Бывшие. Цена ошибки - Елена Архипова
- Мне бы руки помыть, Аль, - крикнул, уложив ребенка на стол.
- Вов, там антисептик стоит, достаточно им руки протереть.
Отлично, антисептик, значит. Я быстро скинул пальто на стоящий рядом стул, протер руки и начал раздевать малышку, проговаривая каждое свое действие.
Малышка улыбалась и даже что-то отвечала мне на своем детском.
Пока менял памперс, слышал фоном, что Павел о чем-то говорил с Алькой, носил её, кажется, на руках в туалет и обратно. Вот тоже нянька номер два выискался.
А Алька молодец, не растерялась! Командует двумя взрослыми суровыми мужиками и в ус не дует. Узнаю свою ершистую соседку. Всегда была мелкая, как воробышек, и колючая, как ёжик, но всё равно добрая. Фыркала и кололась не ядовито. И почему я вёлся на все её подначки?
Я улыбнулся, окунувшись в нашу с Алькой юность, и усмехнулся своим мыслям. Хорошо, что их никто не слышит. Кому сказать, что мне нравится моё нынешнее состояние, точно решит, что я умом тронулся! Видела бы сейчас меня Кристина!
Почему-то при воспоминании о любовнице и о скандале, который она закатила, когда узнала, что я улетаю к отцу, меня передернуло. Вот её я точно не могу представить подтирающей попку грудному ребенку, впрочем, как и таскающей коляску.
Пожалуй, пора красавицу в отставку отправлять. Зачем мне рядом женщина, с которой нет такой легкости в общении?
Тем временем слышу насмешливый голос Альки:
- Принцесса готова!
Ага, значит, могу выносить Масяню к маме.
- Ну что, малышка, готова приступить к трапезе? - продолжаю ворковать с ребенком и выхожу в большую комнату, где на диване сидит Алька в ожидании дочки.
Оторвался от воркования с ребенком, посмотрел на Альку и опять напоролся на её странный взгляд. Да что не так-то? Ну да, самому странно, но не так уж я и безнадежен, вообще-то!
И Пашка опять смотрит слишком внимательно. Этот-то с чего опять?
- Памперс переодели, ползунки тоже поменяли, к трапезе готовы! - пытаюсь шутить, передаю ребенка Альке и слышу:
- А вы, мальчики, уж сами теперь там хозяйничайте на кухне, раз я на ногу не могу встать. Вов, борщ в холодильнике. Дальше, думаю, сами там разберетесь!
- Разберемся, не переживай.
Прихватил Павла, и мы с ним ретировались на кухню. Едва вошел в это крохотное пространство, как тут же приложился лбом о шкафчик, висящий над столом. Выругался сквозь зубы, но Алька всё равно услышала:
- Отвык от наших кухонь, да, Вов? - и хохочет. Смешно ей там, видите ли!
- Да уж! Передом вошел, задом вышел, - констатировал очевидное, оглянулся в поисках микроволновки, понял, что её нет, и обалдел.
- Алька, а ты на плите, что ли, еду греешь?
- Ну как видишь, мне же ее и поставить-то там некуда.
И ведь прозвучало это у нее без какого-либо контекста, просто как факт. И тут же ехидное:
- А ты забыл, как пользоваться газовой плитой?
Ну, мелочь ехидная!
Зачем мы с Павлом выперлись в комнату, уже не важно. Важно было то, что, увидев Альку, кормящую грудью, зависли мы с ним оба. Знатно так подвисли.
Алька не видела нас, смотрела на дочку и улыбалась ей, а подняв наконец взгляд, покраснела и потянулась за пеленкой, что лежала тут же, на спинке дивана. Прикрылась сама, укрыв и чмокающую Масяню.
Я стоял, смотрел на Альку, кормящую грудью, и понимал, что ведь много чего повидал в своей жизни: кровь врагов, смерть друзей, предательство любящих, как я считал, женщин, подставы конкурентов – этого выше крыши, а кормящую грудью женщину — нет, ни разу в жизни не видел. И Пашка, судя по его застывшей физиономии, тоже впервые видел подобное.
И только сейчас я осознал то, насколько моя жизнь однобока.
Деньги, машины, дома, дорогие шмотки, дорогие же телки рядом, оттюнингованные на суммы, ничуть не меньшие, чем мои тачки - этого добра навалом, а настоящей женщины, умеющей таскать коляски, варить борщи и не брезговать стариком-алкоголиком, такой рядом нет.
М-да-а-а… Докатился…
Может, правда увезти Альку с Масяней к себе? Не сильно-то она и потеряет, согласившись уехать от этой если не нищеты, так бедности.
Надо только с батей, как проспится, поговорить на эту тему. Он-то вот с чего вдруг мне это условие выдвинул?
Глава 11
Глава 11
*Алька*
Ладонь у Павла была горячая и большая, вся моя стопа почти детского размера целиком уместилась в его руке.
Я с ужасом наблюдала за тем, как мужчина стягивает с меня носок.
“Боже, хорошо, что я перед прогулкой чистые надела! - пронеслось в мозгу шальной пулей. - Нет, ну вот как меня угораздило так, почти на ровном месте, а?”
Павел, казалось, совершенно не смущался тем, что делал: снял носок и, обхватив мою стопу своей горячей рукой, начал аккуратно поворачивать многострадальную конечность то в одном, то в другом направлении. В одном из положений я судорожно вздохнула.
Мужчина, казалось, совершенно не удивился, потому что кивнул своим мыслям, и ровно в этот момент в квартире показался Чернов с Масяней на руках:
- Что? – задал он короткий вопрос, но не мне, как можно было бы этого ожидать, а Павлу.
- На первый взгляд растяжение связок. Но рентген бы надо сделать, чтобы точно знать, - ответил так уверенно, будто имел медицинское образование.
Я так и сидела на пуфике, моя оголенная конечность пяткой лежала на колене Павла, его горячая рука лежала на лодыжке, даря тепло и даже как будто бы снимая боль.
Я не знала, куда себя деть от смущения, думала только о том, как бы мне вытащить ногу из-под руки Павла, но тут оба мужчины посмотрели на меня одновременно.
Ну что сказать? Теперь я знаю, что от моих щек можно прикуривать!
- Когда Масяню кормить? – Вовка спас положение правильным вопросом. И спросил он это таким деловым тоном, будто являлся няней у моей малышки.
Хотя, может, у него есть ребенок такого же возраста? Я же не знаю ничего о нем.
Хотя нет, вряд ли у него есть ребенок, иначе бы дядя Гриша непременно уже рассказал мне об этом.
- В идеале сейчас у нас время кормления. Но надо сначала памперс после улицы поменять, - я ответила в тон новоявленной няне и попыталась встать с пуфика.
- Куда? Сиди! Сам поменяю,
