Тайна одной деревни - Валентина Каримова
Я с сомнением посмотрела на Верку. Не припомню, чтобы она раньше интересовалась историей. Наталья Павловна тем временем продолжала:
- В девятнадцатом веке монастырь всё ещё худо-бедно продолжал своё существование, и часовня была построена именно тогда, в начале века. После революции пришёл приказ «сверху» всё там взорвать. А дальше, - лукаво улыбнулась рассказчица, - будет немного мистики…
Мы с Веркой молча внимали, а Иван Андреевич заинтересованно поднял брови.
- Из города приехали ответственные лица, заложили взрывчатку, но… ничего не произошло. Стали разбираться, оказалось, детонатор не сработал. Через несколько дней привезли другой, исправный, но взрывчатка, пока длились бюрократические проволочки, отсырела. В общем, с третьего раза только удалось часовню и монастырь взорвать.
- Ничего себе! – удивилась Верка.
- Местные жители, небось, саботировали подрыв, - предположил Иван Андреевич.
Наталья Павловна пожала плечами:
- Нет достоверной информации по этому поводу, нам остаётся только догадываться. Может, это совпадение, а может и нет.
- Получается, от самого монастыря вообще ничего не осталось? – уточнила я.
- Да, помещения монастыря и все постройки на его территории разобрали на кирпичи, а то, что осталось, сровняли с землёй. Частично уцелела только часовня, которая стоит немного вдалеке от места, где располагался монастырский комплекс. Вплоть до начала девяностых годов прошлого века она оставалась заброшенной.
- Её попытались восстановить? – снова задала я вопрос.
- Представьте себе, да, - кивнула Наталья Павловна. – Насколько я знаю, отсюда родом был известный в Сычёвске и за его пределами нувориш, или, как их тогда называли, новый русский – Удов Николай Серафимович. Ходили слухи, что он был негласным хозяином города и района. По крайней мере, достоверно известно, что он контролировал местные ключевые предприятия, имел поддержку в милиции и администрации. Разумеется, такой человек был своим в криминальных кругах, и о нём ходили и наверняка до сих пор ходят различные слухи – и о его причастности к заказным убийствам, и бог знает к чему ещё.
- А при чём здесь наша часовня? – поинтересовался Иван Андреевич.
- Парадокс, - усмехнулась Наталья Павловна, - но многие недалёкие от криминала люди были довольно набожными и часть своих средств жертвовали в том числе и на восстановление святынь.
- Наверное, Удов собирался баллотироваться на выборах, потому и решил сделать доброе дело, - хмыкнула Верка.
- Или ему была небезразлична часовня, так как он родом из этих мест, - мягко возразила Наталья Павловна.
- Или хотел «замолить грехи», - выдвинул свою версию Иван Андреевич.
- Как бы то ни было, но, кажется, в 1993 началось восстановление часовни, - продолжила свой рассказ Наталья Павловна.
- Но что-то пошло не так? – догадалась я.
- Никто не знает почему, но буквально через несколько месяцев строительство прекратилось, рабочие покинули объект, а спустя ещё два года часовня была повторно кем-то взорвана. Зачем и почему – неизвестно. Вот такие дела…
- Зачем кому-то понадобилось взрывать недостроенную и повторно заброшенную часовню? – изумилась Верка.
Наталья Павловна развела руками:
- Боюсь, на этот вопрос у меня нет ответа.
- Кажется, теперь там устраивают свои посиделки подростки, - сказала я. – Интересно, чем их так манит это место?
- Может, ищут сокровища? Одно время ходили слухи, что кто-то когда-то откопал на месте монастыря пару царских червонцев. Не удивлюсь, если молодёжь верит в эти байки.
- Значит, сокровищ, по-вашему, там нет? – слегка разочарованно уточнила Верка.
- Я в этом сильно сомневаюсь, - засмеялась Наталья Павловна. – Думаю, после революции из монастыря вынесли всё, что имело хоть какую-то ценность. Так что, байки это всё…
История про часовню нас неожиданно увлекла. Когда мы с Веркой бросили взгляд на старые часы, мерно тикавшие на стене, даже подпрыгнули – было начало десятого. Помня о том, что завтра утром приедет Ромка, я поспешила домой, и Верке ничего не оставалось, как последовать за мной. За разговорами мы совсем забыли, что приехали к Наталье Павловне, чтобы подруга посмотрела её работы.
Оседлав велосипеды, мы попрощались с гостеприимными хозяевами и помчали к себе в Нижнеглинково.
С первыми сумерками окрестности окутала вязкая, липкая духота. Мы ехали по асфальту, от которого, казалось, исходил жар, накопленный им за целый день под палящим солнцем. Мошкара, обожающая такую погоду, вилась в воздухе. Солнце уже зашло, и в нашем распоряжении было минут двадцать-тридцать, чтобы успеть добраться домой до темноты.
Недалеко от развилки, где тропинка уходила к мосту, Верка крикнула мне, что нужна остановка. Съехав на обочину, я ждала, пока подруга поравняется со мной.
- Я вся в поту, - пожаловалась она. – Футболка к спине прилипла.
- У меня тоже, но осталось чуть-чуть – скоро приедем.
Неожиданно Верка предложила:
- А давай искупаемся, а?
Я взглянула с сомнением:
- Сейчас?
- Ну да, и не смотри на меня так. Всегда было интересно, каково это – плавать в реке ночью, под светом звёзд.
Я подняла голову и посмотрела на небо – первые звёзды действительно уже появились.
- Скоро станет совсем темно, - попыталась я возразить. – При свете одних лишь звёзд, боюсь, мы не различим, где вода, а где берег. Вер, это плохая идея.
- Ну, не занудствуй, а? – попросила она. – Ты можешь просто посидеть на берегу, пока я немного поплаваю. Не будь эгоисткой, дай исполнить мечту детства.
Я закатила глаза и даже головой покачала, показывая своё отношение к её словам, но Верка не обратила на это внимания, вглядываясь в даль.
- Неужели тебе самой не хочется искупаться? – продолжала уговаривать она. – Вода сейчас наверняка тёплая, как парное молоко.
Мысленно проклиная свою уступчивость, я молча села на велосипед и поехала по тропинке к мосту, решив не тратить время на препирательства. Чем быстрее Верка «исполнит мечту детства», тем скорее мы поедем обратно. Может, повезёт, и мы успеем до кромешной тьмы добраться до дома.
Миновав мост, мы обогнули часовню с дальней стороны от кладбища и теперь ехали вдоль берега, высматривая место, пригодное для купания. Довольно быстро оно нашлось.
Верка, бросив велосипед, устремилась к реке, по пути снимая с себя шорты и футболку. С хохотом, поднимая фонтан брызг, она забежала в воду, а потом нырнула.
Я, неспешно подойдя поближе, остановилась у кромки воды. Здесь было приятно свежо, пахло рыбой и тиной. Посмотрев по сторонам, я подняла голову: месяц, тонкий, как
