Жаркая зима - Сергей Иванович Зверев
Из коридора послышался топот ног. Ермаков уже не сидел — командовал на ходу:
— Петров, Сидоров — первая машина, немедленно на выезд! Козлов, Савельев — вторая, за ними! Громов поедет на третьей!
Инспекторы надевали бронежилеты, проверяли оружие. АКС–74У — автомат Калашникова складной, укороченный, калибра 5,45 — с подсумками. Движения быстрые, без паники.
Громов вышел в коридор, перекрикивая гул, приказал:
— Ермаков, свяжись с управлением в Иркутске! Доложи им ситуацию. Пусть подключают СОБР — отряд специального назначения Росгвардии. Это не хулиганство. Это диверсия.
— Понял!
Громов ступил на крыльцо. Холод ударил в лицо. Ноябрьские сумерки давили на небо темно-серое, почти черное.
Патрульные машины — три «УАЗа» «Патриот» с синими полосами — стояли у крыльца, двигатели уже заведены. Фары ближнего света включены. Инспекторы рассаживались по местам, хлопали дверями.
Громов занял место за рулем. Рядом — старший инспектор лейтенант Козлов.
— Козлов, за мной. Держи связь с первой и второй машиной.
— Понял, товарищ майор.
Громов включил проблесковые маячки. Синий свет замигал, отражаясь от снега.
Машины выехали с территории отдела. Громов бросил взгляд на часы — прошло пять минут после звонка.
Трасса Р 255 — четырехполосная, с разделительным барьером, с освещением, которое уже работало. Туман — плотный, липкий, фары ближнего света выхватывали куски асфальта, снег на обочинах, редкие фуры, которые прижимались к правой полосе, пропуская патрульные машины.
Громов нажал на педаль газа. Внедорожник разгонялся тяжело, но уверенно — дизель выл на высоких оборотах, вибрация передавалась в руль.
— Козлов, свяжись с ГИБДД, — бросил Громов, не отрывая глаз от дороги.
— Есть.
Козлов взял рацию:
— Первый, Третий. Докладывайте обстановку.
В динамике раздалось шипение, потом голос:
— Третий, Первый. Подъезжаем к «Теремку». Дым, обломки, люди бегают. Приступаем к оцеплению.
— Понял. Ждите.
Громов сбросил скорость, свернул на съезд. Табличка: «Кафе «Теремок» — 300 м». Дорога — разбитая, с глубокими колеями, засыпанная снегом. Машину подбросило на выбоине.
Он въехал на стоянку. Глянул на циферблат — ровно через десять минут после выезда. Первое, что он увидел, — дым. Черный, густой, с оранжевыми отблесками пламени. Он поднимался из бытовки на прицепе — стандартного контейнера. Крыша бытовки была развернута — металлические створки открыты, внутри сквозь рваные раны стен бытовки виднелись направляющие для дронов, провода, тлеющие остатки.
Вокруг — десятки обломков. Черные, обгорелые, разбросанные по снегу. Пропеллеры, аккумуляторы, куски пластика, микросхемы.
Снег — в копоти, в крови. Три человека сидели на крыльце кафе — кирпичной пристройки с большими окнами, с неоновой вывеской «Теремок», которая мигала красным светом. У одного — рука перевязана тряпкой, у второго — лицо в крови, у третьего бинт выступал из-под кофты.
Подбежал первый инспектор — лейтенант Петров.
— Товарищ майор, оцепление выставили. Скорая будет через пять минут. Раненые — трое, все в сознании. Гражданские уничтожили больше тридцати дронов, пока те взлетали.
— Молодцы, — сказал Громов, выбираясь из-за руля. — Опрос провели?
— Пока еще нет.
К нему подбежал мужчина — плотный, в промасленной куртке, с сединой в бороде. Дальнобойщик. Лицо раскраснелось от мороза и быстрого бега.
— Товарищ начальник, — выдохнул он. — Я Иван Петрович. Это я первый начал. Видел все.
— Рассказывайте, — Громов достал планшет, включил диктофон.
— Тягач остановился у обочины, — начал Иван Петрович, указывая рукой. — Я как раз был в кафе и смотрел в окно. Смотрю — из бытовки дроны вылетают, один за другим. Я схватил лопату и ломанулся к ней — ударял по ним. Михаил, охотник, монтировкой. Коля из кафе выбежал, тоже лопатой стал бить по ним. Сбили больше тридцати. Но штук пятнадцать-двадцать улетели в сторону аэродрома. Там взрывы раздались. Я слышал.
— Операторов видели?
— Двое выскочили из бытовки — в темной одежде. У одного за спиной автомат. Побежали к лесополосе, там двигатель снегохода было слышно.
— Водитель тягача с ними?
— А как же. Трое их было.
Громов перевел взгляд на тягач. Грузовик песочного цвета с тентом. Номер на заднем борту, под слоем копоти, но читаемый.
— А как поняли, что в сторону Среднего?
— Там дорога одна — проселок вдоль ЛЭП. К Среднему ведет. Местные все знают.
Громов записал.
— Раненые — ваши люди?
— Двое моих коллег, один — Михаил. Осколками посекло, когда дроны взрывались. Жить будут.
— Скорая едет. Держитесь.
Громов отдал распоряжение Петрову:
— Усилить оцепление. Радиус — пятьдесят метров. Никого не пускать. Найти пульт оператора и любое устройство подрыва. Это улики. И видеорегистраторы из машин изъять.
— Есть.
Громов прошел к бытовке. Снег под ногами скрипел, смешиваясь с пеплом. Пламя внутри бытовки уже затухало, но из люка на крыше все еще шел дым.
Он достал смартфон, сделал несколько снимков. Бытовка, направляющие, обломки. Потом подошел к одному из обломков дрона — почти целому. Нагнулся, не трогая, рассмотрел. Аккумулятор — литий-полимерный, емкий. Пропеллеры — карбон, с зазубринами. А главное — боевая часть. Кумулятивная. Маленькая, аккуратная, с проводами.
В динамике рации послышался голос Петрова:
— Товарищ майор, нашли пульт. У бытовки, в снегу.
Громов подошел. Пульт — планшет в защитном чехле, с кнопками по бокам. Экран треснутый, но светится. Он надел перчатку, взял его. На экране — телеметрия, остаточные команды. Launch sequence complete. Drones: 50. Armed[1].
Перевернул планшет. На задней крышке — серийный номер, маркировка на английском.
— Упаковать, — приказал Громов, передавая пульт Петрову. — В полиэтилен. Осторожно, не сотрите следы.
— Понял.
Подъехала скорая — белый «Форд» с мигалками. Фельдшер — женщина лет сорока в синем костюме — выскочила, открыла заднюю дверь. Двое санитаров с носилками направились к раненым.
Громов подошел к Ивану Петровичу.
— Показания запишут позже. Сейчас вас осмотрят врачи.
— Нет, я в порядке, — отказался дальнобойщик. — Только руки посекло. Я еще нужен здесь.
— Дело ваше. Но если почувствуете себя плохо — сразу к врачу.
Громов бросил Козлову:
— Свяжись с нарядом в Среднем. Узнай, что у них.
Громов стоял у капота своей машины, разворачивая карту на планшете. Спутниковый снимок — трасса, кафе, лес, поселок Средний.
К нему подошел Михаил. Лицо в саже, правая щека рассечена осколком и приложена салфетка.
— Товарищ начальник, я вот что хотел сказать, — начал он. — Дроны эти — не простые. Я в армии служил, в инженерных войсках. Такие штуки — они для поражения техники. Кумулятивный заряд. Броню пробивает.
— Я видел, — ответил Громов. — Вы много сбили?
— Три штуки лично. Остальные — Иван да Коля, и еще несколько человек. Мы как поняли, что к чему, — начали крушить, пока они взлетали. Иначе бы все пятьдесят улетели.
— Спасибо вам. Запишу в рапорте.
Михаил отошел.
Подошел Козлов, держа в руке флешку.
