалете. И в зеркале наши фигурки стоят, одна краше другой.
— А я вот второго пока не решаюсь. Кирилл очень хочет, — доверчиво делится Женя, — Говорит, что своих переправит сюда.
— А чего ты боишься? — шепчу.
— Мне контракт предложили, — произносит она.
— Женюр! — восклицаю.
Она стыдливо кусает губу, «съедая» остатки помады:
— Я думаю, может, в последний раз съездить на съёмки? Скучаю без съёмок, Ульян!
— А как же Кирилл? — возражаю, — А Леночка как?
— Я туда и обратно! — поджимает Евгения губы. Нет, она неисправима! Ей съёмки дороже семьи. Куликов снова весь изойдёт на говно…
— Ну, и где же на сей раз? — вздыхаю.
— В Париже, — мечтательно щурится Женя, глядя вверх, на резной потолок.
— Ты сказала ему? — я киваю на дверь.
— Неа, жду письмо от агента, — Женька опять извлекает помаду из сумочки.
— Ох, Куликов, Куликов, — я машу головой, — Снова птичка твоя упорхнуть норовит!
На пороге уборной появляется Ниночка, девушка Юрки:
— Вот вы где? Меня к вам направили! Говорят, сейчас будет сюрприз!
— Да неужели? — смеюсь я.
Обещанный мужем сюрприз. Не представляю, какой? Букет он уже подарил. Ресторан заказал. И серёжки на мне из набора.
Выйдя втроём, мы заманчиво машем ребятам. Ресторан оснащён большой сценой. На ней гаснет свет. А затем, в пылу ярких софитов, как джин из бутылки, возникает какая-то женщина. Я с трудом узнаю. Но, когда узнаю…
— Ева Польна, — шепчу я Женюре, и прыгаю.
Она хмурит бровки. Конечно, ребёнок двухтысячных! Её поколение этих песен не знает. А мы с Нинкой знаем и машем, когда Ева Польна приветствует нас.
— Дорогие друзья! — говорит её голос, знакомый мне ещё с юности, — Сегодня в честь дня рождения обворожительной Ульяны, я выступаю для вас. И первая песня, которую муж посвящает тебе, его Музе! Если знаете, пойте со мной!
Едва звучат первые аккорды мелодии, я узнаю её. Громко визжу от восторга! Мы втроём остаёмся стоять на танцполе. И к нам потихоньку выходят другие посетители ресторана. Я чувствую сзади объятия Марка. Он здесь. Он со мной. В моём сердце, в моей голове и в моём животе. Он повсюду…
Знала ли я когда-нибудь, что этот мужчина, который сейчас обнимает меня и поёт. Так как выучил песню! Что он станет кем-то настолько родным?
Когда это чувство возникло? Не помню! Но точно не в тот давний день, когда я пришла обсудить факт отцовства, а в итоге ему отдалась. И не после! Когда приходила к нему «за оргазмом», мотивируя тем, что такое полезно и мне, и ему. И уж точно не в тот раз, когда очередной крышесносный оргазм спровоцировал роды. Тогда я ругала его, на чём свет! И винила. Опять, во всех смертных грехах. А он уязвлено молчал и смотрел на дорогу.
Возможно, однажды, увидев его с малышом на руках? Или слушая, как он поёт ему песенку? Нет! Мы расписались не сразу. Сначала я просто ходила к нему с нашим сыном. А один раз оставила Генчика на ночь. Но при этом
