Первая любовь не ржавеет - Лина Филимонова
Она такая красивая! И счастливая… Вся светится, как солнышко. Прям хочется погреть об нее руки.
И все к ней тянутся, все хотят потрогать живот… Я тоже хочу! Но мы даже не знакомы.
– Что тут происходит? – интересуется Сашка Петров, про которого я совсем забыла.
– А ты что здесь делаешь?
– Зашел кофе попить. Всегда тут кофе пью, он лучший на районе. А ты…
– А мы с Мариной знакомимся с мужчинами, – вместо меня отвечает Надя.
И, кстати, мне нравится ее ответ.
Сама не сообразила так сказать. Как–то растерялась. Я вообще подумала, что Сашка пришел с беременной женой!
Вдруг она, например, внезапно приехала. Уже с животом.
Ну я и фантазерка…
– А что, Зарецкий тоже под кофе не очень?– саркастично спрашивает Сашка, обращаясь к моей подруге.
– Зарецкий исключительно под шампанское, – улыбается Надя.
Но улыбка у нее не очень веселая. Она уже успела мне рассказать, что Антон Зарецкий после встречи одноклассников проводил ее домой, записал телефон, обещал позвонить. И пропал.
Типичный представитель семейства козлячьих!
– Ладно, девчонки, нам пора. Приятно было познакомиться, – раскланиваются наши кавалеры.
– Зачем ты их спугнул? – наезжает на Сашку Надя, когда они уходят. – Маринке Илья понравился. Кареглазый. Правда, Марин?
– Да… ничего такой.
– А я? – спрашивает Сашка. – Я тебе нравлюсь?
И я снова зависаю.
Я не знаю, как ответить на этот вопрос.
У меня в голове и в сердце столько всего наверчено вокруг Сашки! Целый клубок воспоминаний, желаний, обид, сожалений… Там и детская обида за то, что дразнил и донимал, и юношеская влюбленность, и тот факт что он стал моим первым мужчиной… И, конечно, очень сильное разочарование после его отъезда и предательского исчезновения.
Нравится ли он мне? Я не знаю!
Он вызывает у меня очень сильные эмоции. Но я затрудняюсь их назвать.
А он… просто пялится в мое декольте!
И нет у него никаких эмоций, чувств и воспоминаний. Одни желания. Вернее, одно очень конкретное желание затащить меня в постель.
Я все оглядываюсь на беременную Леру. Она обсуждает меню, собирается заказать какую–то деталь для кофейного аппарата, спрашивает, как работает новая официантка. А ее любящий и заботливый муж все время рядом. То обнимет, то погладит по руке, то принесет воды, то укроет ее ноги пледом…
И меня вдруг накрывает давней тоской. Я так готовилась к беременности… Я уже платья присматривала! Я представляла себя с животом, я почти мечтала о токсикозе… Я на все была готова!
Но беременность так и не случилось. И муж от меня ушел.
И я надолго погрузилась в депрессию. Я даже хорошую работу потеряла, настолько расклеилась и размазалась.
А сейчас…. Я прихожу в себя. Уже пришла! Я даже совершенно неожиданно почувствовала себя красоткой. Может быть, впервые в жизни. Но…
Мужчины, флирт, красота… Зачем все это, если в итоге не приведет к счастливому материнству?
– Я все проверю, – раздается за спиной голос Леры. – Проконтролирую поставку через две недели.
– А ты успеешь до родов? – спрашивает ее повар.
– Успею.
– Сколько тебе ещё осталось?
– Почти месяц.
– Офигеть! А живот такой, как будто вот–вот…
– У меня будет двойня!
Двойня?
– Какая же она счастливая! – не удержавшись, вздыхаю я
Вслух.
– Хочешь, я тебе двойню заделаю? – раздается голос Сашки.
– Хочу! – вырывается у меня.
16
16
Марина
– Петров, а ты только заделать мастер, или с воспитанием тоже поможешь? – интересуется Надя.
А я прикрываю рот ладошкой.
Вообще не собиралась такого говорить! “Хочу…” Может, и хочу. Детей. Очень хочу! Но…
– А тебе только дети нужны или… – обращается ко мне Сашка.
Что за идиотские вопросы? Что – “или”?
– Я хочу семью.
Говорю как есть. Раз уж у нас тут минутка откровенности.
– Настоящую. Дружную, – продолжаю я. – Такую, как… Как… – пытаюсь подобрать сравнение.
– Как в рекламе майонеза? – подсказывает Надя.
– Да! – выдыхаю я.
– Такого не бывает, – скептически хмурится она.
– А мне бы хотелось…
– По моему опыту, чем идеальнее семья выглядит на людях, тем больше всякого дерьма внутри.
– Какого дерьма?
– Да разного. Например, если она постоянно публикует в соц.сетях фоточки с букетами и подарками, то, скорее всего, он ей изменяет.
Сашка хмыкает.
– Если они на людях демонстративно лижутся: “Зая, Котик, сю–сю–сю…” – значит, скоро разведутся.
– Ну не знаю…
– Если у них идеальные дети, выглаженные, с бантиками, сидят, сложили руки на коленочках….
– То что?
– Значит, они их муштруют и запугивают.
– Писец… – выдыхаю.
– Злая ты, – добавляет Сашка. – А у тебя как было?
– Первый вариант.
– Сочувствую.
– Саш, а у тебя? Какая у тебя была семья? – задаю вопрос в лоб. – И почему ты развелся с женой?
Он немного охреневает от прямоты. Но все же от ответа не уходит.
– У меня была обычная семья. Без майонеза. И без жести. Со своими приколами, тараканами и дерьмом.
– А чего развелись?
– Сын вырос, поступил. Как только он уехал из дома, все рассыпалось. Оказалось, что мы друг другу уже давно чужие люди.
– Получается, у вас все держалось на ребёнке? – спрашиваю я.
– Получается, так.
– Фигня, – выдает свой вердикт Надя. – Просто так люди не разводятся. Должна быть веская причина.
– Какая? – спрашивает Сашка.
– Чаще всего измена.
– Я не изменял, – пожимает плечами Сашка. – Но, судя по тому, как быстро жена нашла нового мужчину…
– Она тебе изменяла?
– Я не знаю. И не хочу в этом копаться. Пофиг уже.
Мы молчим. На заднем фоне щебечет Лера. Не знаю, почему, но я уверена: у них с ее Сашкой–шкафом отличная семья. Не идеальная, не как в рекламе. Может, тоже со своими приколами и тараканами, но – настоящая.
– Марин, а у тебя как было? – спрашивает Петров.
– А я не смогла забеременеть. И муж нашел другую.
– Так, может, дело в нем? – сразу выдвигает предположение Сашка.
Я лишь пожимаю плечами.
Что–то мне так грустно стало, прямо депрессией придавило. Из которой я только–только
