Хаос из книжного на Боевом факультете - Виктория Катаева
Этот нелепый пузырь окончательно подействовал на меня как ушат холодной воды. Я поняла, что заниматься самобичеванием - штука абсолютно бесполезная, а Максим с Катькой не стоят ни одной моей новой морщинки.
Я тщательно умылась прохладной водой, промокнула лицо полотенцем и принялась внимательно, критически рассматривать себя в зеркале. Ну и что мы имеем к двадцати пяти годам?
Заплаканные, покрасневшие глаза, конечно, немного портили картину, но в целом я была вполне себе симпатичной. Пышные рыжевато-каштановые волосы, которые сейчас растрепались и мягкими волнами падали на плечи. Глаза у меня были необычные — глубокого, яркого и колдовского зеленого оттенка, в самом центре которых сейчас горел упрямый огонек. Губы от природы пухлые, четко очерченные, сейчас тоже слегка припухли от слез. Фигура у меня была самая обычная: не толстая и не худая, всё, что нужно, на месте, рост - средний. Короче, Максимка, ты потерял сокровище, а то, что ты дурак - это твоя личная анатомическая проблема.
Я выключила воду и решительно шагнула из ванной обратно в коридор. Наступало время углеводной терапии.
— Так, Оливка, - скомандовала я кошке, которая преданно ждала меня у порога.
— Парня мы просчитали, теперь нужно спасать торт. Не пропадать же шедевру кондитерской мысли из-за всяких... козлов.
Я подхватила с обувной полки коробку с тортом и гордо прошествовала на кухню. Из столовых приборов была выбрана самая большая столовая ложка. Никаких тарелок, никаких приличий. На правах именинницы и единоличной хозяйки жилплощади я сорвала розовый бант, открыла крышку и с наслаждением вонзила ложку в нежный шоколадный крем.
М-м-м... Блаженство.
Я сидела за столом, самозабвенно уплетала торт прямо из коробки и наконец-то дышала полной грудью. Жизнь, может, и дала трещину, но шоколад эту трещину отлично склеивал.
В этот момент из коридора донеслись подозрительно знакомые звуки. Наша фарфоровая принцесса Оливка решила навестить свое уединенное место в прихожей. В тишине квартиры раздалось активное, воодушевленное шуршание древесного наполнителя. Шурх-шурх, шурх-шурх. Кошка копала с таким энтузиазмом, словно пыталась прорыть туннель в Китай.
— Оливка! - крикнула я, давясь смехом.
— Ты там что, прямо на печатку Максима целишься? Давай, мать, не сдерживай себя! Заслужил иуда, одобряю! Карма - штука быстрая, а в твоем исполнении еще и очень пахучая!
Шуршание на секунду прекратилось, сменившись характерным журчанием. Похоже, кошачья справедливость свершилась в полном объеме.
Я ухмыльнулась, собираясь зачерпнуть еще порцию крема, но тут Оливка выдала такое истошное, ультразвуковое «МЯУ-У-У!», какого я от нее за два года ни разу не слышала. Это был не просто сигнал «я покушала, уберите за мной», это был крик экзистенциального ужаса.
Следом из коридора по полу поползло странное, неоново-фиолетовое свечение. Оно становилось всё ярче, заливая стены кухни и затмевая дневной свет.
— Оливка, ты чем там сходила?! - ахнула я, роняя ложку обратно в коробку.
— Неужели у Максима кольцо было радиоактивным?!
Я подскочила со стула и бросилась в прихожую. Картина, представшая предо мной, лишила меня дара речи.
Кошачий пластиковый лоток сочного зеленого цвета сиял так, словно внутри него включили прожектор на стадионе. Фиолетовые лучи били до самого потолка, искрились и кружились в безумном вихре. Наполнитель внутри весело подпрыгивал, как попкорн на сковородке.
А рядом с этим филиалом межгалактического портала сидела Оливка. Бедная кошка вжалась в плинтус, округлила свои зеленые глаза до размеров чайных блюдец и в полном шоке, не мигая, смотрела на дело лап своих. Шерсть у нее стояла дыбом, делая Оливку похожей на взбесившийся одуванчик.
— Мамочки... - только и смогла выдавить я, делая осторожный шаг назад.
Но было поздно. Серебряная печатка, щедро сдобренная кошачьей уриной и моей праведной яростью, окончательно активировала какой-то древний, спящий внутри лотка артефакт. Фиолетовое сияние резко увеличилось в размерах, превращаясь в бурлящую световую воронку. Меня мощным потоком воздуха потащило вперед.
— Оливка, ко мне! - заорала я, растопырив руки.
Кошка, сообразив, что хозяйку засасывает в инопланетный горшок, прыгнула на меня, намертво вцепившись когтями в мою футболку. В следующую секунду нас обеих и остатками моего здравого смысла, с треском затянуло внутрь сияющей бездны.
Глава 3. Еловый десант и бирюзовый полуголый шок
Глава 3. Еловый десант и бирюзовый полуголый шок
Приземление вышло... хвойным.
Вместо того чтобы изящно ступить на твердую землю другого мира, как это обычно делают правильные героини из фэнтези, я со всего маху влетела во что-то безумно колючее, пушистое и трескучее. Падение сопровождалось смачным хрустом ломающихся веток, моим диким визгом и отчаянным кошачьим воплем.
Когда траектория полета наконец прекратилась, я обнаружила, что вишу в крайне нелепой позе. Ноги и руки намертво обнимали толстый ствол дерева, а под моей филейной частью упруго покачивалась огромная еловая лапа.
— Мяу-у-у! - глухо донеслось откуда-то из района моей шеи.
Я скосила глаза. Моя преданная кошка Оливка, распушив хвост до размеров хорошего страусиного пера, намертво вцепилась всеми когтями в мою многострадальную футболку. Глаза у нее были как два безумных изумруда. Она тяжело дышала мне прямо в ухо.
— Тихо, Оливка, тихо, - прохрипела я, боясь сделать даже лишний вдох.
— Мы живы. Мы... кажется, на елке.
Я осторожно посмотрела по сторонам, потом вниз, и у меня внутри всё похолодело. Какая там елка! Мы сидели на самой верхушке гигантского, векового дерева высотой примерно с хорошую такую девятиэтажку! Вокруг раскинулся потрясающий, совершенно незнакомый пейзаж: чужие горы на горизонте, невероятно яркая зелень и замок с острыми шпилями вдалеке. Но радоваться туризму мешал один факт - мы висели над пропастью.
Минут пять я честно занималась самобичеванием. Ругала себя, Максима, его дурацкое кольцо и кошачий лоток, который, к слову, остался где-то внизу. Вдруг сквозь шум ветра до меня донесся отдаленный, задорный мужской хохот.
Я замерла, как партизан в засаде, и осторожно глянула вниз через пушистые ветви. Мама дорогая... Там, прямо под нашей чудо-елкой, раскинулось чистейшее лесное озеро. Вода в нем искрилась на солнце, но самое интересное происходило на берегу.
Там отдыхала группа парней. И парни, надо признать, были просто ого-го! Настоящие ходячие шедевры анатомии. На них не было почти ничего, кроме легких штанов - кто-то только что вылез из воды, встряхивая мокрыми волосами, кто-то сидел на траве, демонстрируя кубики пресса, от которых у меня, кажется, даже икота прошла. Высокие, широкоплечие, мускулистые - прямо сборная магического мира по привлекательности.
Они меня,
