Время сурка - Владимир Яковлевич Гржонко
– Слушай, старик, я тут немного потерялся, – произнес я самым непринужденным тоном. – Ну ничего не лезет в голову! Может, подскажешь, как оно обычно бывает, хотя бы приблизительно? Ну в смысле, что за сценарии у вас тут разыгрываются…
Гена с довольным видом рассмеялся, потер руки и начал рассказывать. По его словам, сценарии пэ-вэ сначала писала сама Рита, но потом призналась, что они у нее получаются какими-то однообразными, с уклоном в мистику или секс, а требуется более широкий подход. Потому что и мистика, и секс как ресурс для проверок себя уже исчерпали. То есть, конечно, не совсем, но… В общем, срочно потребовался новый незамутненный взгляд, следовательно, и свежий сценарист. Поэтому всем им запрещено рассказывать мне об уже принятых и отыгранных сценариях.
– Но… – Гена помедлил и, воровато оглянувшись на Ритин кабинет, из чего я сделал вывод, что камеры слежения действительно существуют, тихо добавил: – Но если очень нужно, я могу помочь. Только, понимаешь, если ты напишешь что-нибудь похожее на сделанное раньше, то Рита… Тут вот какое дело. Никто, даже Феликс, толком не знает, где Рита берет заказчиков и на что именно мы проверяем клиента. Ну в смысле, понятно, что это пэ-вэ, но кому и зачем это нужно, известно одной только Рите. Ну а Рита…
Толстый Гена замялся, потом не очень естественно закашлялся, приложив ладонь ко рту и многозначительно округлив глаза, и, только проделав все эти манипуляции, шепнул, что ему, например, непонятно, кто такая сама Рита и откуда у нее эта контора, тем более что средства им отпускаются какие-то немыслимые, прямо миллионы… Но проверяют они не каких-нибудь воротил или политиков, а все больше так, мелочовку вроде дантистов да мелких владельцев недвижимости.
– Правда, – Гена отнял руку от губ и развязно подмигнул, – говорят, все это были лишь тренировки. С твоим приходом у нас начнется совсем другая работа… Из-за этого твоего романа на тебя сделана большая ставка, имей в виду! А что касается отыгранных сценариев, да вот хоть вчера…
В этот момент щелкнул замок входной двери, и в проеме появилась Рита. Я невольно вздрогнул, а подлый Гена вдруг заорал:
– Нет-нет, даже не проси, Паша! Никаких подсказок! Сам разбирайся!
Рита помедлила в дверях, словно оценивая обстановку, и решительно направилась ко мне. Жестом указала Гене на свой кабинет, и тот, не произнеся ни слова, скрылся в нем, закрыв за собой дверь. Рита смотрела на меня, как будто мысленно что-то взвешивая, а потом неожиданно громко воскликнула:
– Гена, не соблаговолите ли принести мое кресло?
В ту же секунду из кабинета выскочил Гена и как ни в чем не бывало подкатил кресло с высокой спинкой. Потоптался немного на месте, за спиной Риты показал мне сложенные колечком пальцы и опять скрылся в кабинете. Рита уселась напротив, опустила руки на колени и вздохнула.
– Ну что, Пашенька, придется с вами поработать, голубчик. Провести, так сказать, курс молодого бойца… Вы отслужили в армии, должны помнить, что это такое. Так вот, не скажу, что вы меня разочаровали, но похоже, – она бросила красноречивый взгляд на монитор, – вы пока не собрались с мыслями. Что ж, давайте просто порассуждаем.
Рита подняла глаза к потолку и задумалась. Видно было, что ситуация доставляет ей удовольствие. Я же думал о другом. Если верить предателю Гене, мне предложили работу именно из-за моего романа, и это было для меня важнее всего. Неужели Рита прочитала роман, и он ей понравился настолько, что один мой день теперь оплачивается лучше, чем неделя работы на Коца? Секундочку, но ведь этот роман – тоже в каком-то смысле проверка на вшивость…
– Надеюсь, вам понятно, – наставительно произнесла Рита, – что производить комплексную проверку на все семь смертных грехов слишком хлопотно. Но если поместить человека в ситуацию, когда с него слетает, так сказать, маска цивилизованности, то вполне можно судить о его слабостях. Полагаю, – Рита поджала губки, – что спорить с этим утверждением, вы, голубчик, не будете?
Я кивнул, хотя плохо понимал, к чему она ведет.
– Так вот, сегодняшний цивилизованный человек – это человек, свято верящий в привитый ему семьей и школой набор социальных мифов. Причем большая часть этих мифов воспринимается на подсознательном уровне. Это что-то вроде умения держаться вертикально: вы его не осознаете, но стоит его потерять, как все для вас в буквальном смысле полетит кувырком. Иными словами, достаточно просто поставить человека в глупое положение, заставить его растеряться или испугаться, как вся его цивилизованность – или, если хотите, воспитанность, – мгновенно испарится. – Рита хитро подмигнула мне, глаза ее снова заблестели и стали совсем молодыми. – Позвольте задать вам несколько интимный вопрос?
Я озадаченно кивнул.
– Видели ли вы себя когда-нибудь во сне стоящим голышом посреди улицы? Да что я спрашиваю, конечно же, видели! Разбираться с человеческим подсознанием мы сейчас не будем, но вот представьте себе, что такой конфуз каким-то образом случился с вами не во сне, а на самом деле. Вышли вы из дома одетым, а потом где-нибудь, скажем на Пятой авеню в Манхэттене, вдруг обнаружили, что костюм ваш, равно как и белье, исчез… Как вы поступите в таком случае?
Я видел, что она действительно ждет ответа, поэтому промычал что-то невнятное и пожал плечами. А черт его знает, как бы я поступил. Рита снова угадала мои мысли.
– Конечно, это трудно себе вообразить, – сказала она проникновенно, – но видите ли, Паша, я знавала людей, которые признавались, что в этом случае умерли бы от стыда. Умерли в буквальном смысле слова. И я им верю. Но были и другие, которые говорили, что просто ограбили бы первого же попавшегося прохожего и надели на себя его одежду… И этим я тоже верю. Ладно, давайте ближе к делу. Берем, к примеру, нашего клиента Шумкина. Вы знаете, что он теперь не только журналист, но и общественный деятель. Так вот, представьте себе ситуацию: Шумкин приходит в горсовет, где кто-то меняет местами таблички на мужском и женском туалетах. Причем делает это непосредственно перед тем, как сей государственный муж решает отправиться туда по понятной нужде. Что происходит дальше? Наверное, ничего особенного… ну небольшое недоразумение, заработался человек, о судьбе города и страны задумался, бывает. А что если в этот момент в туалете окажется молодая красивая особа, скажем, не совсем одетая, но готовая поднять крик и обвинить Шумкина в сексуальных домогательствах? Тем более что шутник, поменявший
