Измена. Ты выжгла мне душу - Мария Мендес
— Мы обязательно уйдём, — отвечает он спокойно, не сводя с меня глаз. — Но сначала поговорим с доктором.
Он переводит взгляд на Лену, которая всё это время молча наблюдает за нами.
— Где Назар? — спрашивает он.
— Он скоро должен прийти, — отвечает она тихо. — Ещё на смене.
Меня накрывает волна ужаса от понимания того, что я попала в ловушку. Руслан специально привёз меня сюда, зная, что Назар вернётся. Он хочет разоблачить его, показать мне правду. Но эта правда уже убивает меня изнутри.
Назар воспользовался моей уязвимостью. Моей потерей памяти, моей растерянностью. Строил со мной отношения, зная, что дома его ждёт женщина с его сыном.
Но и я не могу снять с себя ответственность. Я тоже виновата. Зная, что у меня есть мужчина, сын, семья, я позволила Назару занять место в моих мыслях. Флиртовала с ним, мечтала о нём, предавала Руслана в своём сердце.
Стыд жжёт меня изнутри. Мне тяжело дышать, хочется провалиться сквозь землю. Я не знаю, как дальше быть, сможет ли Руслан принять меня обратно после всего случившегося...
— Руслан, прошу тебя, давай уйдём, — повторяю я, чувствуя, как голос дрожит.
В этот момент в квартире раздаётся звук ключей. Дверь открывается, и в прихожей появляется Назар. Он замирает, увидев нас, его лицо выражает полный шок. Секунду он стоит не двигаясь, явно пытаясь осмыслить происходящее, а затем медленно проходит в гостиную.
Назар садится напротив Руслана, его движения напряжённые. Я чувствую себя ужасно в этой унизительной ситуации, хочу сбежать отсюда как можно быстрее.
— Руслан, пожалуйста...
— Вера, — перебивает он меня спокойным голосом. — Между нами было много дерьма в последние годы. Мы развелись, потому что в какой-то момент я оступился. Думал, что мне всё дозволено. Но ты быстро вернула меня с небес на землю. Ушла, будучи беременной.
Каждое его слово режет меня изнутри. Я стою и слушаю, как он спокойно перечисляет все наши ошибки, всю нашу боль.
— Ты позволила Назару ухаживать за собой, — продолжает Руслан, не отводя от меня взгляда. — Вроде бы на этом можно было поставить логическую точку, но... Он оказался тоже не святым. Строил с тобой отношения, понимая, что у него есть женщина, которая скорее всего носит его ребёнка.
Я бросаю взгляд на Лену. Она сидит с каменным лицом, прижимая к себе малыша, но я вижу, как дрожат её губы.
— Но ты выбрала меня, даже не зная об этом, — голос Руслана становится жёстче. — Ко всему этому добавлю ещё одно. Доктор пытался принудить тебя к близости, когда ты его бросила. Ну а то, что он попробовал испытать удачу снова, когда ты потеряла память... дальше ты и сама знаешь, что и как было.
Мне кажется, что я вот-вот упаду. Его слова обрушиваются на меня, как ледяной водопад. Я чувствую себя облитой грязью, униженной, разбитой.
— Я со своей стороны сказал всё, что должен был, — заключает Руслан. — Если кто-то из вас хочет тоже высказаться, самое время. Пора заканчивать с этой ерундой.
Назар прокашливается, смотрит сначала на Лену, потом на меня.
— Вера… Всё, что он сказал, правда, за исключением пары моментов, — начинает он, и его голос звучит устало. — Я не оправдываю себя за поведение с тобой тогда. Был дико зол и пьян, но я бы остановился. Я не монстр, Вера.
Он делает паузу, собираясь с мыслями.
— Что касается Лены... Я ей не поверил. Она делала вид, что встречается с другим, чтобы я приревновал. Мои сомнения были не беспочвенными. А что касается настоящего... да, она живёт со мной в целях безопасности, но мы не вместе.
Я смотрю на Лену и вижу, как болезненно она реагирует на его слова. Она пытается сохранить лицо, но мне, как женщине, слишком хорошо знакомы эти попытки скрыть боль. Лена всё ещё любит его, а он безжалостно ранит её на глазах у посторонних людей.
— Прости, Вера, — продолжает Назар, и голос его становится умоляющим. — Я пытался игнорировать свои чувства, но я всегда любил тебя. И я не мог не попробовать, особенно когда почувствовал твой искренний интерес ко мне.
Меня накрывает волна отвращения. Особенно больно видеть, как страдает Лена от его слов. Женщина, которая родила ему ребёнка, а он говорит о любви к другой прямо при ней.
— Руслан, — прошу я дрожащим голосом, — увези меня отсюда. Пожалуйста.
Он встаёт, берёт меня за руку и выводит из квартиры. Как только мы оказываемся в подъезде, он отпускает мою руку. Я закрываю рот ладонью и начинаю плакать. Слёзы текут сами собой, я не могу их остановить.
Иду за Русланом молча, чувствуя себя самой жалкой женщиной на свете. Сажусь в машину и сразу отворачиваюсь к окну, не в силах смотреть на него.
Всю дорогу домой мы едем в тишине. Я плачу, глядя в окно, а он молчит. Когда мы приезжаем, он кивает охране подойти, чтобы сопроводить меня.
— Возвращайся к сыну.
— А ты? — спрашиваю я, вытирая слёзы.
— Думаю, нам лучше дать друг другу время, — говорит он спокойно, но решительно. — Нам обоим нужно разобраться в том, что случилось.
—Ты… Ты бросаешь меня?
Я была в ужасном состоянии. Опозоренная, униженная и смертельно уставшая от всех, а главное от самой себя, я больше не могла терпеть эту неопределённость. Мне нужно было знать, что будет дальше. Хотела услышать правду, даже если она меня окончательно добьёт.
Руслан повернулся ко мне и грустно улыбнулся.
— Женщина! Ты выжгла мне всю душу, превратила в пепел всё, чем я был. От меня ничего живого не осталось. И всё равно, даже в таком состоянии, я готов гореть снова и снова, лишь бы ты была рядом. Потому что жизнь без тебя хуже любой смерти.
Эпилог.
Эпилог.
Год спустя
Солнечный свет мягко струился через большие окна гостиной, освещая играющего на ковре Давида. В свои полтора года он уже уверенно ходил, а сейчас сосредоточенно строил башню из разноцветных кубиков, время от времени радостно лепеча.
Я сидела в кресле и наблюдала за сыном, одной рукой поглаживая едва заметный округлившийся живот. Четыре месяца. Ещё рано говорить об этом всем, но Руслан уже знал и
