Я дарю тебе свою семью, сестра - Катя Озерова
— Мои потребности подождут, пока ты будешь готова. — В темноте притягиваю Машу к себе и очень нежно целую в губы. — А пока я поменяю лампочку.
И схожу еще раз в душ. Без этого мне не обойтись сегодня.
— Спасибо, — Маша обнимает меня и прижимается всем телом. — У меня самый лучший мужчина в мире.
— И котлеты готовит, и лампочку поменяет, — Усмехаюсь.
— Да, — смеётся Маша тихо, — и с дочкой посидит, пока я работаю. Мечта....
Эпилог
Эпилог
Год спустя. Сочи.
— Как же я счастлива сюда вернуться! — В восторге замираю у панорамного окна того самого отеля, в котором мы с Вадимом и Амелией отдыхали в прошлом году. Я мечтала сюда вернуться, и вот это случилось.
Только делаем мы это уже не втроём, а вчетвером. Провожу ладонями по аккуратному животу, в котором растёт наш с Державиным сыночек.
— Я тоже счастлив, —Вадим крепко обнимает меня со спины. Его губы касаются виска, — Обедать пойдём? Я тебе устриц закажу…
— Вот ты ж! — хлопаю его ладонью по руке и смеюсь. Он мне этих устриц никогда не забудет! А я терпеть не могу и устриц, и осьминогов, и вообще всё то, что шевелится и кажется живым. Как можно это все есть???
В планах на эту поездку у нас — встретить в Сочи Новый год и Рождество, много гулять и дышать свежим воздухом. Ещё я очень хочу навестить Алевтину и её внука, познакомить Вадима и Ами с этими прекрасными, чуткими людьми, которые помогли мне в сложных обстоятельствах.
— Как там мой сынишка себя сегодня ведёт? — ладони Вадима бережно опускаются на мой живот и нежно оглаживают.
— Толкается, — беру его ладонь и прикладываю туда, где ощущаю толчки. — Чувствуешь?
— Чувствую, — голос Вадима наполняется трепетом.
— А мне? А мне дайте поздововаться! — из своей королевской детской выбегает Амелия и спешит к нам. Протягивает ладошку, чтобы я приложила её ручку.
— Дай сестричке пять, сынок, — прижимаю ее ладошку и тут же получаю реакцию изнутри.
— Он меня товлкнув! — Амелия в полном восторге.
Этот год был очень сложным для всех нас. Наташа пыталась устраивать скандалы, требовала опеку над дочкой и баснословные алименты. Кричала о моральном ущербе.
Но ничего не вышло. Наташа получила лишь обозначенную в брачном контракте сумму.
Она постоянно звонила мне с разных номеров, караулила у дома и обвинять во всех грехах. На этой почве у меня случилось пару нервных срывов.
А потом мы с Вадимом узнали о беременности и у нас состоялся очень серьёзный разговор. Мы не хотели потерять ребёнка, а моё душевное равновесие было ключевым фактором. Пришлось идти к психологу, работать со своей виной перед сестрой, с комплексом «хорошей удобной девочки», которая всех должна сделать счастливыми.
Для меня это был очень сложный шаг — открыться постороннему человеку, обсуждать очень личное. Но я рада, что прошла терапию и смогла сохранить своё душевное равновесие.
Жизнь такова, какова она есть, — и больше никакова.
Мы должны отдавать свою любовь тем, кто в ней нуждается, тем, кто любит нас, и находить в себе силы уходить от тех, кто нас уничтожает. Даже если это самые близкие люди. Даже если это человек, с которым ты появился на свет из одной клетки.
Когда я забеременела, то очень волновалась, что как и мамы, у меня тоже могут быть близнецы. И безумно обрадовалась, узнав, что ребёнок один. Я знаю — роди я двойню, я бы очень сильно тревожилась о том, чтобы между ними не сложились такие же отношения, как у нас с сестрой.
Месяц назад Наташа вновь вышла замуж. На этот раз за мужчину намного старше себя.
Полный, неприятный, с рыхлым лицом и мутным взглядом. Зато у него очень много денег, этого не отнять. Думаю, именно это и привлекли мою сестру в мужчине ее мечты. Вместе с ним она уехала жить за границу.
Что ж, это её выбор…
Немного отдохнув после дороги, мы отправились погулять по сочинским улочкам. Я рассматривала всё вокруг и вспоминала нашу прошлую поездку, сравнивала себя прошлую с собой настоящей.
Тогда я была безумно влюблённой, но очень неуверенной в себе женщиной. А сейчас я обрела опору и стала другой. Я спокойно говорю Вадиму о своих желаниях, не пытаюсь быть удобной. Ему это нравится, правда. Он восхищается тем, насколько я живая.
У нас, конечно же, случаются скандалы. Мы можем бурно выяснять отношения и даже какое-то время не разговаривать. Но потом обязательно миримся.
Отношения — это не про стерильную идеальность, а про умение принимать друг друга со всеми достоинствами и недостатками, про умение разговаривать и договариваться.
— Ух ты! — замираю напротив кафе Дениса.
Сейчас на нём красуется винтажная вывеска "У бабушки". Внутри почти ничего не изменилось —круглые столики, витрины с пирожными, аромат кофе в воздухе. Встречает нас Катя — она выбегает из-за стойки и сразу меня обнимает. Её беременный животик ещё больше моего.
— Как я рада тебя видеть!
— Я тебя тоже!
— Не хотела рассказывать в переписке, — она смеётся, обнимая свой животик.
— Я тоже, — показываю на свой. — А это мой Вадим, — представляю мужа и обнимаю его за руку, — наша Амелия.
— Здвавствуйте, — Ами широко улыбается, — можно мне товтик?
— Даже нужно, — умиляется Катя, — присаживайтесь, я сейчас сделаю чай и выберу для Амелии все самые вкусные и красивые кусочки.
— Ува!!!
Катя звонит Алевтине, зовёт Дениса из подсобки, и мы всей дружной компанией усаживаемся за столик у окна. Я передаю им в подарок милую тарелку из своего города.
— Через пару месяцев у нас откроется ещё один зал, мы выкупили соседнее помещение. Так что она нам очень пригодится, — Денис принимает её с благодарностью.
Мы проводим несколько часов за приятной беседой, а потом сердечно прощаемся. Я обещаю, что обязательно загляну к ним ещё.
В кафе мы набираем с собой с десяток разных пирожных с кремом — именно их я начала поглощать тоннами во время беременности. Обратно в гостиницу возвращаемся на такси.
Я счастлива, но безумно устала, поэтому спокойно ухожу на дневной сон вместе с Амелией.
Вадим использует это время плодотворно, чтобы покататься с горок
