Рубль, которого не было - Алексей Волынец

Почти месяц этот караван с деньгами уходил из окружений, отступая по военным дорогам под бомбёжками. Спасённые из Бобруйска деньги сдали в отделение Госбанка только в Калуге. Спустя полвека Боркин вспоминал: «Надо сказать, что эпопея сдачи денег в Калуге так просто не закончилась. Из центра много раз посылали письма с требованиями немедленно отчитаться, почему итоговая сумма не совпадает на 24 рубля 17 копеек… Из-за этого управляющего Бобруйским отделением и моего отца вызвали в Москву для отчёта».

Рубль в окопах

Только за первую неделю войны на фронт было мобилизовано 5 миллионов граждан СССР, и численность армии превысила 10 миллионов человек. Эту огромную массу в условиях непрерывных боёв было необходимо снабжать не только патронами и снарядами, но и деньгами. За первый месяц войны специалисты Генштаба и Госбанка разработали систему финансовых расчётов в действующей армии.

К августу на фронте появилась сеть «полевых отделений» и «полевых касс» Госбанка СССР. К концу 1941 года таких военных банков было уже 598. Например, все финансовые расчёты по обороне столицы проводило специальное отделение Госбанка Московской зоны обороны.

Полевые отделения, работавшие при воюющих армиях, перемещались вместе с линией фронта. По архивной статистике, только один из таких военных банков с 1941 по 1943 год 39 раз менял место расположения, пройдя по военным дорогам 3,5 тысячи километров.

Зачастую вместе с войсками в окружении оказывались и полевые банки. Так, полевая касса Госбанка № 187 в декабре 1942 года попала в окружение вместе с частью войск Калининского фронта. В штыковую атаку на прорыв из окружения начальник полевой кассы и её главный бухгалтер – старший лейтенант Иванов и лейтенант Литасов – шли с мешками денег за спиной. Наличность и финансовую документацию удалось вынести из окружения в сохранности, за что «банкиры» в лейтенантских погонах были награждены медалями «За боевые заслуги».

Напомним, что в годы войны за успехи в боях солдаты получали не только ордена и медали, но и денежные премии, выдача которых была подробно регламентирована целой системой приказов. В документах военных лет такие выплаты именовались «премиями по результатам боевой работы».

С 1941 года за каждый вылет на бомбардировку Берлина каждому члену экипажа бомбардировщика платили премию в размере 2000 рублей. Лётчик-истребитель за сбитый вражеский самолёт получал 1000 рублей премии. Все годы войны за потопленный вражеский эсминец или подлодку лётчику полагалась премия в 10 тысяч рублей. Но самыми высокооплачиваемыми были лётчики-испытатели: в случаях особо опасных испытаний новой или трофейной авиатехники им выплачивались премии в размере 100 тысяч рублей.

Боец воздушно-десантных частей за каждый прыжок с парашютом в боевых условиях получал премию в размере месячного оклада по званию. Тем же, кого в 1944 году для помощи местным партизанам сбрасывали на парашютах в Югославию, перед таким десантированием на почти неизбежную смерть давали месяц отпуска и авансом 25 тысяч рублей премии. Такая же сумма полагалась командиру подводной лодки за потопление вражеского линкора, а рядовым матросам подлодки после такого успеха полагалось по 500 рублей.

Накануне Курской битвы вышел отдельный приказ Наркомата обороны № 0387 «О поощрении бойцов и командиров за боевую работу по уничтожению танков противника» с подробными расценками разнообразных премий, от 200 до 1500 рублей, полагавшихся бойцам разных родов войск за подбитую вражескую технику. С 1941 по 1945 год подобные премии выплачивались бойцам полевыми кассами Госбанка.

Ещё меньше известно, что в годы войны деньги выплачивались ополченцам и даже партизанам. В 1941 году за добровольцами, вступившими в народное ополчение, сохранялся их прежний средний заработок, который выплачивался по месту работы семьям ополченцев. Кроме того, бойцам ополчения ежемесячно полагались «полевые деньги»: рядовым – 20 рублей, командному составу – от 30 до 75 рублей.

В августе 1942 года Народный комиссариат финансов, Народный комиссариат обороны и Центральный штаб партизанского движения разработали подробную инструкцию о выплатах бойцам за линией фронта. Командирам и комиссарам партизанских отрядов полагалось ежемесячное пособие в размере не менее 750 рублей, командирам партизанских рот – 500 рублей, рядовому партизану – 300 рублей, а вступившим в партизаны подросткам, которые до войны не работали, а только учились, – 100 рублей. Партизанские «зарплаты» были даже больше, чем в действующей регулярной армии, где рядовой боец получал 30 рублей в месяц, сержант – 100, а офицерский состав – от 300 рублей и выше.

Интересно, что на оккупированной территории немцы сохранили советский рубль в качестве законного платёжного средства, лишь жёстко приравняв 10 рублей к 1 марке, тем самым занизив существовавший до войны курс в пять раз. На захваченной территории СССР гитлеровские власти организовали тридцать банков, так называемых кредитных касс, занимавшихся финансовым обеспечением оккупации.

Рубль в тылу

Германское вторжение в 1941 году породило массовую эвакуацию. За первый год войны это полтора миллиона железнодорожных вагонов, которыми вывезено 1523 промышленных предприятия, и почти 17 миллионов человек, перемещённых с запада на восток. Среди эвакуированных было и почти 800 отделений и контор Госбанка СССР.

Советским банкирам в условиях эвакуации пришлось не только спасать денежные ценности, но и восстанавливать всю систему финансовых расчётов эвакуированных предприятий. В условиях потери связи, перемещения на тысячи километров и утраты финансовых документов это было нетривиальной задачей. К февралю 1942 года Госбанк СССР, разослав по всей стране «специальных уполномоченных Госбанка» с особыми правами, сумел восстановить систему безналичных расчётов, успешно работавшую до конца войны.

В осаждённом Ленинграде Государственный банк работал всю блокаду. 10 ноября 1941 года немецкая авиация произвела целенаправленный налёт на его главное здание. Под бомбами погибла часть сотрудников и архивов. В январе 1942 года ленинградский Госбанк функционировал всего в нескольких кабинетах, отапливавшихся буржуйками, на которых отогревали замерзавшие чернила. Но банковское обслуживание предприятий и организаций города прерывалось только во время обстрелов и налётов.

Согласно инструкции, каждый работник банка имел при себе специальный мешок, в который складывались деньги и документы, с которыми сотрудник работал до воздушной тревоги, чтобы только вместе с ними уйти в бомбоубежище. В первую блокадную зиму автомашин в ленинградском Госбанке не было, и инкассацию денег проводили по всему городу вручную, перевозя их на санках.

В Сталинграде областное управление Госбанка попало в зону боевых действий в 1942 году. Работавшая там в годы войны бухгалтером Мария Двинских вспоминала:

Когда весь аппарат счётных работников уходил на строительство баррикад, мне вменялось в обязанность ещё с одним бухгалтером и кассиром