Тайна одной деревни - Валентина Каримова
«Возвращается домой, - печально подумала я, - и, как всегда, со своими сокровищами».
Мы молча ждали, пока Евдокия неспеша пройдёт мимо, как вдруг совершенно неожиданно она остановилась и повернула в нашу сторону своё морщинистое лицо. Пристально посмотрев прямо на меня, вдруг что-то пробормотала.
- Что, простите? – переспросила я, напрягая слух.
Старуха закашлялась, и зрелище это было не из приятных, а потом хрипло повторила:
- Он снова здесь… он вернулся…
- Кто? – почувствовав неловкость, из вежливости уточнила я.
- Иуда, - ответила она вполне разборчиво, - или Дьявол. Всё одно.
Надо признаться, прозвучало это довольно зловеще. Мы опешили, не зная, как реагировать, а Евдокия как ни в чём ни бывало снова взялась за тележку и продолжила свой путь. Противный скрип продолжал раздаваться по округе, пока старуха не скрылась в темноте.
Глава 4
В ту ночь мы с Веркой плохо спали. Точнее, сначала я почти заснула, но подруга пожаловалась на бессонницу и предложила выпить вместе чаю. Пришлось проявить гостеприимство и устроить небольшое чаепитие, после чего у меня самой сна уже не было, что называется, ни в одном глазу. Промаявшись почти до самого рассвета, мы, наконец, уснули.
Утром я проснулась первой, потому что Сёма просился на улицу. Запрыгнув на мой диван, он пробрался к самому лицу и ткнул влажным носом мне в щёку, после чего спрыгнул на пол и уселся у двери, с беспокойством поглядывая на меня и перебирая передними лапами. Тяжко вздохнув, я откинула одеяло. Спать хотелось немилосердно, но ничего не поделаешь – было ясно, что кот не успокоится, пока не выйдет.
За окном сегодня было пасмурно и свежо. Накинув ветровку, я выпустила Сёмыча на прогулку и задержалась на крыльце. С удовольствием потянулась, разминая затёкшие мышцы, и тут взгляд мой упал на сложенный белый листок, лежащий прямо у ступенек и даже кем-то заботливо придавленный камнем.
«Это ещё что такое?» - мысленно удивилась я и, осторожно отодвинув камушек ногой, подняла записку.
«Проваливай отсюда, не то пожалеешь» - всё, что было напечатано на листке.
В полном недоумении я огляделась по сторонам, потом ещё раз прочитала предупреждение, затем даже подняла и зачем-то рассмотрела со всех сторон камень, которым оно было придавлено. В камне, разумеется, не было ровным счётом ничего примечательного, и я слегка пнула его ногой, убирая с дороги, а записку аккуратно сложила и сунула в карман.
Удивительно, но страха не было. Полученная записка вызывала скорее недоумение, а ещё любопытство.
«Очень интересно. Это что, шутки такие?» - подумала я и пошла через сад к задней калитке.
Так и есть – шпингалет открыт. А я точно помнила, что Ромка его закрывал, когда мы в последний раз возвращались с велопрогулки. Вот, значит, как шутник пробрался к дому. Ну, конечно, оставив своё послание, он так торопился, что не стал заморачиваться с ржавой задвижкой.
Кое-как закрыв калитку, я пошла обратно в дом в глубокой задумчивости. На крыльце снова развернула записку. Вот тут-то Верка и возникла бесшумно за моей спиной.
- Что это у тебя? – спросила она, заглядывая мне через плечо. – Дай посмотреть.
Я не видела смысла скрывать послание, раз глазастая подруга его уже увидела, и молча протянула ей листок. Глаза Верки расширились, а брови поползли вверх.
- Это что такое? – изумилась она. - Нам что, угрожают?
- Видимо, - сказала я и пошла в дом. Очень захотелось кофе.
В кухне Верка опустилась на стул и снова спросила:
- Это кто ж так развлекается? И зачем?
Доставая из шкафчика две чашки, я стала рассуждать:
- Одно из двух: либо это просто шутки ребятни, либо кто-то узнал, что я интересовалась смертью Гришки и почему-то очень не хочет, чтобы я продолжала это делать. Настолько, что даже решил угрожать.
- Ну и что думаешь делать дальше?
- Ничего, - пожала я плечами. - Если это шутки ребятни, пусть немного повеселятся, а если реальная угроза, то это означает только одно – смерть Гришки не случайна. Значит, нужно попробовать в этом разобраться.
Верка закатила глаза и покачала головой, показывая своё отношение к моим словам.
- Ты опять за своё, - вздохнула она. – Тебя хлебом не корми, дай ввязаться в какое-нибудь расследование. В тот раз понимаю, у тебя был личный мотив, а сейчас зачем лезть во всё это?
Я вкратце рассказала Верке про убийство Вики и подозрения, которые пали на Илью, но она, как и Ромка, считала, что расследование – дело следственного комитета.
- И вообще, что значит «пожалеешь»? - продолжала нудить подруга. - Ася, Ромке всё это не понравится.
Тут она, конечно, была права. Ромка, если узнает, тут же увезёт меня в город от греха подальше.
Вручив Верке чашку с горячим напитком, я сказала:
- Всё же склоняюсь к мысли, что это неудачная шутка подростков. Получается, вчера я поговорила с Рыжим о Гришке, а сегодня получила дурацкую записку. Наверняка Рыжий или его сестра растрезвонили друзьям про мой интерес и кому-то пришла в голову глупая идея поглумиться. Не удивлюсь, если они ещё откуда-то из кустов наблюдали за мной при этом.
Верка недоверчиво нахмурилась и подула на свой кофе.
- В общем, я считаю, что Ромке про это знать пока совершенно не обязательно, - подытожила я.
Подруга в ответ только хмыкнула, и на этом разговор был исчерпан.
После обеда заметно похолодало, поднялся порывистый ветер и почти сразу полил дождь. Сначала сильно, как из ведра, но длилось это недолго, постепенно дождь превратился в такой, какой может лить сутками, не переставая – мелкий и затяжной. Понимая, что делать в такую погоду на улице нечего, я решила провести время с пользой – разобрать старые вещи в комоде, шкафу и серванте, чтобы часть выкинуть, а часть забрать к себе в квартиру. Если всё пойдёт, как планировали, Поле с её мамой Надеждой понадобится место в доме для своих вещей.
Верка подрядилась мне помочь, и начать мы решили с серванта, битком набитого посудой советской эпохи. Неожиданно работа увлекла – с интересом мы разглядывали хрустальные и керамические сервизы, и даже отобрали пару потрясающе красивых чашек с ручной росписью, чтобы попозже пить из них чай.
Вечером было решено слегка растопить печь. Так, чтобы не было очень сильного жара. Ещё раз порадовавшись предусмотрительности Ромки, я распаковала упаковку дров
