Развод в 42. Новый директор младше меня - Виолетта Весна
— Поняла.
Он не задержался. Наши разговоры снова стали короткими, и теперь граница была не этической мерой, а последствием его поступка.
Вечером я встретилась с Марией. Мы сидели у меня на кухне и проверяли список потенциальных клиентов бюро. Раиса назвала две небольшие фабрики, которые раньше просили ее о разовых консультациях. Контакты были открытыми; она не обещала заказ от их имени. Я подготовила письма сама.
— Отправишь после приемки? — спросила Мария.
— Первое завтра утром. Я могу предложить предварительную встречу на июнь, не используя еще не завершенный результат как рекламу.
— Москва?
— Рассматриваю.
— Илья?
— Пауза.
Мария не спросила, кто кого обидел. Поставила в таблице новый срок ответа по аренде.
— Помещение держат до пятнадцатого. Если клиентов нет, отказываемся без драмы.
— Согласна.
Я отправила двум предприятиям короткое предложение: аудит запуска и управления версиями, встреча после третьего июня, без упоминания «Магистраль Плюс» до разрешения на кейс. Одно письмо ушло в Кинешму, второе — небольшой компании в Иванове.
Перед сном я открыла повестку совета. В приложении стояло мое имя как докладчика по внутреннему сценарию. Раньше план предполагал, что техническую часть представит Илья, поскольку он вносил вопрос как директор.
Теперь пришло его официальное письмо: «Прошу предоставить Александре Романовне Ковалевой право лично представить выводы и ответить на вопросы совета. В связи с личным конфликтом интересов не буду излагать ее рекомендацию или оценивать ее карьерные решения. Полная повестка и равные материалы обоих сценариев приложены».
Он не написал мне, что это попытка исправить отношения. Не попросил подтвердить, что я оценила жест. Просто вернул мне место, которое раньше собирался занять сам.
Я приняла приглашение и указала оборудование, нужное для показа исходных данных. Личный ответ оставила пустым.
Утром мне предстояло говорить за себя перед людьми, которые могли закрыть цех. Илья мог открыть заседание, но мой план больше не проходил через его голос.
ГЛАВА 18. Мой голос на совете
На заседании совета мне дали двадцать минут и право самой решать, на какие слайды их потратить.
Илья открыл встречу. В комнате сидели трое представителей собственников, финансовый руководитель, юрист и я. Лариса подключилась со стороны «Магистраль Плюс». Раиса, Зоя и Денис ждали в соседней переговорной: их приглашали на вопросы по своим участкам.
— Рассматриваем два сценария выполнения заказа и будущего швейного цеха, — сказал Илья. — Мой личный конфликт интересов с исполнителем раскрыт. Я не буду представлять ее выводы или участвовать в оценке ее договора. Управленческий расчет и внешние предложения подготовлены отдельными блоками. Александра Романовна, вам слово.
Он сел. Не рассказал за меня предысторию и не назвал мой план лучшим до обсуждения.
Я начала с условий, при которых внутренний сценарий не рекомендую: отрицательный внешний протокол любой ткани, отказ банка от условного транша, отсутствие дополнения с заказчиком и рост переделки выше порога первой партии. Потом показала фактический тест, стоимость двух материалов, доплаты второй смене, сервис, лизинг приспособления и цену отказа от трех моделей.
— Почему фабрика должна сохранить восемьдесят два производственных места, если внешний вариант дешевле в первые два месяца? — спросил представитель собственников.
— Это решение совета, — ответила я. — Моя рекомендация основана не на числе мест само по себе. Подрядчик с низкой ценой не подтвердил старт в нужный срок. Второй подтвердил пилот, но массовая линия начинается позже клиентского запуска и требует внешнего контроля. При горизонте года внутренний цех становится выгоднее только при загрузке выше шестидесяти восьми процентов. Ниже этого порога аутсорсинг рациональнее.
— У вас есть заказы на такую загрузку?
Илья включил микрофон:
— Текущий портфель и прогноз продаж представлю после технического блока. На сегодня подтвержденная загрузка после «Магистраль Плюс» составляет пятьдесят семь процентов. Остальное — коммерческий риск, который беру в свой сценарий.
Он не использовал мою презентацию, чтобы скрыть собственную слабую часть.
Оксана спросила:
— Что даст лизинговое приспособление?
— Сократит перенастройку на ключевой операции, — сказала я. — Но оно требуется после банковского решения и не спасает первую приемочную партию. Ее фабрика делает на существующем оборудовании с учтенным временем. В расчет окупаемости включены платежи и сервис.
— А если банк продлит линию только на короткий срок?
— Тогда срок лизинга должен совпадать с подтвержденным горизонтом или покупку нужно отложить. Внутренний сценарий останется дороже и потребует сокращения объема других заказов. Это ограничение указано здесь.
Один из собственников листал внешний расчет.
— В аутсорсинге заложены расходы на закрытие цеха. Они завышены?
Финансовый руководитель ответил:
— Включены выплаты и процедура по текущей численности, расторжение части договоров обслуживания, хранение оборудования и контроль подрядчика. Часть расходов уточняется. Мы дали диапазон и консервативно взяли верхнюю границу.
— То есть внешний вариант может стать дешевле еще на полмиллиона.
— Может.
— Почему тогда внутренний?
Я открыла подтверждения мощности подрядчиков.
— Потому что цена без срока не выполняет контракт. Если совет решит закрыть цех как долгосрочно убыточный,
