положить рядом, то шкура леопарда теряет волосы, другая же нет»
(Гор-Аполлон. Книга иероглифов. II. 70). О том, что тимпаны или литавры, сделанные из волчьих шкур, заставляют «неметь» другие тимпаны, пишет Оппиан. «Если, содрав с волка шкуру, ты сделаешь хорошо звучащий тимпан, дидимийский, «теряющий плод», то он зазвучит наравне со всеми; другие же тимпаны, сначала громко звучащие, он заставляет смолкнуть, и, наконец, заглушает все звуки. Мертвая овца содрогается от ужаса до смерти, хотя и волк мертв»
(Оппиан. Искусство псовой охоты. III. 282–287). «Если шкуру льва положить на другие шкуры, то изо всех них вылезет вон шерсть»
(Хубайш Тифлиси. XII. 34а).
27
«У ржанки есть такой дар, за который, клянусь Зевсом, она достойна самого большого почитания. Если человек, больной желтухой, пристально посмотрит на нее, и она ответит, не отводя взгляда, как будто соперничая, то этот ответный взгляд излечивает человека от названного недуга» (Элиан. О свойствах животных. XVII. 13).
28
Это цитата из «Восточной истории» Якова де Витри (1160–1240), епископа Акры.
29
Представление о том, что гиена могла воздействовать на свою жертву через ее тень, восходит к древнегреческим «Рассказам о диковинках»: «В Аравии, как рассказывают, водится разновидность гиен, которые, взглянув в глаза животного или наступив на тень человека, вызывают у тех оцепенение и такую неподвижность, что они не в состоянии пошевелиться. Такое же воздействие они оказывают на собак» (Псевдо-Аристотель. 145). У Элиана, наоборот, особое свойство приписывается тени самой гиены: «На собак она нападает следующим образом: в полнолуние, оставив блеск луны позади себя, отбрасывает свою тень на собак, тотчас заставляя их молчать, и, зачаровав, как колдунья, увлекает их за собой со связанными языками и делает с ними тогда что хочет» (Элиан. О свойствах животных. VI. 14).
30
В свою очередь, Солин ссылается на Аполлонида, автора описания плавания вокруг Европы (жил не ранее первой половины I в. до н. э.). «Аполлонид сообщает, что в Скифии встречаются женщины, которых называют битиями. У них в глазах двойные зрачки, и если такая женщина в сердцах на кого посмотрит, тот человек умирает» (Солин. 1. 101).
31
Представление о магическом круге из венка травы цестрон, известной как черная буквица, отражено в поэме Одо из Меунга (XI в.): «Если из буквицы, свежей гирляндой сплетенной, окружишь змей, — и об этом найти подтвержденье у Плиния можно, — то никакая змея не дерзнет за нее перебраться, но от укусов своих и ударов хвоста погибает» (Одо из Меунга. О свойствах трав. XI. 483–485. Цит. по: Медицина в памятниках латинской и греческой литературы. М., 1966. С. 230).
32
В конце концов, эти сведения вошли в арабские лечебники: «Если постящийся человек плюнет змее в рот, особенно держа во рту нашатырь, это один из способов ее убить» (Ибн Сина. Канон. IV. 6. 3. 7).
33
Племя псиллов славилось искусством заклинания ядовитых змей и лечения от их укусов; этими змеями были аспиды, но не василиски.
34
sibilaque effundens cunctas terrentia pestes, ante uenena nocens, late sibi summouet omne uulgus et in uacua regnat basiliscus harena.
35
Сведения об этом вошли и в средневековый персидский трактат: «Если лев увидит белого петуха, он убежит от него» (Хубайш Тифлиси. XII. 8а).
36
Пядь — половина локтя; локоть примерно 44 см. О такой же длине змеи говорит и Аристотель.
37
Шибр — пядь, мера длины, равная примерно 22,5 см. Следовательно, длина змеи была около 70 см
38
«Experimentator». Анонимная латинская энциклопедия о природе (начало XIII в.).
39
Исидор Севильский. Этимологии. XII. 4. 9.
40
Solinus. Collectanea rerum memorabilium. 27. 51–53.
