Лекарь из Пустоты. Книга 13 - Александр Майерс
Мне не всегда удавалось полностью удержать в себе всю ту Пустоту, что насылал Рагнар.
«Ты слишком медлителен, смертный», — стоило подумать, как в голове раздался его низкий, вибрирующий голос.
«Давай без болтовни. Начнём», — мысленно процедил я.
Великое Ничто рассмеялось, и я тут же ощутил, как в меня хлынула Пустота.
В этот раз выброс оказался особенно мощным. Часть Пустоты вырвалась наружу и уничтожила чашку с недопитым чаем, которую я взял с собой.
«Ой, прости. Ты хотел его выпить? Придётся помучиться от жажды», — расхохотался Рагнар.
Я не ответил. Порядок действий был уже отработан до автоматизма. Расслабить тело и позволить Пустоте течь через меня, но при этом напрячь волю и не позволять ей вырваться наружу.
Пустота билась внутри меня, требуя пищи. Она хотела уничтожить пол, стены, воздух. Она хотела уничтожить меня.
Боль впивалась в тело волнами, то отступая, то неожиданно накатывая. Я не обращал на неё внимания, хотя это и было непросто.
Спустя какое-то время всё закончилось. Я растёкся по креслу и на несколько мгновений, кажется, потерял сознание. Затем встал и поплёлся в спальню.
По пути взглянул на часы и понял, что до рассвета всего два часа.
М-да… Опять сегодня не получится выспаться.
Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых
— Юра, ты в зеркало сегодня смотрелся? — спросил Дмитрий за завтраком, хмуро разглядывая моё лицо.
— Нет.
— Зря. Ужасно выглядишь. Ты плохо спал?
— Спал я хорошо, просто мало, — честно ответил я.
— Переживаешь из-за суда?
— В том числе.
Дмитрий покачал головой, но больше ничего не сказал. Он знал, что я не люблю советы вроде «тебе надо отдохнуть». Такого трудоголика, как я, ещё поискать.
Однако скрывать моё истощение становилось всё сложнее. Я и без того всё свободное время тратил на обучение студентов, бизнес и собственные исследования. А тренировки с Рагнаром выжимали из меня оставшиеся соки. С каждой ночью Великое Ничто забирало у меня всё больше сил, и удерживать Пустоту становилось труднее.
В девять дворецкий неожиданно доложил, что прибыл Некрасов. Дмитрий к тому времени уехал в город, а я пил третью чашку кофе и удивился визиту юриста. Обычно мы с ним все вопросы решали по телефону.
Вячеслав вошёл в столовую. Выглядел он едва ли лучше меня — лицо серое, под глазами круги.
— Доброе утро, Юрий Дмитриевич. Сожалею, но у меня плохие новости. Суд назначил дату основного заседания.
— Садитесь. Когда? — спросил я.
— Послезавтра, — Некрасов со вздохом сел за стол.
— Так скоро? — нахмурился я.
— Да. Граф Денисов ссылается на срочность в связи с угрозой общественной безопасности.
— Думаете, кто-то его поторопил?
— Уверен. И вряд ли это сулит нам что-то хорошее, — вздохнул Вячеслав Андреевич. — Наши оппоненты хотят начать процесс, пока мы не успели собрать контраргументы по их фальшивым бумагам.
Я допил кофе и встал.
— Что ж, тогда собирайтесь. Отправляемся в Петербург.
— Сегодня же?
— Да. Навестим Светлану Дмитриевну в нашем особняке на Петровском острове. Может, нам с вами удастся там выспаться, — подмигнул я.
— Да, это бы не помешало…
Российская империя, город Санкт-Петербург
Два дня спустя мы с Некрасовым и его помощниками приехали к зданию Имперского суда.
Оно было похоже на склеп — массивное, мрачное, ни капельки не приветливое.
Заседание было закрытым, поэтому в огромном зале почти не было людей. У стен стояли молчаливые приставы, а наши оппоненты пока не явились.
Мы заняли свои места. Перед самым началом заседания появились юристы Аристова — их было человек двадцать, все в одинаковых костюмах с гербами рода на лацканах.
Демонстративно не глядя на нас, они прошли мимо и расположились за своими столами и принялись деловито раскладывать документы.
— А где же сам князь? — поинтересовался я.
— Скоро узнаем, — буркнул Некрасов.
Двери в судейскую комнату открылись.
— Встать, суд идёт! — зычно провозгласил пристав.
Граф Денисов, седой мужчина с непроницаемым лицом, занял своё место за высоким столом. Он медленно обвёл зал взглядом, поднял деревянный молоток и ударил по подставке. Глухой стук эхом разнёсся под сводами зала.
— Заседание Имперского суда объявляется открытым, — произнёс он.
Глава 10
Российская империя, город Санкт-Петербург, здание Имперского суда
Граф Денисов окинул зал взглядом и произнёс:
— Суд заслушивает стороны по делу о правах собственности на алхимический завод в пригороде Екатеринбурга. Истец — князь Аристов. Ответчики — князь Серебров и князь Баум. Прошу стороны представиться.
Со стороны Аристова поднялся мужчина лет пятидесяти в безупречном костюме. У него на запястье блестели дорогие часы, волосы были уложены в аккуратную и невыносимо скучную причёску.
Типичный столичный юрист, который выигрывает дела не знанием закона, а умением подать его в нужном свете.
— Адвокат Савелий Коршунов, представляю интересы князя Аристова, — назвался он. — Мой клиент не смог присутствовать лично по состоянию здоровья, но уполномочил меня действовать от его имени в полном объёме.
Некрасов встал следом.
— Адвокат Вячеслав Некрасов, представляю интересы князя Сереброва. Мой клиент присутствует лично. Также представляю права князя Баума по доверенности.
Денисов кивнул и жестом предложил Коршунову начинать.
Тот не заставил себя ждать. Подошёл к трибуне и уверенным голосом начал излагать позицию:
— Ваша честь, суть иска проста. Завод, о котором идёт речь, был построен на средства, незаконно присвоенные князем Серебровым и его сообщниками. Мы предоставляем суду пакет документов, подтверждающих, что первоначальные инвестиции в предприятие были сделаны структурами, связанными с князем Аристовым.
Я нахмурился. Неожиданный поворот. Не думал, что юристы противника решат зайти с этой стороны — до этого они делали упор на экологические нарушения, якобы совершённые на заводе.
Коршунов кивнул, и два его помощника передали приставам две тяжёлые коробки с документами.
— Кроме того, мы представляем доказательства систематических финансовых нарушений со стороны князя Сереброва и его партнёра, князя Баума. Занижение налоговой базы, вывод средств через подставные компании, нарушение условий лицензирования.
Помощники адвоката зашевелились и передали приставам ещё одну коробку, а также несколько толстых папок. Некрасов нервно поправил галстук, глядя на количество бумаг.
— Всё это, ваша честь, а также нарушения экологического характера, о которых суду уже известно, свидетельствует о том, что князья Серебров и Баум не являются добросовестными собственниками. Завод должен быть передан законному владельцу — князю Аристову!
Коршунов
