Зов Юкона - Роберт Уильям Сервис
То близ, а то далече
Глаз любопытных вижу круг,
Мерцающих как свечи.
Так мысли были далеки
От зол мирских и гнева —
А тут из чащи огоньки
Мерцают справа, слева…
В них всё – опаска, смелость, страх;
Прозрачны, словно тени.
Они задвигались в кустах —
Я понял: то олени.
Клонило в сон; зевнул тишком,
Пугать их не желая —
Олени прочь одним прыжком,
И снова тьма густая;
Но, просыпаясь пару раз,
Немало я дивился:
Вновь в глубине оленьих глаз
Мой костерок светился.
Оленя кротче – твари нет,
Смирней найти едва ли;
Но лишь затеплился рассвет —
Пятнистые удрали.
Любимы мною с этих пор
Среди воспоминаний —
Ночлег в лесу, ночной костёр
И нежный любопытный взор
Непуганых созданий.
Перевод А. Кроткова
Рогоносцы
«Отец, беда! Хоть плачь, хоть ной,
Хоть в петлю лазай…
Мы кареглазые с женой —
Сын синеглазый!»
«Сынок, не надо горевать,
Лить слёз потоки!
Ты кареглаз, а я и мать
Голубооки.
Твои метанья – чепуха,
Но знать тревожно,
Что бабы падки до греха,
И всё возможно.
Разгадку я нашел не враз:
Нас не надули —
Ведь у бабули карий глаз
И у дедули;
Избавь от подозрений ум,
От зла – тем паче,
Гордись женой; всему виной
Сбой в передаче!»
Перевод А. Кроткова
Хвала теплу
Комнатка – ни сесть, ни лечь.
Век немалый мой.
У стены малютка-печь
Борется с зимой.
Хлеб и мясо я люблю,
Сыт – мне повезло.
Бога славлю и хвалю
Больше за Тепло.
Тлеет уголек во мгле,
И ветра поют.
Я свернусь, как кот, в тепле —
Нега и уют.
Кто-то хочет есть и пить,
Кто-то – без угла;
Это все лишь, может быть,
Облики Тепла.
Выдох мой сгустится в пар —
Жить я не смогу.
Жизнь моя – от печки жар,
Смерть моя – в снегу.
Ноги мне согреет плед,
От огня светло.
Беден – но укрыт от бед.
Бог послал Тепло.
Перевод А. Кроткова
Стихопродавец
Мне каждый день нести не лень
Яйцо-стишок,
Ведь я пиит, трубит, гудит
В душе рожок.
Сидеть вполне удобно мне,
Востря перо;
Как допишу – бегом спешу
Питать нутро.
Я вам клянусь: прогонит грусть
Изящный слог,
Его полет меня спасет
От всех тревог.
А пенье муз подымет груз
Со дна души,
И дивный звук ласкает слух —
Сиди, пиши.
Таков – без бед и без сует —
Мой эмпирей.
О, благодать – в уме считать
Ямб и хорей!
Я снес яйцо в конце концов,
Порыв угас;
В душе покой, и в денник свой
Побрел Пегас.
Перевод Ю. Лукача
Разносторонняя личность
Всю жизнь писал картины я —
Не продал ни одной.
За страсть к мазне жена моя
Собачилась со мной.
Вот дописал я полотно,
Стараясь и пыхтя;
Не нужно никому оно,
Но рад я, как дитя.
Стихи строчил я с юных лет —
Не мог публиковать.
Забавней развлеченья нет,
И, в общем, наплевать,
Что время тратил я зазря
На рифмоплетский вздор;
Я, вдохновением горя,
Слагаю до сих пор.
И на гитаре я бренчал,
Пять песенок сложил;
Увы, мой дар не прозвучал —
Никто не оценил
Простую музыку мою.
Нет зависти во мне,
И я те песенки пою
С собой наедине.
Когда б из трёх талантов тех
Испечь один пирог —
Я мог бы обрести успех,
И скромной славы мог
Достичь… Что толку горевать
На склоне лет и сил?
Пусть неудачник я – плевать!
Зато я счастлив был!
Перевод А. Кроткова
Мой предшественник
«Скончался Дэвид год назад, —
Сказала мне жена, —
И на могилу бросить взгляд
Сегодня я должна».
«Да, дорогая, ты права,
И я с тобой пойду;
Он умер рано – в сорок два,
Всем ближним на беду».
Вдвоём на кладбище пришли
Почтить остывший прах.
Рыдания лицо свели,
И грусть была в сердцах.
Она, потоки слёз точа,
Склонилась над плитой…
Я ненавидел ловкача,
Что спал в могиле той.
Я холост был, свободен, горд,
И процветал вполне,
А он скончался, хитрый чёрт —
И сбыл супругу мне.
Нести придётся до седин
Навязанный обет.
И горевал лишь я один,
Что Дэви больше нет.
Перевод А. Кроткова
Восхождение во ад
В мой смертный час он был со мной,
Сказав: «Недолго ждать!
Там, за юдольной суетой,
Мы встретимся опять.
Одно желание таю,
Чтоб в самый краткий срок
С тобой в заоблачном раю
Соединиться мог».
Красив, но пуст небесный сад —
Я о любви грущу.
Я на минутку и назад, —
Лишь Вилли навещу,
Коснусь бесплотною рукой, —
Как прежде, сердца стук…
И вдруг! В объятиях другой
Лежит мой милый друг.
И смех его как злая весть
Вонзился в грудь, звеня, —
