Другие дороги - Иар Эльтеррус
— Проблема обучить ее как следует, — проворчал ректор. — Придется приглашать мастера издалека и платить ему огромные деньги. Я даже знаю, кого приглашу, он давно ищет себе ученика. Не откажется, помимо того, и преподавать основы ментальной магии обычным студиозусам. Но финансирование этого вопроса попрошу взять на себя, у меня просто не хватит средств, чтобы заплатить столько, сколько запросит мэтр Арисанх.
— Передайте ему, что мы готовы заплатить адамантитом, — усмехнулся старший майор. — Нам удалось добыть некоторое его количество.
— О, тогда он еще охотнее наймется, — заверил Натан Борисоввич. — Но запросит не менее двух килограммов в год.
— Приемлемо, — немного подумав, сказал Иван Фомич.
Как всегда с опозданием явилась стража, но, увидев ректора «Нирвана», никаких требований предъявлять не стала, удовлетворившись заявлением того, что работорговцы напала на студиозусов «Нирвана». Стражники только ошалело переглянулись — мэтр Авигдор имел в Алендаре страшноватую репутацию, и чтобы напасть на его подопечных, следовало быть полными идиотами. Лейтенант только попросил оплатить уборку трупов. Старший майор вручил ему два золотых — один за уборку, второй на выпивку.
Студиозусов отправили в общежитие под охраной бойцов из отряда капитана Лонгрина и десятка автоматчиков, а Иван Фомич с Натаном Борисовичем, захватив с собой слабо трепыхающуюся Айгюль и растерянную Степаниду, отправились в школу. Последняя правда, не особо понимала, зачем ее взяли, но помалкивала — старшим виднее. Видимо, хотят что-то узнать по поводу нападения, и как она смогла преодолеть плетение паралича. Но девушка и сама не понимала этого. Смогла, и все. А как — понятия не имела.
До Айгюль постепенно доходило, что она сотворила, и туркменка начала всхлипывать, начиная осознавать, что ее жизнь навсегда сломана. Но изменить уже ничего было нельзя. Ее привели в ритуальный зал, где лично ректор провел ритуал лишения магической силы. Когда тот завершился, девушка ощутила пустоту в месте, где привыкла чувствовать свой дар.
— Все, можете забирать эту малолетнюю дурочку, она больше не маг и больше таковым никогда не станет, — безразлично заявил Натан Борисович. — Я обрезал ей все энергоканалы, подобные ей не должны иметь возможности манипулировать энергией.
На руках Айгюль снова защелкнулись наручники, после чего ее отвели в особняк лорда Дара, откуда переправили на «Петроград», а затем на челноке спустили в Москву и передали в руки оперативников главного управления столичного НКВД. Ей еще только предстояло пройти все круги ада, в которые байская дочь угодила по собственной глупости.
Степанида довольно долго смотрела вслед плачущей туркменке и укоризненно качала головой. Ну кто бы мог подумать, что эта восточного вида скромная девчонка — враг, лютый и бескомпромиссный. Она никогда раньше не сталкивалась с буржуйскими недобитками, а вот поди ж ты — довелось.
— Расскажите, милая девушка, почему вы захотели получить еще один тревожный амулет, — попросил ректор.
— Я и сама не знаю почему, но в последние дни мне давало покоя предчувствие беды, — попыталась объяснить Степанида. — Меня буквально колотило, возникало ощущение, что надвигается что-то страшное и неотвратимое. Я не понимала, что происходит, поэтому взять еще один амулет показалось правильным. Благо товарищ куратор пошел мне навстречу и выдал вот этот шнурок, — она покачала кончик упомянутого шнурка, — а я привязала его к своему лифчику, оставалось только сунуть руку под кофточку и дернуть за него. После того, как амулет оказался у меня, я ощутила огромное облегчение, словно камень с души свалился.
— Дар сработал, — покивал Натан Борисович. — Именно так действует только что активировавшийся дар ментальной магии. Вам, милая девушка, вскоре предстоит изучать еще один предмет. Очень сложный. Нужно только дождаться прибытия наставника. Где-то через месяц.
— Предстоит, значит буду изучать, — пожала плечами Степанида. — Главное, чтобы… вот такого больше не случалось.
— Не случится, — хищно усмехнулся ректор. — Я преподам заинтересованным лицам несколько хорошо запоминающихся уроков, никто больше не осмелится. Но это не отменяет необходимости соблюдать осторожность. Больше с такой слабой охраной вы в город не выйдете. Пока не дорастете хотя бы до уровня мастеров, способных защититься самостоятельно.
— Правильно! — резко кивнула Степанида. — Обойдемся.
— Еще одно, товарищ Незлобина, — внимательно посмотрел на нее Иван Фомич. — Хочу предложить вам пойти на службу в НКВД. Органам очень нужны ваши таланты.
— Если Родине нужно, чтобы я служила в органах, я готова, — наклонила голову девушка.
— В таком случае завтра после занятий я приду в общежитие, и мы с вами поговорим более предметно, — улыбнулся старший майор. — А теперь можете быть свободны. Вас отведут.
— Не нужно, я переправлю товарища Незлобину в общежитие прямо отсюда, — вмешался Натан Борисович. — Подойдите сюда, милая девушка, и дайте мне вашу руку.
Степанида подошла к ректору и протянула ему руку, в глазах после этого на мгновение потемнело, и она оказалась во дворе особняка-общежития. Остальные студенты были уже здесь, они кучковались, обсуждая случившееся и с подозрением поглядывая друг на друга, — предательство Айгюль без последствий не осталось.
— Степка! — кинулась ей на шею Юна. — Это что за ужас такой был⁈
— Работорговцы, — хмуро ответила сибирячка. — И дочь буржуйскизх недобитков, предательница проклятая. Но ничего, Айгюль за все ответит, полной мерой. Ее уже лишили магической силы и отправили в Москву, там будет следствие, а потом суд.
Остальные студенты обступили девушку, подошли также Сергей Юрьевич и Иван Петрович, комендант общежития и куратор их группы.
— Вот как бывает, товарищи, — заговорил последний. — Живет рядом с вами человек, как будто свой, советский, на первый взгляд, а потом выясняется… вот такое. Больно осознавать предательство, понимаю, но искренне советую всем вам сделать выводы.
— Больше нас с малой охраной отпускать в город не будут, — покосилась на него Степанида. — И правильно, скажу я вам. Что мы там не видели? Знаете, что с нами было бы, если бы мне не удалось преодолеть плетение парализации и активировать второй амулет? Нас, девушек, изнасиловали бы и продали в публичные дома. А парней… Простите за откровенность, кастрировали бы и отдали в гаремы богатых извращенок. Так что думайте, что стоит делать, а чего не стоит. Мы не дома, мы в чужой стране, где дикие для нас порядки. Страшные порядки! Да, спасибо товарищу ректору, теперь нас будут бояться трогать, он обещал позаботиться о том, чтобы виновные были наказаны. Но нам тоже надо думать, головами, а тем
