Сага о принце на белом коне 2 - Юлия Стешенко
— Я сыт, — сурово насупился Торвальд. Завтрак у Ивы, конечно, был очень скромным — пяток яиц, хлеб с маслом и гребаный кофе. Но это не повод садиться за один стол с Ингибьерном!
Хотя желание младшего братца угодить душу все-таки грело. Лебезит, паршивец! Значит, боится!
— Не хочешь есть — давай выпьем, — поспешно согласился Инги, увлекая Торвальда к столу. — У нас как раз свежий бьер поспел — на еловых шишках.
— На еловых?! — вытаращил глаза Торвальд. — Кто делает бьер на елке?
— Мать новый рецепт опробовала. Неплохо получилось! Присаживайся, оцени, — Инги щедро плеснул в кубок темную пенную жижу. Торвальд осторожно понюхал, потом отхлебнул. Бьер действительно был недурной — терпкий, чуть горьковатый, освежающий. Для зимы не очень, но летом — самое то.
— Неплохо, — признал Торвальд, сообразил, что разговор поворачивает не туда, и отодвинул кубок. — Но приехал я не за этим. Какого хелля ты вчера устроил?
— Да я сам не ожидал! Просто совпало удачно. Когда Ива сказала, что книгу можно читать только тем, кто в магии сведущ, меня словно молнией ударило: вот оно! Шанс сам в руки идет, такое нельзя упускать!
— И ты, конечно, не упустил…
— Естественно, нет! Мало ли как у тебя дела пойдут. Ты не подумай, я в тебе не сомневаюсь, — вскинул руки в примирительном жесте Инги. — К девицам ты подход знаешь, голову задурить можешь. Кстати… когда мы за столом разговаривали, пришлая все время на тебя таращилась, как кошка на сметану.
— Так уж и кошка, — польщенно ухмыльнулся Торвальд, но снова распознал уловку и нахмурился. — Она, значит, на меня смотрела. А ты ей чуть под юбку не лез.
— Как будто была у нее эта юбка… — поморщился Инги, но тут же спохватился. — Ну извини, извини! Захотел тебя подразнить, увлекся… Но девица-то не поддалась! Кремень, а не девица! Только на тебя и смотрела.
Торвальд гневно дернул ртом. Ива смотрела не только на него, но заявить это вслух было совершенно невозможно. Особенно после уверений Инги в неколебимом Торвальдовом превосходстве.
Что он, дурак, что ли — собственное превосходство отрицать?
А раз Ива на Инги даже не посмотрела… то чем недоволен Торвальд?
Вот сукин сын! И как ему это удается?
— Отец поручил это дело мне, — Торвальд все-таки взял кубок и сделал глоток. Инги, конечно, сукин сын, но не пропадать же добру!
— Да, знаю. И прошу прощения. Я действительно ничего такого не планировал…
— Да-да, я помню. Ты просто воспользовался шансом.
— Да! Ну сам посуди. Чужачка, конечно, по тебе сохнет, это любому видно — но кто знает, что будет дальше? Может, обидится на что-нибудь, может, поссоритесь. С бабами никогда наперед знать нельзя! — Инги подался навстречу, невольно повышая голос. — У женщин сейчас так, завтра эдак, а через два дня — совсем наоборот! А тут чужачка сама сплоховала, растерялась — ну, я и попробовал надавить на жалость. Клянусь всеми богами — я даже не предполагал, что все получится! Просто…
— Не стал упускать шанс. Хватит повторять, я с первого раза запомнил.
— Да. Не стал упускать шанс. Но посмотри на дело с другой стороны… Если бы ты не приручил девицу, она никогда не увидала бы книгу. А я не смог бы выманить у нее обещание. Значит, большая часть победы — твоя!
— А меньшая, значит, твоя, — Торвальд все еще злился, но спорить с очевидностью не мог. Инги действительно вырвал у него победу. Сейчас он любезно предлагал разделить ее, но Торвальд был не настолько наивен. Мечту отца исполнил все-таки Инги. Хотя… приручил девицу действительно Торвальд! Ива не просто какому-то постороннему юноше согласилась помочь. Она обещала помощь брату своего мужчины. А это совсем другое дело!
— Да. Меньшая — моя. Если хочешь, я могу не упоминать об этом в разговоре с отцом, — тонко улыбнулся Инги.
Торвальд не поверил своим ушам.
— Что?
— Я могу не упоминать об этом, — невозмутимо повторил Инги. И улыбнулся еще гаже.
— Ты можешь… не упоминать, — как завороженный повторил Торвальд. — Ну надо же, какая любезность! Да что ты себе вообразил, щенок! — вызверился он. — Ты думаешь, я нуждаюсь в твоем снисхождении? Думаешь, я не могу отвечать за свои поступки? Ты это хочешь сказать?!
— Что… Нет! Конечно, нет, — Инги возразил так быстро, что сразу стало понятно — именно это он и думал.
— Засунь в задницу свое снисхождение! Я сам расскажу отцу все, как есть! В конце концов, я выполнил его поручение! Добился благосклонности пришлой. Если бы не я, ты бы с Ивой даже не встретился! — Торвальд осекся, сообразив, что повторил мысль брата, и потерял запал. — Иди в задницу, — злобно буркнул, схватил кувшин и плеснул в кубок бьера. Промазал — и темная липкая жидкость струйками побежала по столу. Инги невозмутимо швырнул на нее полотенце.
— Как скажешь, дорогой брат. У меня действительно были резоны для такого поступка. Видишь ли… Я полагаю, что риск слишком велик. Ты любишь женщин… И вряд ли сдерживаешь себя даже сейчас. Пришлая может узнать об этом. А ревность, как сам понимаешь, не способствует откровенности. Или, допустим, она увлечется другим мужчиной. Кем-то из своего народа. Ты, братец, хорош — но кровь гуще воды. А может быть, и того хуже. Вдруг кто-то объяснит пришлой, что ты морочишь ей голову ради выгоды? Такого ни одна женщина не простит.
— Расскажет? — нехорошо прищурился Торвальд. — Это кто же? Отец не кричал о своих планах на площади…
— Да, ты прав. О планах отца знаем только мы. И Финна, — неприятно изогнул губы Инги.
— Откуда ты… — начал было Торвальд и осекся. По лицу Инги стало понятно, что подтверждение он получил только сейчас. От самого Торвальда. Вот троллья жопа! — Боги, ну конечно, она знает! — продолжил Торвальд как ни в чем не бывало. Так, словно ответ сам собой разумелся. — Это же Финна. Подумай она, что я всерьез спутался с пришлой…
— Вот именно. Финна такую
