Огни в Снежном - Николай Васильевич Угловский
— Ладно, примем меры, — кивнул Панкратов. — Я с народом поговорю, подумаем, что можно сделать. До утра, конечно, вагоны пустыми стоять не будут.
XXIII.
Коммунисты Снежного собрались в кабинете Разгулова. Пелевин, сидя один за столом, внимательно вглядывался в лица присутствующих, и ему представлялось, что каждого из них тревожит та же мысль, которая и его волновала: как там, в лесу? Хмурое лицо Разгулова имело такое выражение, словно он каждому хотел сказать: «Мне помешали, оторвали от дела в самый горячий момент, и я же, по-вашему, виноват? Поглядим, что вы скажете под Новый год, когда Разгулов начнёт получать поздравления за перевыполнение плана…».
Большинство коммунистов пришло прямо из леса. Трудовое возбуждение ещё не успело остыть, оно чувствовалось и в жестах, и в оживлённом разговоре, и во взглядах. Сдвинув стулья, тесной кучкой сидели мастера — усатый Панкратов, степенный, бритоголовый Попов, подвижной, щеголеватый Селезнев. Устинова, сидевшая поодаль, внимательно прислушивалась к их беседе.
— Спасским пол-дела на сосновых делянках работать, — говорил Панкратов, тыча пальцем в газетный лист, где была напечатана последняя сводка о ходе соревнования леспромхозов области. — Знаю я этот лес, бывал. Сучьев почти нет, деревья — во какие! Обработал три хлыста — и вот тебе пять кубов! А моему трактористу, чтобы пять кубов подвезти, надо с дюжину хлыстов подцепить. А сучкорубам сколько с ними возни — беда! Хвои на складе — горы. Да к тому же у меня сейчас лес пошёл вовсе мелкий, выкручивайся, как знаешь.
Досрочно завершив годовую программу, Спасский леспромхоз выполнил также половину сезонного задания и в сводке занимал первое место. Крутогорцы шли на третьем, потому-то и досадовал Панкратов.
— Не прибедняйся, Афанасий Петрович, я ведь тоже в последнее время на недорубах работаю, — усмехнулся Селезнев. — Ель везде одинакова, и у спасских её достаточно, не в том причина.
— А в чём же? Они ведь, на нас глядя, недавно на двусменную работу перешли, а вот поди ж ты… успели-таки на первое место выскочить.
— Значит, порядка у них на делянках больше, — заметил Попов, — это одно, а второе — говорят, они уже третью смену вводят, вот как.
— Вряд ли, — недоверчиво покачал головой Панкратов. — Мы-то ведь ещё не перешли на три смены. Где же они людей набрали?
— А ты думал, они нас будут ждать? — засмеялся Попов. — Да и не в количестве людей дело, сам знаешь. Чем больше порядка, тем меньше требуется людей.
— А про пятый участок забыл? Ему ведь тоже полный штат нужен.
— Если бы забыл, про третью смену не говорил бы. Штат надо готовить заранее. Я, к примеру, могу хоть завтра двух лебёдчиков предоставить. Пока они у меня прицепщиками работают.
— Ишь, ты, какой запасливый! — улыбнулся Панкратов. — Да ведь для пятого мастерского участка не лебёдчики, а трактористы понадобятся, неужели не слыхал?
— Тракториста из лебёдчика, по-моему, легче сделать, — ответил Попов.
— И везёт же этим спасским! — с завистью произнёс Селезнев. — Они спецзаказ от Каховской ГЭС получили, вот и стараются. Дали бы нам такой заказ, мы тоже показали бы темпы.
— Чудак, а куда же наш лес идёт? Заказ у нас у всех один, все мы работаем на коммунизм, — вмешался в разговор Фалевский.
— Так-то так, а всё-таки, — смутился Селезнев, заметив улыбку Устиновой. — Будь заказ, в Каховке знали бы точно, кто им лес поставляет, а то обезличка получается.
Он подвинулся со стулом к Устиновой, вполголоса спросил:
— Много ещё платформ у вас осталось, Надежда Николаевна?
— Сейчас уже немного. Справимся.
— Я бы, ей-богу, взял у вас лишние, было бы чем их перетащить. Но вы не волнуйтесь, вспомните поговорку: нет худа без добра. Завтра нас будут поздравлять с рекордной вывозкой.
— Скорей всего, выговор дадут за простой порожняка, — невесело улыбнулась Надя. — Нет уж, избавьте нас от таких рекордов. Сегодня рекорд, а завтра нас могут оставить вовсе без платформ. И обижаться будет не на кого, виноваты сами.
— Ну, виноват-то, положим, один Разгулов. Да и он для лесопункта, а не для себя старается.
— Вот и выходит, что для себя. Лесопунктов в леспромхозе четыре, а Разгулов об этом забыл.
Тем временем разговор в кружке Панкратова ещё более оживился. Газета перешла в руки Фалевского, и он вслух стал читать телеграммы из-за границы. На лице его выражалось то сочувствие и даже восхищение, то возмущение и даже гнев. Соответственно менялась и реакция слушателей.
Лапин вошёл в комнату незаметно и, расстёгивая полушубок, внимательно прислушивался к разговору. Сидевшая ближе к двери Устинова первая увидела замполита и подтолкнула локтем Панкратова. Тот вдруг смущённо умолк, и все враз задвигали стульями.
— Здравствуйте, товарищи, — весело заговорил Лапин. — Что ж это вы не в клубе собрались? А я было туда направился по старой памяти, захожу, а там, оказывается, Куканов с будущими трактористами занимается. Жаль, не пришлось дослушать. Извините за опоздание…
Устинова встречалась с замполитом всего один раз, в первый день по приезде в леспромхоз, однако у неё уже составилось о нём определённое мнение. Он казался ей простым, доступным человеком, внимательным к людям. Лапин внушал к себе такое же доверие, как и Пелевин. Трудно сказать, почему так думала Надя, но это было её твёрдое убеждение. Замполит был невысок, сухощав, румян, его голубые весёлые глаза, казалось, не могли и не умели быть строгими. В его движениях чувствовались незаурядная энергия и непринуждённость. Говорили, что Лапину перевалило за сорок, но выглядел он гораздо моложе. С большинством присутствующих замполит был на ты и разговаривал так, словно виделись они всего полчаса назад. Надя не слышала, чтобы Лапин кого-либо спросил: «Что нового?», «Как живёшь?» — и из этого заключила, что он отлично знает, кто как живёт, и знает все новости Снежного. Его точные, прямые вопросы требовали таких же точных, прямых ответов. Ей он сказал:
— Вы получили из наших мастерских четвёртый трактор? Хорошо ли отремонтирован?
— Прибыл, — будто новенький. Только уж очень долго его ремонтировали.
— Верно, долго. Теперь будем ремонтировать добротно и быстро. А вы разве собираетесь и впредь наши мастерские загружать?
— Нет, что вы! — вспыхнула Надя. — Машины мы пуще глаза бережём. В случае чего, на месте ремонтировать будем.
— Не подумайте, что леспромхоз отказывает в ремонте. Но раз вы берётесь ремонтировать сами, мы пойдём вам навстречу. Скоро пришлём в Снежный передвижную мастерскую с новейшим оборудованием. Чудесная мастерская! — И, уже отходя, внезапно спросил: — Вас тут не обижает начальство?
— Нет, Иван Фомич, на начальство пожаловаться не могу.
После того, как был избран
