Я вернулся за тобой - Полина Довлатова
Хотя, ничего подобного со мной никогда не случалось. Я живу тихой, спокойной жизнью. Учусь и работаю. Я даже не хожу с одногруппниками на студенческие тусовки, потому что не люблю шумные компании и не люблю, когда меня мусолят посторонние взгляды. Вот прям как сейчас эти две девушки, зашедшие в магазин несколькими минутами ранее.
Я знаю, что они все ещё пялятся, поточу что боковым зрением вижу, что они так и не сдвинулись с места.
Бросаю на них хмурый взгляд из-за плеча, но с удивлением отмечаю, что смотрят они теперь совершенно в другую сторону. В другой конец зала, где возле окна стоит Илья. Правда шептаться продолжают также активно, не забывая при этом кокетливо улыбаться.
Романов, правда, этих улыбок не замечает, потому что слишком занят разглядыванием местности за окном. Видимо, смотрит нет ли за нами слежки.
Уровень моего раздражения почему-то в этот момент зашкаливает до максимального предела.
Подхватив с пола, заполненную вещами, корзину шагаю к мужчине и впихиваю её ему в руки, привлекая к себе внимание.
— Хреновый из тебя надзиратель. Пока ты в окно пейзаж разглядывал, я могла уже десять раз успеть через чёрный вход выскочить.
Кидает безразличный взгляд на шмотки, а потом сует руку в карман военных штанов, выуживая оттуда наличку.
— Когда именно? Когда спортивки выбирала, или когда кроссовки мерила? — спрашивает с абсолютно серьёзным выражением лица. — Не стоит недооценивать противника, Аленёнок. Я бы был возле тебя раньше, чем ты успела бы дёрнуться. Это тебе информация на будущее. Если вдруг в твою светловолосую голову забредёт мысль сбежать.
Глава 13
Глава 13
Глава 13
К тому моменту, когда мы садимся в машину, я чувствую себя, как выплывший из речки труп — насквозь мокрая и ледяная настолько, что на мне можно продукты замораживать.
В моих босоножках хлюпает дождевая вода, и ноги то и дело соскальзывают. Из-за этого я несколько раз чуть не вывихнула себе лодыжку пока шла.
Илья выглядит не лучше. Но у него хотя бы куртка кожаная. Зато толстовка, в которую одета я, впитала в себя всё, что только могла. Из-за этого она стала раза в два тяжелее и висит на моих плечах, как мешок с картошкой. Как чертовски мокрый мешок с картошкой.
Видимо, если на человека наваливаются неприятности, то это происходит разом и со всех возможных сторон. Потому что такого ливня, чтобы он шёл, не прекращаясь, на протяжении многих часов я не припомню уже давно.
— Ты можешь переодеться в сухое прямо сейчас, — заводя мотор, Илья кивает на пакет с одеждой, лежащий на заднем сидении.
— Интересно, как ты себе это представляешь?
— Очень просто. Лезь назад и переодевайся.
— Чтобы ты пялился на меня в зеркало заднего вида? — спрашиваю с раздражением.
От холода зубы отбивают чечётку. У меня забило нос и першит в горле. И больше всего на свете я сейчас мечтаю о том, чтобы переодеться в сухую одежду. Но я лучше отморожу себе... всё что только можно, чем стану раздеваться на глазах у этого мужчины.
— Не обольщайся, Аленёнок. Не думаю, что содержимое твоих трусов чем-то сильно отличается от остальных женщин. Да и спермотоксикозом я не страдаю.
Кипяток приливает к моим щекам в ту же секунду. Кидаю быстрый взгляд на Илью и тут же отворачиваюсь к окну, ловя сквозь плотную стену дождя очертания ускользающего от нас посёлка.
Романов с равнодушным видом ведёт машину. Я вижу его лицо в отражении стекла. Нас то и дело качает на кочках, и я впиваюсь пальцами в ремень безопасности, чтобы выбить из своей головы этот нелепый разговор.
— Если не хочешь переодеваться, то хотя бы подогрев задницы включи, — тянется рукой к приборной панели и нажимает на какую-то кнопку, после которой сидение медленно начинает нагреваться.
— Спасибо, — буркаю себе под нос.
Мои щёки всё ещё пылают, и я не хочу поворачиваться.
Мне не нравится в какую сторону это всё клонится. Не нравится, что посторонний мужчина, о котором я ничего не знаю и понятия не имею, что он из себя представляет, рассуждает о содержимом моего нижнего белья.
Сегодня это просто разговоры, а что дальше?
Он уже спал со мной в одной постели. Смотрел на то, как я моюсь через стекло душевой кабины. Он делал мне искусственное дыхание, когда на мне не было ничего, кроме трусов...
Низ живота прошивает мощный импульс, который дёргает нервы и заставляет меня сжать ноги. Мокрое нижнее бельё, прилипающее к промежности, вдруг начинает ощущаться неимоверно остро. Я тру друг об друга колени и ёрзаю, чтобы унять этот дискомфорт, но он становится только сильнее.
— Ты... не мог бы приоткрыть окно? — хриплю, морщась от першения в горле.
— Просто для уточнения. На улице ливень, ты мокрая как облезлая кошка, сидишь ёжишься, клацаешь зубами и просишь меня открыть окно? — летит мне в затылок.
— Я не клацаю, — сжимаю руки на груди, которая теперь тоже ноет. — Открой пожалуйста.
Кошусь на мужчину боковым зрением. Смотрит на меня как на ненормальную, но всё-таки нажимает кнопку на руле и слегка приоткрывает окно, только со своей стороны.
Тянется к нагрудному карману и достаёт оттуда пачку сигарет и зажигалку.
— Что ты делаешь? — сиплю, сглатывая.
— А на что это похоже? Хочу покурить, раз уж окно открыли. Что-то не так?
— Нет... нормально...
Резко отворачиваюсь в другую сторону и зажмуриваюсь. Чувствую, как у меня в висках пульсируют вены.
Звук чиркающего кремня.
Даже с закрытыми глазами я отчётливо представляю маленький огонёк, к которому тянется сигарета.
Тлеющие угольки табака.
Дым.
Сжимаю зубы и тяжело втягиваю воздух через нос.
— С тобой всё в порядке? — вздрагиваю, когда ощущаю на своём плече тяжёлую мужскую руку и резко оборачиваюсь. — Укачало что ли? Остановить?
Бросаю взгляд на зажатую у Ильи в ладони зажигалку, которую он убирает обратно в карман куртки.
— Нет, — выдыхаю. — Не надо, нормально всё.
— Точно? — косится на меня с сомнением.
Снова медленно втягиваю воздух носом и выталкиваю его изо рта. Пальцы немного подрагивают, и я кладу ладони на свои мокрые колени, слегка их сжимая.
— Всё хорошо, — чеканю по слогам. — Просто... меня мутит от табачного запаха.
Стараюсь смотреть прямо перед собой, но всё равно краем глаза вижу,